Коллекция (Сборник)

Серия: Ex Libris [0]
Скачать бесплатно книгу Борхес Хорхе Луис - Коллекция (Сборник) в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Коллекция (Сборник) - Борхес Хорхе

Коллекция

Из книги «ЖАР БУЭНОС-АЙРЕСА»

Роза

 Та роза,  которая вне тленья и стиха, —  всего лишь аромат и тяжесть, роза  чернеющих садов, глухих ночей,  любого сада на любом закате,  та, воскресающая волшебством  алхимика из теплой горстки пепла,  та роза персов или Ариосто,  единая вовеки,  вовеки роза роз,  тот юный платонический цветок —  слепая, алая и для стиха  недосягаемая роза.

Перевод Б. Дубина

Конец года

Не символическая  смена цифр,  не жалкий троп,  связующий два мига,  не завершенье оборота звезд  взрывают тривиальность этой ночи  и заставляют ждать  тех роковых двенадцати ударов.  Причина здесь иная:  всеобщая и смутная догадка  о тайне Времени,  смятенье перед чудом —  наперекор превратностямс судьбы  и вопреки тому, что мы всего лишь капли  неверной Гераклитовой реки,  в нас остается нечто  незыблемое.

Перевод Б. Дубина

Простота

 Садовая калитка  откроется сама,  как сонник на зачитанной странице.  И незачем опять  задерживаться взглядом на предметах,  что памятны до мелочи любой.  Ты искушен в привычках и сердцах  и в красноречье недомолвок, тонких,  как паутинка общности людской.  А тут не нужно слов  и мнимых прав:  всем, кто вокруг, ты издавна известен,  понятны и ущерб твой, и печать  И это — наш предел:  такими, верно, и предстанем небу —  не победители и не кумиры,  а попросту сочтенные за часть  Реальности, которая бесспорна,  за камень и листву.

Перевод Б. Дубина

Из книги «ДИСКУССИЯ»

Суеверная этика читателя

Нищета современной словесности, ее неспособность по-настоящему увлекать породили суеверный подход к стилю, своего рода псевдочтение с его пристрастием к частностям. Страдающие таким предрассудком оценивают стиль не по впечатлению от той или иной страницы, а на основании внешних приемов писателя, его сравнений, звучания фразы, особенностей синтаксиса и пунктуации. Подобным читателям безразлична сила авторских убеждений и чувств. Они ждут искусностей (по выражению Мигеля де Унамуно), которые бы точно сказали, достойно ли произведение их интереса или нет. Эти читатели слышали, что эпитеты не должны быть тривиальными, и сочтут слабым любой текст, где нет новизны в сочетании прилагательных с существительными, даже если главная цель сочинения успешно достигнута. Они слышали, что краткость – несомненное достоинство, и нахваливают того, кто написал десять коротких фраз, а не того, кто справился с одной длинной. (Образчиками такой вполне шарлатанской краткости, этой неистощимой сентенциозности могут служить изречения славного датского придворного Полония из «Гамлета» или нашего родного Полония по имени Бальтасар Грасиан.) Они слышали, что соседство похожих слогов рождает какофонию, и старательно делают вид, что их мутит от подобной прозы, хотя то же явление в стихах доставляет им удовольствие (по-моему, в равной мере приборное). Короче, таких читателей занимает не действенность механизма, а его строение. Они подчиняют чувства этике, точнее – общепринятому этикету. Упомянутый подход оказался столь распространен, что читателей как таковыx почти не осталось – одни потенциальные критики.

Суеверие пустило-таки свои корни: уже никто не смеет и заикнуться об отсутствии стиля там, где его действительно нет, тем паче если речь идет о классике. По этой логике все хорошие книги – непременные образцы стиля; ведь без оного никому не обойтись – разве что самому автору. Обратимся, например, к «Дон Кихоту». Поскольку успех здесь не подлежал сомнению, испанские критики даже не взяли на себя труда подумать, что главное и, пожалуй, единственное бесспорное достоинство романа – психологическое. Сочинению Сервантеса стали приписывать стилистические достоинства, для многих так и оставшиеся загадкой. Но прочтите два-три абзаца из «Дон Кихота» – и вы почувствуете: Сервантес не был стилистом (по крайней мере, в нынешнем, слухоусладительном, смысле слова). Судьбы Дон Кихота и Санчо слишком занимали автора, чтобы он позволил себе роскошь заслушиваться собственным голосом. «Остроумие, или Искусство изощренного ума» Бальтасара Грасиана, неистощимое в похвалах повествовательной прозе (например, «Гусману де Альфараче»), не осмеливается даже упомянуть о «Дон Кихоте». Кеведо сочиняет на его смерть насмешливую эпитафию и тут же забывает о нем. Мне возразят, что оба примера – отрицательные. Что ж, Леопольде Лугонес, уже наш современник, выносит недвусмысленный приговор: «Стиль Сервантеса – его самое слабое место, и ущерб, нанесенный его влиянием, неизгладим; бедность красок, шаткость композиции, одышливые периоды, которые, завиваясь бесконечной спиралью, так и не могут дотянуть до конца, утомительные повторы и отсутствие соразмерности – таково наследство Сервантеса в глазах тех, кто, видя наивысшее воплощение бессмертного замысла лишь в форме, долго грызли шероховатую скорлупу, но так и не обнаружили вкусного и сладкого плода» («Империя иезуитов», с. 59). А вот что говорит наш Груссак: «Называя вещи своими именами, признаем, что добрая половина романа небрежна и слаба по форме, и это с лихвой оправдывает упрек в „бедности языка“, брошенный Сервантесу его противниками. Я имею в виду не только и не столько словесные несуразицы, скучные повторы, неудачные каламбуры, удручающие риторические пассажи, но прежде всего общую вялость этой прозы, пригодной исключительно для чтения после обеда» («Литературная критика», с. 41). Но именно эта проза после обеда, для разговора, а не для декламации и нужна Сервантесу, и никакая другая. То же, думаю, можно сказать о Достоевском, Монтене или Сэмюэле Батлере.

Скачивание книги было запрещено по требованию правообладателя. У книги неполное содержание, только ознакомительный отрывок.