Жестокая охота

Скачать бесплатно книгу Гладкий Виталий Дмитриевич - Жестокая охота в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Жестокая охота - Гладкий Виталий

Кровавый узел

1. ВМЕСТО ПРОЛОГА

Ветер врывался в ночные улицы с разбойничьим свистом, сметая с пустынных мостовых опавшие листья. Тонкий лунный серп наконец вспорол полупрозрачную вуаль туч и величаво поплыл к центру звездного купола, опрокинутого над городом — время было полуночное. Тусклый свет уличных фонарей высвечивал щербатые улицы, черные провалы подъездов, мрачные коридоры переулков.

Звуки быстрых шагов нарушили тишину улицы, и из-за угла показалась пара: мужчина в плаще и худенькая женщина в меховом жакете. Вцепившись мертвой хваткой в рукав своего кавалера, она тащила его, как погонщик упрямого мула, — мужчина был дороден и навеселе.

— Какого ч-черта… — бормотал он, пытаясь свободной рукой достать из кармана сигареты. — Погоди, з-закурю… Торопишься, как голая в баню…

— Идем, ну идем же… — вполголоса уговаривала его женщина, пугливо оглядываясь по сторонам. — Уже поздно. Дети дома одни остались…

— Т-такси… Я сейчас такси п-поймаю… — Он хотел освободиться, но потерял равновесие и едва не растянулся на мостовой. — Елки-палки… Вся дорога в колдобинах.

— А ты бы еще одну рюмку выпил, — не сдержалась женщина и со злостью дернула его за руку сильнее, чем следовало бы. — Горе мое…

Мужчина хотел было что-то сказать ей в ответ, но тут перед ними словно из-под земли выросли три фигуры. С тихим возгласом “Ой!” женщина отпрянула назад.

— Ша, мадам! — с угрозой произнес хриплый прокуренный голос, и один из троицы, кряжистый, с бычьей шеей, подошел к ним вплотную.

— Что… что вам нужно? — пролепетала испуганная женщина.

— А ничего особенного, — криво усмехнулся кряжистый. — Перстенечки, камушки. И шкурку, она у тебя клевая, — он показал на жакет.

— Эй, ты…т-ты кто такой? — наконец очнулся и кавалер, до которого дошло, что происходит неладное. — П-пошел отсюда… — он попытался оттолкнуть кряжистого.

— Фраер чудит… — негромко бросил тот, и кто-то из его подручных резко и сильно ударил мужчину в солнечное сплетение.

Мужчина, хватая воздух широко раскрытым ртом, медленно осел на мостовую.

— Не нужно! Умоляю, прошу вас! — женщина начала плакать. — Вот, возьмите… — Она торопливо сорвала с себя жакет, сняла сережки, достала из сумочки кошелек. — Все заберите, только не трогайте нас.

— Понятливый бабец… — коротко хохотнул один из подельников кряжистого и попытался раскурить папиросу.

Страшной силы удар, пришедшийся в подбородок, отшвырнул его к стене дома, по которой он сполз вниз уже без сознания.

Второй бандит шарахнулся в сторону, но невесть откуда появившийся высокий парень в кожаной куртке точно рассчитанным движением захватил его руку и буквально воткнул растерянного громилу головой в мостовую.

Кряжистый, негромко ругнувшись, выхватил нож. Не обращая внимания на зловеще блеснувший клинок, парень неторопливо приблизился к нему и сказал:

— Вот и встретились, Валет… Долго я тебя искал…

— Ты!?

— Что, не верится? Похоронил, а я тебя и на том свете нашел бы, можешь не сомневаться.

— Н-но как..? — голос кряжистого дрожал.

— Судьба, Валет. Впрочем, тебе этого не понять. Да и незачем. Чересчур поздно…

Словно опомнившись, Валет вдруг пригнулся и с хриплым рыком кинулся на парня, целясь ножом ему прямо в живот. И наткнулся на вихрь ударов, сила и точность которых ошеломили бандита. Звякнул о камни мостовой нож, который не смогла удержать сломанная рука Валета, резкая боль пронзила его сердце, когда удар ногой протаранил грудь… Эта боль была последним, что успел ощутить в своей жизни бандит. Когда грузное тело Валета рухнуло на мостовую и из горла хлынула кровь, он был уже мертв.

Парень в кожаной куртке не спеша поднял воротник, задернул “молнию”, мельком посмотрел на недвижимые тела подельников Валета и скрылся в чернильной тьме проходного двора.

Безмолвная женщина, которая словно в трансе наблюдала за схваткой, снова заплакала и принялась тормошить своего кавалера, все еще не оправившегося от удара.

Где-то над ее головой заскрипели створки окна, и вскоре вдалеке замелькали огни милицейской патрульной машины.

Отступление 1. 1953 год

Красный свет фонаря наполнял небольшую каморку таинственными полутенями. У стола сидел Костя и печатал фотографии. Слегка высунув язык от чрезмерного усердия, он терпеливо и осторожно окунал в кюветы листы фотобумаги. Белое глянцевое поле покрывалось сначала беспорядочно разбросанными пятнами, полосами, затем постепенно появлялись фигуры, лица. Весь процесс проявления для Кости был тайной, удивительной, непостижимой, и от этого сладостно-приятной. Вот и сейчас он пытался представить, какая картинка образуется из пока еще неясных, размытых очертаний, испещривших фотобумагу. Подцепив пинцетом бумажный прямоугольник, Костя с радостным удовлетворением вздохнул — получилось! На него смотрели добрые мамины глаза; она уютно примостилась у папиного плеча, а отец широко улыбался и подмигивал. Почему-то вспомнился тот вечер…

Они возвратились из эвакуации в марте 1946 года. Им здорово повезло — в городе осталось мало не разрушенных бомбежками и артобстрелами зданий, и одним из них был дом, в котором они жили до войны. Мама устроилась работать в конструкторское бюро ремонтного завода. Домой она приходила поздно, уставшая, насквозь пропыленная — после работы заводчане дотемна помогали убирать останки сожженных танков, орудий, другой военной техники, которая ржавела на окраинах города.

Костя ходил в первый класс. В городе не осталось ни одного школьного здания, мало-мальски пригодного для занятий. Городские власти с трудом нашли выход из положения — приспособили под классы городскую баню. Детей было много, помещений не хватало, и Костин класс занимался вместе со вторым и третьим. В холщовой сумке, которую мама сшила еще в эвакуации, лежал старый потрепанный букварь и пожелтевшие от времени газетные листочки. Тетрадей не было, поэтому приходилось выискивать довоенные газеты и писать между строчек и на полях жиденькими фиолетовыми чернилами, плоские круглые таблетки которых можно было купить только на толкучем рынке, втридорога.

В тот вечер Костя долго не мог уснуть: ворочался, кряхтел, как старик, наконец попытался перебраться на мамин диван, но она была неумолима. И, повздыхав, он опять отправился на свою видавшую виды кровать с медными шишечками на спинках.

Последнее письмо от отца они получили как раз перед Новым годом. В нем была фотокарточка — папа возле рейхстага в окружении друзей. Костя недоумевал: война закончилась, все возвращаются домой, и как донять причину падиной задержки? Может, он не соскучился по ним? На его расспросы мама отвечала коротко: “Так надо. Жди”. А затем, закрывшись в ванной, плакала…

Проснулся Костя от голосов: радостного, звенящего весенними ручейками маминого и мужского, раскатистого, чуть хрипловатого:

— Ну, где он там? Показывай!

— Витенька, обожди до утра. Уснул, спит Костик…

Костю словно ветром сдуло с кровати. Он выскочил из своей спаленки и застыл в дверях.

— Костя, папа…

Он узнал его, узнал сразу. Отец был точь-в-точь как на фотографии — высокий, широкоплечий, грудь в орденах и медалях, а лицо доброе, обветренное и уставшее. Костя неуверенно сделал шаг вперед, затем другой, и тут сильные руки подхватили его, и он взлетел под самый потолок.

— Папа… Папочка… Я тебя так ждал… — лепетал Костя.

У него кружилась голова, он всей грудью вдыхал крепкий мужской дух, которым была пропитана гимнастерка: смесь запахов табака, порохового дыма, соленого пота и утренних заморозков…

Читать книгуСкачать книгу