Гассенди

Серия: Мыслители прошлого [0]
Скачать бесплатно книгу Быховский Бернард Эммануилович - Гассенди в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Гассенди - Быховский Бернард

ГЛАВНАЯ РЕДАКЦИЯ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Быховский Бернард Эммануилович (1901 г. рождения) — доктор философских наук, профессор. Известен как автор одного из первых учебников по диалектическому материализму (1930), ряда монографий и брошюр: «Враги и фальсификаторы марксизма». М. — Л., 1933; «Философия Декарта». М.—Л., 1940; «Метод и система Гегеля». М., 1941; «Маразм современной буржуазной философии». М., 1947; «Американский персонализм». М., 1948; «Основные течения современной идеалистической философии». М., 1957; «Философия неопрагматизма». М., 1959; «Личность и общество». Копенгаген, 1963; «Наука, общество и будущее». Буэнос-Айрес, 1965; «Людвиг Фейербах». М., 1967; «Джордж Беркли». М., 1970; «Кьеркегор». М., 1972; «Эрозия вековечной философии». М., 1973 и др., а также многих статей.

Быховский Б. Э. — лауреат Государственной премии СССР (1943 г.) за авторство и редактирование 1, 2 и 3-го томов «Истории философии».

I. Эпикурейский священник

Первая половина XVII века — годы жизни Гассенди — была беспокойной, мятежной эпохой в истории Франции и всей Европы. С полным основанием французский историк Р. Мунье говорит о наступлении в это время периода всестороннего кризиса. «XVII век был эпохой кризиса, охватившего всего человека во всех областях его деятельности — экономической, социальной, политической, религиозной, научной, художественной — и проникшей во все его существо» (53, стр. 143).

Нескончаемые войны повсюду нарушали нормальную жизнь обитателей Западной и Центральной Европы. В продолжение трех десятилетий затяжные сражения с Габсбургской австрийской и испанской династией лишили людей мирного существования. То немцы вторгались в Бургундию, то испанцы в Пикардию. Вспыхивала война Франции то с Англией, то с Испанией. Страна находилась в непрестанном военном напряжении. Одновременно свирепствовали гражданские войны. Призрак капитализма не только бродил по изжившей себя феодальной Европе, но и обрел воплощение в реальной революционной действительности в соседствующих с Францией Голландии и Англии. В самой Франции не успели еще завершиться сражения с гугенотами, как на юго-западе развернулись крестьянские и рабочие мятежи. Войны разоряли страну. Экономический кризис все усиливался. «Самое мрачное изображение народных бедствий не может превзойти действительности: чума, голод, взятки судейских чиновников, хитрые и жестокие вымогательства налоговых откупщиков, насилия военных… Ежеминутно жакерии вспыхивали на пути Ришелье» (21, стр. 37). Крестьянские и плебейские восстания «кроканов» («ничтожеств», как обзывали их господствующие классы) разразились в Провансе — родной провинции Гассенди. С особой силой одно вспыхнуло в 1631 году в Эксе, провансальской столице. Карательная экспедиция была беспощадной. Даже губернатор провинции граф д’Але (друг и почитатель Гассенди) был приведен в негодование бесчинствами карателей. «Нельзя, — протестовал он, — все взваливать на спину бедного народа, который здесь доведен до отчаяния» (53, стр. 147). В ходе карательной экспедиции был разрушен и дом ближайшего друга Гассенди ученого Пейреска, у которого он неоднократно жил, находясь в Эксе, и восторженную биографию которого написал после его смерти.

На всем протяжении первой половины XVII века во Франции не прекращались и политические неурядицы. Генрих Наваррский, бывший гугенот, спасшийся от гибели в Варфоломеевскую ночь и после перехода в католицизм ставший в 1589 году королем Франции Анри IV, в 1593 году овладел Парижем, оправдав свой лозунг: «Париж стоит обедни». Династия Бурбонов установила неограниченную политическую власть королевского абсолютизма. Убийство Анри IV в 1610 году воздело французскую корону на голову девятилетнего Людовика XIII. Кратковременное регентство его матери Марии де Медичи было вскоре фактически, а в 1624 г. формально оттеснено кардиналом Ришелье, в руках которого находилась вся полнота власти, использованная для развертывания свирепой контрреформации, для подавления гугенотов и народных восстаний.

По вступлении на престол Людовика XIV возглавляемая преемником Ришелье кардиналом Мазарини государственная власть способствовала еще большему усилению абсолютизма. Социально-политический кризис в стране углублялся. Возрастающий классовый антагонизм между феодалами и крестьянством сочетался с обостряющимися противоречиями классовых интересов между усиливавшейся буржуазией и феодальной аристократией. Последнее десятилетие жизни Гассенди ознаменовалось государственным кризисом: вспыхнула Фронда — мятежное антиабсолютистское движение, охватившее различные слои третьего сословия.

Однако именно это обстоятельство и погубило Фронду: буржуазия испугалась подъема народных восстаний, предательски переметнувшись на сторону королевской власти, предпочтя сближение с правящей феодальной кликой для совместного подавления народных масс. Вследствие этого «Фронда, хотя и была кризисом феодально-абсолютистского порядка… не стала все же буржуазной революцией — из-за того, что руководящие слои буржуазии спасовали в решительную минуту и предали собственное дело. Буржуазия возвратилась под сень абсолютизма» (21, стр. 636). Почти полтора столетия бродил по Франции призрак буржуазной революции.

Таков социально-политический фон, на котором совершались идеологические процессы, происходившие в годы жизни Гассенди. Несмотря на военную обстановку, критическую экономическую и социально-политическую ситуацию, развитие новых производительных сил и производственных отношений в рамках феодальной системы хотя и тормозилось, но не приостанавливалось. Медленно, но неуклонно происходило развитие промышленности и торговли. Развертывалась колониальная экспансия. В 20—30-х годах были организованы десять торговых компаний по голландскому образцу, развернувших свою деятельность в заморских странах — в Индии и на Американском континенте. А развитие промышленности и навигации в свою очередь настоятельно требовало научно-технического сдвига. Прогресс научной мысли в странах развитого капитализма не мог не оказывать влияния во Франции, не мог не стимулировать творческой инициативы французских мыслителей и ученых.

Грядущей социальной революции предшествовала научная революция, провозвестником которой был Николай Коперник. Вместе с Землей сдвинулась с места и наука. Наступил конец многовековому застою естествознания. Земля и ее окружение предстали в новом свете. Изобретение телескопа и микроскопа (энгископа, как его тогда называли) открыло людям глаза на дотоле незримое и неведомое. После географического открытия Америки начались, по остроумному выражению кембриджского философа того времени Гленвила, открытия научных Америк. Современниками Гассенди были Кеплер и Галилей, Гарвей и Торричелли. С этого времени развитие науки пошло гигантскими шагами, развитие, «которое усиливалось, если можно так выразиться, пропорционально квадрату расстояния (во времени) от своего исходного пункта» (1, т. 20, стр. 347).

Революция эта в равной мере относилась как к объекту, так и к методу познания. Она была крутым поворотом от сосредоточения философских интересов схоластики на химерических теологических псевдопроблемах к природоведению — к изучению реального мира. Вместе с тем (одно неотрывно от другого) эта революция знаменовала утверждение новых научных методов, методологический разрыв с ухищрениями схоластического умозрения.

Новорожденное естествознание, раскрепощавшее познание природы от теологической зависимости, начало свой триумфальный исторический путь: первое место заняла «механика земных и небесных тел, а наряду с ней, на службе у нее, открытие и усовершенствование математических методов» (1, т. 20, стр. 348). Это было обусловлено как практическими задачами, так и теоретической необходимостью. Первоочередной практической задачей было насущное требование развития производительных сил созревавшего нового общественного строя. Теоретической необходимостью этой стадии научного прогресса было исследование в первую очередь низшей, простейшей, всеобщей формы движения — механических закономерностей. А этому в свою очередь способствовали, наряду с расширением эмпирического и экспериментального кругозора, блестящие математические открытия: установление Виетом алгебраической символики и начал тригонометрии, создание Декартом и Ферма аналитической геометрии, первые шаги, проложенные Ферма и Паскалем на пути к теории вероятностей, подступы к дифференциальному исчислению.

Читать книгуСкачать книгу