Вечерний свет

Серия: Поэт [0]
Скачать бесплатно книгу Кушнер Александр Семенович - Вечерний свет в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Вечерний свет - Кушнер Александр

«Поэт» — учрежденная в 2005 году Российская национальная премия, которая присуждается за наивысшие достижения в современной поэзии. С инициативой создания этой премии выступило РАО «ЕЭС России», ныне передавшее свои партнерские обязательства фонду «Достоинство». А имя победителя раз в год называют члены Общества поощрения русской поэзии, куда входят все лауреаты прежних лет и девять критиков, историков литературы из Москвы и Петербурга.

Сегодня это крупнейшая не только в России, но и в мире награда, которая вручается за стихи. И члены жюри, мне кажется, осознают свою ответственность перед читающей Россией. Ведь мы отмечаем не яркие дебюты и не новые книги, что вызывают, как правило, разноречивые оценки.

Мы называем только тех поэтов, что уже выдержали испытание временем и стали бесспорными. Указываем на сумму их творческих достижений. Благодарим за значимый вклад в великую русскую поэзию.

И надеемся, что к нашему мнению прислушаются читатели, все, кому по-прежнему дороги и стихи, и отечественная культура.

Сергей Чупринин, координатор Российской национальной премии «Поэт»

От автора

Что такое книга новых стихов? Это — ряд стихотворений, обдуманный, выстроенный ряд: стихи не сброшены в кучу, не следуют друг за другом в хронологическом порядке, а составляют некий узор, держатся за руки, находят для себя нужного им соседа. Нужного по какому-то внутреннему сходству или, наоборот, вследствие явной противоположности, по контрасту. Кроме того, в книге стихов, в этом содружестве есть непредумышленная общность: все они написаны за несколько последних лет, в них запечатлены те мысли, чувства, «наблюдения ума» и «заметы сердца», которыми ты жил. А можно сказать еще и так: в них остановлены мгновения, и не только счастливые, но и мрачные, печальные тоже. Но стихи так устроены, что пишущий их в процессе создания стихотворения избавляется от тоски, преодолевает мрак. И эта энергия, этот порыв преодоления «тяжести недоброй», возможно, пригодится и твоему читателю.

За пятьдесят с лишним лет («Первое впечатление» вышло в 1962 году) мною написано много книг, эта — восемнадцатая! Не слишком ли много? Сегодня принято стесняться многописания. Напечатал поэт два стихотворения за год — и его хвалит критика, хвалит, я думаю, потому, что одно стихотворение прочесть легче, чем десять. Стихи читать трудно, да и некогда.

Но Пушкин писал много. К тридцати семи годам создал столько, сколько нам в том возрасте и не снилось! А Лермонтов, а Блок… Вот с них-то и надо брать пример.

А как вспомню Шагала или Моне, Сколько ими написано в тишине Мастерской или где-нибудь на пленэре, Понимаю, куда до них, пылких, мне! Но пример их волнует, по крайней мере, И бодрит, утешительный для меня. Эти скалы, соборы, лицо коня… А Шопен! А Бетховен, свое призванье До последнего не покидавший дня, И в беде, — и не стыдно многописанья!

И вот что еще выяснилось с годами: возраст стихам не помеха. А может быть, он даже помогает их писать, не так, как в юности, а по-другому. Лучше ли, хуже — не мне судить, но по-другому, по-новому. Поэт на пенсию не выходит. Семидесятилетний Фет в одном из последних стихотворений воскликнул: «Ах, как пахнуло весной! Это, наверное, ты…» Наверное, это и есть сопротивление злу жизни и ее бедам, сопротивление смерти; стихи утешают нас, возвращают нам желание жить, «чтоб мыслить и страдать».

1

«Хорошо, что ни яхты у нас, ни виллы…»

Хорошо, что ни яхты у нас, ни виллы. Хорошо, что ни Фалька, ни Ренуара. Хорошо, что не мраморные перила. Ни шофера, ни горничной, ни швейцара. Даже автомобиля, спасибо, нету, Цветника под окном, подъездной аллеи. Каково бы нам было оставить эту Жизнь, блаженные прихоти и затеи! Бубенцами мы на колпаке Фортуны Не гремели, как сказано у Шекспира, Но бывали мы на море ночью лунной И была в Петербурге у нас квартира, То есть располагались посередине Ее милостей, а не у пыльных пяток. Гамлет прав: ни ущербности, ни гордыни — Наш удел не из лучших — и всё же сладок. Я стою, опираясь на спинку стула, Жаль мне комнаты, кресла и этой желтой Пепельницы, что вдруг под лучом сверкнула, Даже двери входной и на ней щеколды, А про небо в окне, облака в полете Уж и не говорю, — улететь бы с ними, Растворившись в вечерней их позолоте, Всё отдав, даже комнату, даже имя.

«Кто ты? Что ты? Кто ты? Что ты?..»

И лежу я, околдован…

И. Анненский Кто ты? Что ты? Кто ты? Что ты? Это тикают часы. Философские заботы, Жизни детские азы. Городского неба розов Полог в сумерках ночных. А исканий и запросов Я не знаю никаких. Роковых перерождений, Переломов, катастроф, Вековых нагромождений Установок и основ. Но часы меня смущают, Отмахнуться не дают. Кто ты? Что ты? — повторяют, Кто ты? Что ты? — пристают. И сижу я, зачарован Их вопроса прямотой. Кто же знает, кто он, что он? Шопенгауэр, Толстой? Не запнутся, не споткнутся, Им не стыдно, не смешно. Циферблат у них, как блюдце, И во тьме блестит оно. Я их в комнату другую, Под шумок перенесу: Пусть там тикают впустую, — От тоски себя спасу.

Читать книгуСкачать книгу