Откровения Екатерины Медичи

Скачать бесплатно книгу Гортнер Кристофер Уильям - Откровения Екатерины Медичи в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Откровения Екатерины Медичи - Гортнер Кристофер

БЛУА, 1589

Я не сентиментальна. Даже в юные годы у меня не было склонности предаваться меланхолии либо раскаянию. Я никогда не оглядывалась назад, почти не задумывалась над течением времени. Иные сказали бы, что мне неведом смысл слова «сожаление». Воистину, если верить моим врагам, мой немигающий взгляд всегда устремлен вперед, в будущее — на очередную войну, которую предстоит выиграть, очередного сына, которого предстоит возвысить, очередного врага, которого предстоит одолеть.

Как же плохо они меня знают. Как же плохо вы все меня знаете. Возможно, мне изначально было суждено стать одинокой пленницей мифа, в который превратилась моя жизнь, подтверждать своим существованием легенду, которая разрослась вкруг меня пышным ядовитым цветом.

Истина же состоит в том, что никто из нас не безгрешен.

Всем нам есть в чем покаяться.

Часть 1

1527–1532

НЕЖНЫЙ ЛИСТОК

Глава 1

В десятилетнем возрасте я узнала, что, возможно, являюсь ведьмой.

Вдвоем с тетушкой Клариссой мы корпели над вышиванием в галерее, залитой солнцем. Из окна во внутренний двор доносилось журчание фонтана, слышно было, как пронзительно кричат торговцы на Виа Ларга и отрывисто цокают подковы по булыжникам мостовой. И в сотый раз мне подумалось, что больше я ни минуты не смогу усидеть в четырех стенах.

— Екатерина Ромело Медичи, да неужто ты закончила вышивание?

Я подняла глаза. Кларисса Медичи и Строцци, сестра моего покойного отца, строго взирала на меня с высоты своего кресла.

— Здесь так душно! — пожаловалась я и утерла рукавом влажный от пота лоб. — Можно мне выйти прогуляться?

Тетушка выразительно изогнула бровь. Она еще и рта не успела открыть, а я знала, что услышу, — до того часто тетушка вдалбливала в мою голову эту истину:

— Ты герцогиня Урбино, дочь Лоренцо Медичи и его супруги, Мадлен де ла Тур, француженки, в чьих жилах текла благородная кровь. Сколько раз я должна повторять: тебе надлежит смирять безрассудные порывы, дабы подготовить себя к великому будущему!

Будущее меня не интересовало ни капельки. Важно было то, что сейчас лето, а меня вынуждают безвылазно сидеть в родовом палаццо и целыми днями лишь учиться да вышивать — до тех пор пока не растаю на солнце!

— Мне скучно! — Я со стуком отложила пяльцы. — Хочу домой!

— Флоренция и есть твой дом. Здесь ты появилась на свет. Я забрала тебя из Рима, потому что ты страдала от лихорадки. Тебе еще повезло, что ты осталась жива и теперь можешь сидеть тут и препираться со мной.

Терпеть не могу, когда тетушка ссылается на мое слабое здоровье!

— Но я больше не больна! — резко возразила я. — В Риме, по крайней мере, папа Климент позволял мне иметь собственных слуг и пони для верховой езды.

Тетушка взирала на меня без тени гнева, хотя обычно сердилась на всякое упоминание о моем дяде — папе римском.

— Возможно, и так, но теперь ты здесь, под моей опекой, и станешь подчиняться моим правилам. Сейчас середина дня. И слышать не хочу о том, чтобы ты выходила из дома в этакую жару.

— Я надену шапочку и буду держаться в тени. Ну пожалуйста, тетя Кларисса! Ты могла бы пойти со мной.

— Если ты хорошо потрудилась, мы сможем перед ужином пройтись по лоджии.

Тетушка встала, чтобы подойти ко мне, и я заметила, как она пытается скрыть невольную улыбку. Она была худенькой, с овальным лицом и большими влажно-черными глазами — фамильными глазами Медичи, которые унаследовала и я вкупе с каштановыми кудрями и длинными пальцами.

Кларисса выхватила у меня вышивку. Я захихикала, а она неодобрительно поджала губы.

— Видимо, ты считаешь, что вышить лицо Божьей Матери зеленым — это смешно? Право же, Екатерина, какое святотатство! — Она швырнула мне пяльцы. — Исправь немедля! Вышивание — это искусство, коим ты обязана овладеть, равно как и прочими предметами. Я не допущу, чтобы говорили, будто Екатерина Медичи вышивает не лучше селянки!

Я сочла благоразумным сдержать смех и принялась выпарывать неблагочестивые зеленые нитки. Тетушка вернулась в кресло. Взгляд ее был отрешенно устремлен вдаль, и я гадала, какие новые испытания измышляет она для меня. Я любила тетушку, однако на уме у нее вечно было одно и то же: как умалилась влиятельность рода Медичи после смерти моего прадеда Лоренцо Великолепного; как Флоренция некогда была средоточием искусств, прославленным благодаря нашему покровительству, а теперь мы, Медичи, — не более чем почетные гости в городе, который помогли возвести. На меня, вещала тетушка, возложена обязанность возродить былую славу нашей семьи, ибо я — последняя законная наследница Лоренцо Великолепного по прямой линии.

Не знаю, каким образом тетушка полагала меня способной достичь столь высокой цели. Я осиротела вскоре после рождения, не имела ни сестер, ни братьев и всецело зависела от милости своего дяди, папы римского.

— Климент Седьмой — незаконнорожденный! — резко отвечала тетушка, если мне случалось упомянуть о нем. — Он проложил себе путь к Святому престолу взятками, к вящему нашему стыду. Он — не настоящий Медичи. У него нет чести.

И уж если папа римский не мог возродить славного имени нашего рода, как с этим делом могла справиться я? Но все же тетушка не сомневалась в моем блестящем будущем. Каждый месяц я по ее приказу облачалась в ужасно неудобные герцогские одежды и позировала для нового портрета, а с него затем делались миниатюрные копии, рассылавшиеся разным иноземным принцам, которые желали бы сочетаться со мной браком. Для брачного ложа я пока еще была слишком юна, однако тетушка ясно давала понять, что уже выбрала собор для венчания, решила, сколько именно дам возьмет в подружки невесты, а также…

Желудок вдруг свело судорогой. Я схватилась за живот, который пронзила резкая боль. В глазах поплыло, будто палаццо погрузился под воду. Во рту появился кислый привкус рвоты. Кое-как, ощупью я поднялась на ноги; с грохотом опрокинулось кресло. На меня обрушилась ужасающая тьма. Рот мой открылся в беззвучном крике, а тьма начала расползаться, словно гигантское чернильное пятно, поглощая все вокруг. Исчезла галерея, где я только что спорила с тетушкой; я стояла в некоем пустынном месте, всецело во власти неведомой силы, которая неодолимо вздымалась из самых недр моего существа…

…Я стою, невидимая, среди совершенно незнакомых людей. Они плачут. Я вижу, как по их лицам текут слезы, но причитаний не слышу. Передо мной кровать, задернутая пологом и задрапированная черным. Я мгновенно осознаю, что на ней лежит нечто ужасное, такое, чего мне не следует видеть. Пытаюсь отступить, однако ноги сами несут меня к этой кровати, медленно и неуклонно, как бывает в кошмарном сне. Та же неведомая сила принуждает меня протянуть распухшую, покрытую пятнами руку, которую я никак не могу признать своей собственной, раздвинуть полог — и открыть…

— Боже мой, нет! — вырвался у меня душераздирающий крик.

Меня обхватили руки тетушки, ее ладонь лихорадочно гладила мой лоб. Я лежала на полу, живот терзала непереносимая боль, а рядом валялись комки перепутанных ниток и пяльцы с вышиванием.

— Екатерина, дитя мое… — шептала тетушка. — Ох, только бы опять не лихорадка…

Странное ощущение, будто я выскользнула из собственного тела, начало понемногу блекнуть, и я усилием воли вынудила себя сесть.

— Не думаю, что это лихорадка, — проговорила я. — Мне привиделся человек, лежавший мертвым на кровати. Это было как взаправду, тетя, и мне… стало так страшно!

— Видение… — прошептала тетушка, неотрывно глядя на меня, словно произошло то, чего она давно страшилась.

Затем она слабо улыбнулась и протянула мне руку, помогая встать.

— Пойдем, дорогая, на сегодня достаточно. Давай-ка и в самом деле прогуляемся. Завтра мы посетим Маэстро, он наверняка знает, что делать.

Скачивание книги было запрещено по требованию правообладателя. У книги неполное содержание, только ознакомительный отрывок.