Liebe deinen feind (Возлюби врага своего)

Скачать бесплатно книгу Шляпин Александр - Liebe deinen feind (Возлюби врага своего) в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Liebe deinen feind (Возлюби врага своего) - Шляпин Александр

Пролог

Я прыгал в окопе в сапогах обмотанных всевозможными тряпками, чтобы хоть как-то согреться. Стоя в дозоре, сквозь мглу ночи я постоянно всматривался в сторону окопавшихся всего в сотне метрах от нас передовых отрядов «Иванов». Весть, которую принес мне фельдфебель Краузе в тот день, изменила мою солдатскую судьбу. Возможно, благодаря этому я и остался жив, а значит, могу в своей книге поведать обо всех ужасах той проклятой войны.

— Ты еще жив, Кристиан? Мне кажется, ты камрад, засиделся без настоящего, горячего дела!? Пришла пора пристроить тебя в разведроту. У меня приказ полковника Зинцингера о твоем переводе в разведывательный взвод под командование обер-лейтенанта Крамера, — сказал мне Краузе, протягивая клочок бумаги, сложенный вчетверо.

— Я понял вас, господин фельдфебель! Я исполняю долг ради нашей родины.

Разрешите сдать пост?

— Давай художник! Лемке сменит тебя, — сказал фельдфебель, закуривая трубку.

Сдав свой пост гренадеру Лемке, я спустился в наш блиндаж за своим скудным военным скарбом, который всегда хранился в моем боевом ранце. Там были мои личные вещи и рисунки, которые я делал на любых клочках бумаги в минуты затишья.

В те холодные и жестокие дни в подвалах русской церкви святого Николая, где квартировал мой взвод было относительно тепло. Постоянно горела трофейная чугунная печка, доставшаяся нам от бежавших из блокированного города «комиссаров». После очередной вылазки на передовую уставшие, замерзшие и голодные солдаты седьмой роты обер-лейтенанта Фрике вповалку отдыхали на своих проволочных гамаках и деревянных дверях поставленных на кирпичи. Рядом, стараясь вернуть к жизни тяжелораненых и обмороженных солдат, суетились наши полковые санитары. Сказать честно, но их усилия как всегда были тщетны. Мы умирали! Мои камрады по оружию просто умирали, умирали от нехватки медикаментов и пищи. Нам ничего не оставалось делать, как молить господа о спасении тех, кто еще был жив.

Полковой капеллан капитан Шнайдер читал над телами погибших какие-то молитвы. Он постоянно держал в руках библию и просил господа помочь нам всем, хотя, наверное, он уже сам не верил в его господнюю силу. Мне тогда казалось, что мы все — все обречены на смерть в этом холодном и промерзшем аду.

Большевики, привлекая на подступах к городу свои последние резервы, рвали нашу оборону на куски, и мы несли огромные потери. Сами же большевики страдали от этой войны не меньше нашего. Они были неодержимы в своей вере в победу, и это придавало им еще больший боевой дух. По нескольку раз в день они переходили в кровавые атаки, но каждый раз под шквальным огнем наших пулеметов, прозванных за свой суровый нрав «злобные псы», захлебывались собственной кровью. Большевики откатывались назад, оставляя на заснеженных полях, улицах и руинах города сотни безжизненных тел, которые тут же становились пищей для бездомных собак и ворон.

— Ты откуда призвался, художник? — спросил фельдфебель, присаживаясь рядом к раскаленной печке, пока я укладывал своё скудное имущество.

Он снял свои видавшие виды вязаные перчатки со стертыми пальцами и, протянув руки к огню, прокрякал от удовольствия. Фельдфебель грел руки, а сам, как последний баварский мясник ругал и проклинал крепкие морозы, фюрера и наших снабженцев, сидящих далеко в тылу. Он, повидавший столько смертей, ничего не боялся, потому что уже самого себя он считал ходячим мертвецом.

— Я, господин фельдфебель, до войны жил в Ордруфе, это в Тюрингии. До войны учился в Берлине в университете на художника. Если бы не эта война, я…

— Да ты прав, Крис, война и мне разрушила все планы! Черт бы их побрал! Эти советы с их морозами и этого фюрера, который только и думает, как навалить Сталину огромную кучу! Сейчас бы оказаться, где — ни будь в Ницце вместе с моей Мартой! В Мюнхене у меня осталась жена и дочь, — сказал фельдфебель и, достав фото, показал. — Ты не представляешь, художник, я в Вермахте с тридцать восьмого года. Целых три года оторванных от цивильной жизни. Целых три года зайцу в жопу и за что?! За то, что я теперь сижу здесь на краю света и жду, когда «Иваны» заморят нас, словно крыс…

Я тогда почти не слышал, что говорил мне Краузе. Я смотрел на его семейную фотографию. Я видел счастливые лица его жены и дочери, а сам думал о Габриэле, которая обещала ждать меня.

«Боже, какое счастье иметь семью» — подумал я, вспоминая угловатую девчонку, которая жила в соседнем доме.

— Красивые!

Фельдфебель забрал фотографию и аккуратно положил ее в портмоне. Он еще не знал, да и не мог знать, что уже через несколько месяцев вся его семья погибнет под руинами дома во время американской бомбежки. Авантюра нашего фюрера принесла своему народу столько страданий, столько горя, но в то время было трудно представить размеры этой катастрофы, которая уже подкрадывалась к моему отечеству со всех сторон.

— А, я еще не женат. У меня кроме матери никого нет на этом свете. Отец мой умер еще до войны от воспаления легких. А подружка Габи из соседнего дома еще очень молода. Ей было шестнадцать, когда я уходил на Восточный фронт. Через пару лет найдет себе какого-нибудь штабного или тылового офицеришку и нарожает с ним много маленьких и гнусных киндерят, которые, как вырастут, обязательно украдут из сарая мой велосипед.

— Да, дети это вечные проблемы, — вздохнув, сказал Краузе, — но и без них жизнь пуста, как стреляная гильза.

Я был тогда молод, и мне еще не удалось обзавестись семьей. Мне не хотелось подыхать в этой дыре, так и не познав радости любви и семейной жизни. Я корнями волос чувствовал, что без пищи, тепла и поддержки мы все сдохнем в этом чужом городе. Я, наверное, был наивным дурачком, что пошел на фронт со студенческой скамьи. Я надеялся, что война закончится очень быстро, как обещал нам наш фюрер, и мы вернемся в свои дома к любимым матерям. Мы тогда верили и надеялись, что к осени будем в Москве и уже до этой чертовой зимы окончим войну победой над советами.

— Не ной, солдат! Мы все об этом мечтаем, не ты один такой. Сейчас я не пойму одного, какого черта тебя старик Зинцингер из гренадеров переводит в разведку? Ты какой-то особенный? Ты знаешь русский? Ты был скаутом в Гитлерюгенд? Все это как-то странно!? Этот приказ о твоем переводе как раз в тот момент, когда у нас каждый солдат на счету.

— Я, господин фельдфебель, слышал от штабного писаря, что на днях намечается драка. Австрийцы спешат нам на помощь, чтобы прорвать эту чертову блокаду. Писарь говорил, что фон Бок якобы издал приказ, чтобы со стороны Витебска прорвать фронт и бросил нам на помощь целую дивизию.

— Твой писарь — собачье дерьмо. Он каждому солдату вешает на уши итальянские спагетти, чтобы мы верили в эти бредни. Пока, Крис, к нам придет подмога, русские сделают из нас колбасный фарш и набьют им наши кишки. Ты давай, дерьмо собаки, быстрее собирай свои гнилые пожитки! «Козья ты, морда». Я тебя должен доставить к обер-лейтенанту Крамеру. А мне назад еще вернуться надо. Хозяйство этого Крамера расквартировано в районе КП старика Зинценгера. А это сам понимаешь, триста метров под огнем большевистских снайперов. Ты долго будешь искать свои вшивые тряпки, черт бы тебя побрал? Копаешься долго, парень, словно муха в конском навозе! — заорал на меня фельдфебель.

В тот миг мне просто хотелось отогреться. Стоя на посту, мои руки настолько околели, что я с трудом застегивал свой ранец и поэтому тянул время, чтобы отойти перед броском в сторону передовой.

— Я готов, господин фельдфебель.

— Черт, черт, черт! Как только здесь живут эти русские? Эти чертовы морозы, каждый день убивают человек десять нашего гарнизона!

Фельдфебель поднялся, надел перчатки и, замотав лицо шарфом, направился на улицу. Он открыл дверь и в эту секунду густой пар ворвался в теплое помещение.

Надев на спину свой гренадерский ранец и стальной шлем, окрашенный белой краской, я взял в руки свой видавший виды «Маузер 98». По привычке передернув затвор, я загнал в патронник патрон и поставил оружие на предохранитель. В дни блокады без заряженного оружия передвигаться по городу было смертельно опасно. Русские солдаты иногда совсем неожиданно оказывались там, где их быть не должно. Они, словно скользкие черви, просачивались сквозь нашу оборону и уже в нашем тылу устраивали настоящий дьявольский шабаш. Как они это делали, так и останется загадкой на долгие годы.

Скачивание книги было запрещено по требованию правообладателя. У книги неполное содержание, только ознакомительный отрывок.