Завоевание Константинополя

Читать онлайн книгу Клари Робер де - Завоевание Константинополя бесплатно без регистрации
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта

Перевод, статья и комментарии М. А. Заборова

Флот крестоносцев. Миниатюра из средневековой рукописи. Парижская национальная библиотека.

Завоевание Константинополя

Здесь начинается пролог о том, как был завоеван Константинополь. Потом вы услышите, почему туда отправились.

I

Здесь начинается история тех, которые завоевали Константинополь; потом мы расскажем вам, кто они были и по каким причинам туда направились. Случилось так, что как раз в то время папа Иннокентий был апостоликом римским{1}, а Филипп — королем Франции{2}; был еще другой Филипп, который являлся императором Германии{3}, и от воплощения прошло тысяча двести три или четыре года{4}. Был тогда некий священник по имени мэтр Фульк из Нейи{5}, прихода, что в Парижской епархии. Этот священник был человеком весьма благочестивым и превосходным церковнослужителем, и он обходил страну{6}, проповедуя крест{7}, и многие следовали за ним{8}, ибо он был столь праведен, что господь творил через него много великих чудес; и этот священник собрал много денег, чтобы отвезти их в Святую землю за морем{9}. Крест взяли{10} тогда граф Тибо Шампанский и Бодуэн, граф Фландрский, и Анри, его брат, и граф Луи Блуаский, и Гюг, граф де Сен-Поль, и Симон, граф де Монфор{11}, и его брат Гюи. Мы назовем далее священнослужителей, которые там были. Там были епископ Нивелон Суассонский{12}, очень мудрый и доблестный как в решениях, так и, коли в том имелась необходимость, в действиях, и епископ Варнье де Труа{13}, и епископ Ганетест из Германии{14}, и мэтр Жан Нуайонский, которому суждено было стать епископом Акры. Там были также аббат из Лооса, что во Фландрии, из некоей обители ордена цистерцианцев{15} (этот аббат был весьма мудрым и праведным человеком), и иные аббаты, и столько других клириков, что мы не смогли бы вам всех назвать. Не смогли бы мы перечислить вам и всех баронов, которые там были, но упомянем некоторых из них. Из Амьенуа там был мессир Пьер Амьенский{16}, отменный рыцарь, смелый и доблестный, и мессир Ангерран де Бов{17}, четвертый из братьев: одного звали Робер{18}, другого — Гюг{19}, а один из их братьев был клириком; Бодуэн де Боревуар{20}, Майе де Валинкур{21}, защитник Бетюна{22} и его брат Конон{23}, Юсташ де Кантелэ{24}, Ансо де Кайо{25}, Ренье де Трит{26}, Валес де Фриуз, Жирар де Маншикур и Николя де Майи, Бодуэн Каварон, Гюг де Бовэ{27} и многие другие знатные рыцари из Фландрии и других земель, и мы не смогли бы вам всех назвать. И там был мессир Жак д’Авень{28}. И из Бургундии были Эд де Шанлитт и его брат Гийом{29}, которые имели много вассалов в войске; немало было там и других рыцарей из Бургундии, которых мы не смогли бы вам назвать полностью. А из Шампани там были маршал{30} и Ожье де Сен-Шерон, и Макэр де Сен-Менэу, и Кларембо де Шапп{31}, и Милон де Бребан{32}, все они были из Шампани. Затем там был шатэлен де Куси{33}, Робер де Ронсуа, Майе де Монморанси, весьма доблестный рыцарь{34}, Рауль д’Онуа и его сыновья Готье и Жиль д’Онуа, Пьер де Брасье{35}, отважный, пылкий и доблестный рыцарь, и его брат Гюг. Все они, которых я здесь называю, были из Франции{36} и из Бовези{37}. А из Шартрэна{38} там были Жервэ де Кастель и его сын Эрвэ, и Оливье де Рошфор, и Пьер д’Ало{39}, и Пэйан из Орлеана, и Пьер Амьенский, добрый и отважный рыцарь, который совершил много подвигов, и клирик Фома, его брат — каноник из Амьена, Манессье из Лилля во Фландрии{40}, Майе де Монморанси, шатэлен де Корби. А вообще там было столько всяких рыцарей из Франции, и из Фландрии, и из Шампани, и из Бургундии, и из прочих земель, что мы не сумели бы назвать вам всех рыцарей, смелых и доблестных; те же, которых мы здесь назвали, были самыми могущественными, они носили знамя{41}, и мы еще не назвали всех, кто носил знамя. А из тех, кто совершил более всего ратных подвигов — будь то богатые или бедные, мы можем вам назвать только часть: это были Пьер де Брасье, один из богатых и бедных, из тех, кто совершили более всего ратных подвигов, и его брат Гюг, и Андрэ д’Юрбуаз{42}, и мессир Пьер Амьенский, доблестный и прекрасный собой рыцарь{43}, и Майе де Монморанси, и Майе де Валинкур, и Бодуэн де Боревуар, и Анри, брат графа Фландрского, и Жак д’Авень; все они были из тех могущественных людей, кто совершили более всего ратных подвигов. А из бедных там были Бернар д’Эр и Бернар де Субренжьен, Юсташ де Юмон и его брат Жильбер де Вим, Валес Фриузский, Гюг де Бовэ, Робер де Ронсуа, Алар Макэро, Николя де Майи, Гюи де Маншикур, Бодуэн де Амелэнкур, Гийом д’Амбревиль, Альом де Клари, что в Амьенуа{44}, клирик, который выказал себя весьма отважным и совершил много доблестных деяний; Альом Сансский, Гийом де Фонтэн. И те, которых мы здесь упомянули, совершили более всего ратных подвигов и проявили более всего храбрости; но много было и других добрых воинов, конных и пеших, столько тысяч, что числа их мы не ведаем.

II

Так собрались все графы и знатные бароны, которые взяли крест{45}. Потом они повелели созвать всех других знатных людей, которые взяли крест, и когда все собрались вместе{46}, то держали совет между собой, чтобы определить, кого они поставят своим предводителем и сеньором. И они избрали графа Тибо Шампанского{47} и поставили его своим сеньором; потом они разъехались, и каждый отправился в свои владения. А затем прошло совсем немного времени и граф Тибо скончался{48}; и он оставил 50 тыс. ливров крестоносцам и тому, кто после него станет их предводителем и сеньором, дабы деньги были употреблены так, как того пожелают крестоносцы{49}. А потом скончался также мэтр Фульк{50} — это была великая утрата для всех крестоносцев.

III

Когда крестоносцы узнали, что граф Шампанский, их сеньор, умер и мэтр Фульк тоже, они были этим очень опечалены и взволнованы; и вот собрались они как-то раз в Суассоне{51} и держали совет между собой, чту им делать и кого поставить своим предводителем и сеньором, пока не согласились в том, что пошлют к маркизу Бонифацию Монферратскому{52} в Ломбардию. Они направили к нему весьма добрых послов. Послы снарядились и поехали к маркизу. Когда они туда прибыли, то обратились к маркизу и сказали ему, что бароны Франции приветствуют его и что они просят и умоляют его во имя бога явиться переговорить с ними в тот день, который они ему назначили. Когда маркиз услышал эти слова, он очень изумился, что бароны Франции позвали именно его; и он ответил послам, что посоветуется об этом{53} и завтра даст им знать, как он намерен поступить. И он устроил послам пышное празднество. Когда настал следующий день, маркиз сказал им, что он поедет переговорить с баронами в Суассон в тот день, какой они ему назначили. Послы распрощались и вернулись восвояси. И маркиз пожаловал им коней и драгоценности{54}. Но они ничего не захотели принять. И когда они воротились, то известили баронов, что сделали. Тогда маркиз приготовился в путь и, пройдя горами Мон Жу{55}, прибыл в Суассон во Франции. Он заблаговременно дал знать баронам о том, что приедет, и бароны встретили его и оказали ему великие почести.

IV

Когда маркиз прибыл в Суассон, он спросил у баронов, для чего они его позвали. И бароны посоветовались и сказали ему: «Сеньор, мы позвали вас потому, что граф Шампанский, наш сеньор, который был нашим предводителем, скончался; и тогда мы позвали вас как самого умудренного и доблестного человека, какого мы только знаем, который, видит бог, мог бы подать наилучший совет в нашем деле. И все мы просим вас, бога ради, чтобы вы стали нашим сеньором и из любви к богу взяли крест». И при этих словах бароны преклонили перед ним колени и сказали ему, чтобы он не опасался, что ему придется израсходовать собственное состояние, потому что они отдадут ему большую часть денег, которые оставил взявшим крест граф Шампанский. Маркиз сказал, что он поразмыслит об этом; а когда он поразмыслил, то ответил, что из любви к богу и ради того, чтобы помочь Заморской земле, возьмет крест. А епископ Суассонский тотчас облачился и дал ему крест{56}. И когда он взял его, тогда ему вручили 25 тыс. ливров из тех денег, которые граф Шампанский оставил крестоносцам{57}.