Красная волчица

Серия: Мастера остросюжетного романа [1]
Автор: Марклунд Лиза  Жанр: Политические детективы  Детективы  Год неизвестен
Скачать бесплатно книгу Марклунд Лиза - Красная волчица в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Красная волчица - Марклунд Лиза

Пролог

Он никогда не боялся вида крови. Кровь — это всего лишь нечто медленно текущее, вязкое, пульсирующее и плотное. Он сознавал, что страх его иррационален. В последнее время это отвращение внезапно наваливалось на него во сне, наваливалось с такой силой, что он не мог с ним справиться.

Он смотрел на свои руки и видел, что они густо покрыты темной человеческой кровью. Кровь капала ему на брюки, оставаясь теплой и липкой. Запах крови бил в нос. В отчаянии он откинулся назад и в панике попытался стряхнуть с себя кровь.

— Послушай, мы уже приехали.

Голос прорвал тонкую пелену сна, мгновенно смыв с его рук всю кровь. Но дурнота осталась. От двери автобуса тянуло холодом. Шофер тряс его за плечо, спасая от страшного сновидения.

— Или ты хочешь поехать в гараж?

Все остальные пассажиры уже покинули аэродромный автобус. Путешествие было трудным, ставшая привычной боль давила на плечи. Он поднял с соседнего кресла матросскую сумку и пробормотал:

— Спасибо большое.

Спрыгнув на землю, он застонал от боли в ступнях, на мгновение прислонился спиной к заиндевелому автобусу и провел ладонью по лбу.

Какая-то женщина в вязаной шапочке, шедшая по дороге к автобусной станции, остановилась возле его сумки. В глазах ее было неподдельное сочувствие, когда она обратилась к нему:

— Вы плохо себя чувствуете? Вам нужна помощь?

Он отреагировал бурно и инстинктивно, замахав руками перед лицом женщины.

— Оставьте меня! — визгливо выпалил он по-французски, задыхаясь от напряжения.

Женщина продолжала стоять. Она несколько раз моргнула, приоткрыв рот.

— Вы что, глухая? Я же сказал, оставьте меня!

Лицо ее плаксиво сморщилось от его неожиданной агрессивности. Женщина от удивления широко раскрыла глаза, попятилась и пошла дальше. Он смотрел ей вслед, на ее широкую спину и набитые пластиковые сумки, задевавшие шины автобусов.

«Интересно, у меня такой же голос, — пронеслось у него в голове, — когда я говорю по-шведски?»

До него уже дошло, что мысли свои он формулирует на родном языке.

Он еще раз успел мельком увидеть женщину, прежде чем она села в свой автобус.

Он продолжал стоять в дизельном чаду автобусов, проезжавших мимо по пустынной Стургатан, вслушиваясь в холодную тишину, облитую тусклым светом пасмурного дня.

Ни один город на земле не стоит так близко к Северному полярному кругу. Когда он рос здесь, в Лулео, воспринимал эту отдаленность как данность, не понимал, что есть нечто величественное в жизни на верхушке мира. Теперь он отчетливо это видел, глядя на улицы, промерзшие голые деревья: одиночество и обнаженность, бескрайние расстояния. Все так знакомо, и все уже так чуждо.

«Суровые здесь места, — подумалось ему — снова по-шведски. — Замороженный город, живущий на дотациях и стали».

«В точности как я», — подумал он немного позже.

Он осторожно продел руки в лямки ранца, вскинул его на плечи и направился к дверям городской гостиницы. Он хорошо помнил это старое, построенное на рубеже веков здание, но не имел ни малейшего представления о его интерьере. В свое время у него не было никаких оснований посещать такие роскошные буржуазные жилища.

Портье встретил старого француза с рассеянной вежливостью, зарегистрировал в номере на втором этаже, рассказал о часах работы буфета, вручил пластиковую магнитную карту — ключ от номера, и тут же забыл о новом постояльце.

В толпе человек становится меньше ростом, подумал он, на ломаном английском поблагодарил портье и направился к лифтам.

Комната была обставлена с претензией на роскошь. Убранство — традиционное: холодные как лед изразцы и подражание стильной мебели. Скосив глаза, он увидел сзади забрызганное водой окно и грязные фибергласовые стены.

Он сел на кровать и некоторое время всматривался в сумерки — или это еще не закончился рассвет?

Морской пейзаж как на заставке домашней странички Интернета, серое море, деревянные дома у гавани, неоновая вывеска и высокий черный картонный потолок.

Он едва не задремал, встряхнулся, чтобы не заснуть, принюхался к сочившемуся из его внутренностей тошнотворному запаху. Встал и открыл сумку, потом отошел от нее, направился к письменному столу и обшарил его в поисках лекарств. Начал он с болеутоляющего. Только после этого лег в кровать. Звенящая боль стала медленно проходить.

Вот он, наконец, и дома.

Смерть здесь.

10 ноября, вторник

Анника Бенгтзон остановилась на пороге редакции, зажмурившись от яркого света. На нее обрушился страшный шум — шипение принтеров, жужжание сканеров, слабое постукивание ногтей по клавиатуре. Люди колдовали с аппаратами, текстами, буквами, командами, сигналами, заполняли колонки в надежде на роскошное журналистское пиршество.

Сделав несколько глубоких вдохов, Анника отважно пустилась в плавание по этому бушующему морю. Бурная деятельность кипела и в отделе новостей, но здесь она протекала почти бесшумно. Спикен, редактор, читал какие-то бумаги, положив ноги на письменный стол. Помощник редактора внимательно смотрел в монитор красными от напряжения глазами. Новости, новости, новости — Рейтер, французская АФП, Ассошиэйтед Пресс, ТТА, ТТБ, внутренние и зарубежные, спортивные и экономические — новости и телеграммы со всего света, новости стремительным и нескончаемым потоком. Пока не было слышно торжествующих криков радости или разочарования по поводу того, что произошло в стране, как не было слышно и аргументов в пользу той или иной точки зрения.

Она скользнула в кабинет — не столько для того, чтобы посмотреть, сколько чтобы себя показать.

Тем более неожиданно прозвучал позвавший ее голос, трескучий, как электрический разряд.

— Не хочешь снова прокатиться?

Она вздрогнула и непроизвольно отступила в сторону. Неуверенно оглянулась на голос Спикена, прищурившись от яркого света лампы.

— Есть предложение, чтобы ты сегодня, во второй половине дня, вылетела в Лулео.

Она с трудом, чувствуя, как с плеча соскальзывает сумка, выбралась из своего закутка, который ей выделили в редакции новостей, и только после этого обернулась:

— Может быть, а что?

Но завредакцией уже исчез, швырнув ее, как щенка, в воду, оставив одну на произвол судьбы среди цифровых бурь. Она нервно облизнула губы и снова вскинула на плечо сумку, почувствовав, что та сползла по нейлоновой куртке.

Теперь на всех парусах к себе. Вот и он, ее аквариум. Открыв раздвижную дверь и откинув потертую портьеру, она вбежала в комнату. Дверь за спиной закрылась так быстро, что Анника затылком ощутила прохладу стекла.

Какое счастье, что они разрешили ей сохранить за собой эту комнату.

Главное в жизни — это стабильность, как личная, так и общественная. Когда начинается хаос и война ломает характеры, нет ничего важнее, чем оглянуться назад и извлечь уроки истории.

Она бросила на диван сумку и верхнюю одежду и попыталась оценить происходящее. Она уже давно переросла новостную журналистику, хотя и продолжала пребывать в ее пульсирующем электронном сердце. Вещи, вызывающие сегодня всеобщий ажиотаж, завтра становятся скучными и никому не нужными. Она не смогла бы уже работать в АП, в этом новостном монстре компьютерной эпохи.

Анника нервно провела ладонью по волосам.

Наверное, она просто устала.

Анника сидела, опершись подбородком на руки, и ждала, когда загрузятся все нужные программы. Она уже начала собирать материал и находила его все более интересным. К сожалению, газетные правила запрещают восторженный стиль.

Она тут же вспомнила Спикена, ей даже послышался его разносящийся над морем голос.

Анника собрала заметки и стала готовиться к работе.

В подъезде было темно. Мальчик прикрыл за собой дверь квартиры и напряженно прислушался. Из-за двери старика Андерсона привычно выло радио, но в остальном было очень тихо, абсолютно тихо.

Читать книгуСкачать книгу