Татьяна Самойлова

Серия: Великие люди эпохи [0]
Скачать бесплатно книгу Ярошевская Анна - Татьяна Самойлова в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Татьяна Самойлова - Ярошевская Анна

Герой-победитель

Евгений Валерианович Самойлов — папа Татьяны Самойловой родился в 1912 году в Санкт-Петербурге в семье иностранного рабочего. Его отец — Валериан Савич — мальчиком пришел на Путиловский завод и прошел путь от чернорабочего до мастера пушечного цеха. Мать — Анна Павловна вела домашнее хозяйство.

Факт «иностранного предка» Самойловы никогда не скрывали, и честно писали в анкетах об этом. Но при этом обязательно поясняли, что он был самым настоящим пролетарием, работал машинистом на паровозе и приехал в Россию делиться опытом. Здесь англичанин нашел свое счастье — женился на русской девушке, родил двух сыновей, но век его оказался коротким, погиб нелепо — под колесами своего паровоза…

Евгений Валерианович, его брат и родители жили на Московско-Нарвской заставе, улицу составляли всего три дома, дом Самойловых — крайний, ближе к Екатерингофу. Отец Евгения купил квартиру из трех комнат в частном домовладении.

Квалифицированный рабочий-оружейник, он получал приличные деньги — 280 рублей золотом.

— Я помню хозяина нашего дома, помню дворника — колоритный мужик с окладистой бородой, в белоснежном фартуке. А когда начались революционные бои, Женя с отцом однажды вышли во двор, смотрят, у ворот наш дворник подметает, а пули свистят беспорядочно вокруг. Вдруг — раз! — дворник упал. — Прямо на глазах Таниного отца его сразила шальная пуля. Это, пожалуй, стало для мальчика самым сильным впечатлением от революции!

Благодаря родителям у Самойлова были счастливое детство и юность. Принципиальный, но не строгий отец, добрая, ласковая мама, светлый ангел-хранитель дружного семейства, в котором духовные интересы ценились выше материального достатка. Организатором и душой их общего досуга был Валериан Саввич, человек разнообразных увлечений — книголюб, театрал, художник-любитель. Именно отец привил сыну любовь к литературе, искусству. Самойлов-старший с юности собирал библиотеку, и по доброй традиции домашние собирались по вечерам слушать чтение произведений А. С. Пушкина, И. С. Тургенева, Л. Н. Толстого. С особым воодушевлением отец читал произведения любимого им Н. В. Гоголя, будоража детское воображение. Повзрослев, Евгений чаще всего бывал в Александрийском и Большом драматическом театрах, восхищаясь искусством И. Н. Певцова, Е. П. Корчагиной-Александровской, Ю. М. Юрьева, Л. С. Вивьена, Н. Н. Ходотова, Н. Ф. Монахова. Но самым большим увлечением юности была живопись.

Евгений унаследовал семейные гены: брат матери хорошо рисовал, да и отец искусно копировал. Школьный учитель рисования, обнаруживший талант у Евгения, умело развивая его способности, пробудил у него серьезный интерес к живописи. Свободное время Евгений проводил в залах Эрмитажа и Русского музея, предпочтение отдавал художникам-передвижникам и своим любимым живописцам М. А. Врубелю, И. И. Левитану, В. А. Серову, мечтал поступить в Академию художеств.

В 1929 году Самойлов окончил среднюю школу № 68. Когда пришло время определяться с профессией, школьный товарищ уговорил Евгения сходить с ним за компанию на вступительные экзамены в частное театральное училище Ходотова, бывшего артиста императорских театров.

С этого года началась профессиональная деятельность Самойлова. После обучения он работал в Ленинградском театре актерского мастерства под руководством выдающегося режиссера, актера и педагога Вивьена. Труппа состояла в основном из его учеников, и партнерами юного Самойлова были такие же молодые Юрий Толубеев, Василий Меркурьев. Вивьен видел в Самойлове характерного актера. Получая роли, подобные Кривому Зубу («На дне» М. Горького), начинающему артисту приходилось скрывать свою молодость за возрастным гримом и пластикой. Во многом ему помогала цепкая память рисовальщика. Со временем он играл и Актера, и Ваську Пепла («На дне» М. Горького), стремясь идти от внешней характерности к раскрытию внутреннего мира.

Летом 1932 года, став уже артистом Театра актерского мастерства, Евгений Самойлов познакомился со своей будущей женой. Судьба их свела в санатории под Сестрорецком. Он приехал с коллегами, потому что руководитель театра Леонид Вивьен считал, что актеры должны не только работать, но и отдыхать вместе, — это сплачивает коллектив. В первый же вечер артисты устроили концерт для отдыхающих. Самойлов, декламируя со сцены гоголевскую «Птицу-тройку», заметил в зале девушку и стал читать только для нее. После концерта они познакомились. Зиночка Левина училась на инженера в электротехническом институте, ей недавно исполнилось 18 лет. Евгений был старше на целый год. Вскоре они поженились.

В апреле 1934 года в Ленинграде гастролировал Государственный театр имени Мейерхольда (ГосТИМ, ТИМ). И сам Мейерхольд побывал на спектаклях своего давнего соратника Вивьена. Тогда же Самойлов получил приглашение Мейерхольда перейти в его труппу на амплуа молодого героя. Как ни тяжело было расставаться с Вивьеном и молодежным коллективом, сплоченным духом студийности, покидать свой прекрасный родной город, свою семью, желание работать с Мейерхольдом было неодолимо.

Не стояла на месте и личная жизнь актера: а 4 мая 1934 года на свет появилась Татьяна — первый, желанный ребенок у молодых родителей. В Ленинграде Таня прожила всего три года. В 1937 году отец начал работать в Москве в театре у Мейерхольда, и Зинаида Ильинична с маленькой дочкой последовала за мужем. Семья должна держаться вместе — она знала простую формулу семейного счастья. Маленькой Тане суждено было расти среди людей театра. И каких людей! Переехав в Москву, молодой артист оказался под отеческой опекой Всеволода Мейерхольда, когда месяц проживал в семье режиссера, и позднее, когда приехала Зинаида Левина, жена Самойлова, режиссер всячески помогал молодой семье. Человеческая симпатия, которая установилась между ними, подарила Самойлову общение с Эйзенштейном, Шебалиным, Толстым, Софроницким, Обориным и другими выдающимися деятелями культуры — друзьями и гостями Мейерхольда.

В ГосТИМе Самойлов начал с ввода. Москвичи впервые увидели его в роли Петра («Лес» А. Н. Островского). Чутко уловив в природе таланта Самойлова яркий темперамент и склонность к героике, Мейерхольд воспитывал актера увлеченно и взыскательно. Молодой актер оказался трудолюбивым, жадным и терпеливым учеником. Он учился на репетициях Мастера и его гениальных показах, учился у своих коллег, партнеров, с упорством осваивал биомеханику. Творчески любознательный, артист окунулся в театральную жизнь Москвы: по юношеской привычке, с галерки пересмотрел весь репертуар МХАТа, спектакли вахтанговцев, был свидетелем оглушительного триумфа А. А. Остужева в роли Отелло. Восхищенный, эмоционально взволнованный, он учился у M. M. Тарханова, Б. В. Щукина, Р. Н. Симонова.

По предложению Мейерхольда блистательный актер романтической школы Юрьев, приглашенный в ТИМ на роль Кречинского, стал заниматься с Евгением, прививая ему манеру исполнения героико-романтического репертуара. Они подготовили роли Эрнани («Эрнани» В. Гюго) и Чацкого («Горе от ума» А. С. Грибоедова). С Юрьевым как партнером он встретился в спектакле «Свадьба Кречинского» Сухово-Кобылина, когда ввелся на роль провинциального романтика Нелькина.

В 1937 году Самойлов сыграл две долгожданные роли. Через два года после премьеры он выступил в роли Чацкого, заменив перешедшего в Малый театр М. И. Царева. В его исполнении Чацкий был не скептическим идеалистом, а страстным бунтарем. Работа над ролью Павки Корчагина («Одна жизнь» по роману «Как закалялась сталь» Н. Островского) стала этапной в творчестве актера на пути сценического воплощения современного героя. Актер избегал портретного сходства с Николаем Островским, а мать писателя отмечала, что он похож на сына — напористого, порывистого. Работая с Мейерхольдом над ролью Павла Корчагина, Самойлов выдержал своеобразный экзамен по мастерству пластической выразительности. Зритель не увидел спектакль «Одна жизнь». Тучи, которые постепенно сгущались над головой Мейерхольда, разразились громом — его арестовали, а театр закрыли. В связи с закрытием театра — в январе 1938 года ГосТИМ был ликвидирован. Самойлов переживал это событие болезненно, и когда в Малом театре, куда он был переведен, услышал о себе и других актерах ТИМа, брошенное в шутку «формалисты пришли», из-за принципа ушел.

Читать книгуСкачать книгу