Конев против Манштейна. "Утерянные победы" Вермахта

Серия: Дуэли Великой Отечественной [0]
Скачать бесплатно книгу Дайнес Владимир Оттович - Конев против Манштейна. "Утерянные победы" Вермахта в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Конев против Манштейна.

Пролог

Утром 24 января 1944 г. передовые батальоны 2-го Украинского фронта после мощного короткого артиллерийского налета внезапно перешли в наступление, положив начало Корсунь-Шевченковской наступательной операции. Они прорвали оборону частей группы армий «Юг» на участке шириной 16 км и к исходу дня на направлении главного удара продвинулись на 2—6 км. На следующий день в сражение вступили главные силы 4-й гвардейской и 53-й армий, а во второй половине дня и 5-я гвардейская танковая армия. Ее 20-й танковый корпус развернул наступление на звенигородском направлении. 27 января 155-я танковая и 8-я гвардейская танковая бригады освободили г. Шпола. На следующий день танковая группа 6-й танковой армии совместно с соединениями 20-го танкового корпуса захватила Звенигородку. В результате был охвачен правый фланг войск группы армий «Юг» в корсунь-шевченковском выступе. В окружении оказались десять дивизий и одна бригада, которые насчитывали около 80 тыс. солдат и офицеров, до 1600 орудий и минометов, более 230 танков и штурмовых орудий.

Это вынудило командующего группой армий «Юг» генерал-фельдмаршала Э. фон Манштейна прекратить удары против войск 1-го Украинского фронта восточнее Винницы и севернее Умани, а для деблокады окруженных войск направить 8 танковых и 6 пехотных дивизий. Однако все попытки фон Манштейна прорваться к окруженным частям 42-го и 11-го армейских корпусов в полосе 5-й гвардейской танковой армии успеха не имели. Деблокирующей группе удалось на узком участке продвинуться всего на 4—5 км, но контратаками вторых эшелонов армии и резервами она 7 февраля была полностью остановлена. Удар противника из кольца окружения также не имел успеха из-за упорного сопротивления соединений 52-й и 4-й гвардейской армий.

12 февраля части 11-го и 42-го армейских корпусов предприняли еще одну попытку прорваться из «котла». Они, воспользовавшись разыгравшейся пургой, сумели в полосе 1-го Украинского фронта прорваться из района Стеблева в направлении Шендеровки. Известие об этом вызвало гнев у Верховного Главнокомандующего И. В. Сталина. Он, недовольный действиями командующего 1-м Украинским фронтом генерала армии Н. Ф. Ватутина, решил объединить усилия всех войск, действовавших против корсуньской группировки противника. Выбор Сталина пал на командующего 2-м Украинским фронтом генерала армии И. С. Конева.

Около 12 часов 12 февраля Конева по ВЧ вызвал Сталин:

– Вот мы огласили на весь мир, что в районе Корсунь-Шевченковского окружили крупную группировку противника, а в Ставке есть данные, что окруженная группировка прорвала фронт 27-й армии и уходит к своим. Что вы знаете по обстановке на фронте у соседа?

По интонации голоса Сталина, резкости, с которой он разговаривал, Конев понял, что Верховный Главнокомандующий встревожен, и, как видно, причина этого – чей-то не совсем точный доклад. Пытаясь его успокоить, Конев доложил:

– Не беспокойтесь, товарищ Сталин. Окруженный противник не уйдет. Наш фронт принял меры. Для обеспечения стыка с 1-м Украинским фронтом и для того, чтобы загнать противника обратно в котел, мною в район образовавшегося прорыва врага были выдвинуты войска 5-й гвардейской танковой армии и 5-й кавалерийский корпус. Задачу они выполняют успешно.

– Это вы сделали по своей инициативе? – спросил Сталин. – Ведь это за разграничительной линией фронта.

– Да, по своей, товарищ Сталин.

– Это очень хорошо. Мы посоветуемся в Ставке, и я вам позвоню.

Минут через десять-пятнадцать снова раздался звонок. Конев взял трубку.

– Нельзя ли все войска, – сказал Сталин, – действующие против окруженной группировки, в том числе и 1-го Украинского фронта (27-ю армию), подчинить вам и возложить на вас руководство уничтожением окруженной группировки?

Конев такого предложения не ожидал, но ответил без паузы:

– Товарищ Сталин, сейчас очень трудно провести переподчинение 27-й армии 1-го Украинского фронта мне. 27-я армия действует с обратной стороны кольца окружения, то есть с противоположной стороны по отношению наших войск, с другого операционного направления. Весь тыл армии и связи ее со штабом 1-го Украинского фронта идут через Белую Церковь и Киев. Поэтому управлять армией мне будет очень трудно, сложно вести связь по окружности всего кольца через Кременчуг, Киев, Белую Церковь; пока в коридоре идет бой, напрямую установить связь с 27-й армией невозможно. Армия очень слабая, растянута на широком фронте. Она не сможет удержать окруженного противника, тогда как на ее правом фланге также создается угроза танкового удара противника с внешнего фронта окружения в направлении Лисянки.

– Не волнуйтесь, товарищ Конев, Ставка обяжет штаб 1-го Украинского фронта передавать все ваши приказы и распоряжения 27-й армии и оставит ее на снабжении в 1-м Украинском фронте.

– В такой динамичной обстановке эта форма управления не обеспечит надежность и быстроту передачи распоряжений, – ответил Конев. – А сейчас требуется личное общение и связь накоротке. Все распоряжения будут идти с запозданием. Прошу вас не передавать армию в состав нашего фронта.

– Хорошо, мы еще посоветуемся в Ставке и с Генеральным штабом и тогда решим, – закончил разговор Сталин.

Верховный редко отменял свои решения. Командующему 2-м Украинским фронтом было поручено разделаться с окруженной группировкой. Ему предстояло теперь доказать, что он как «мастер окружений» сильнее «самого блестящего стратега вермахта» фон Манштейна. Генерал армии против генерал-фельдмаршала!

Фон Манштейн, однако, оказался хитрее. Он приказал окруженным корпусам прорваться из кольца, используя для этого всю артиллерию и имеющиеся боеприпасы. В ночь на 17 февраля они под руководством своих командиров генералов Штеммермана и Либа пошли на прорыв. Удар был нанесен в юго-западном направлении, навстречу 3-му танковому корпусу, который по приказу фон Манштейна напрягал все силы, чтобы, несмотря на непролазную грязь, бросить навстречу прорывающейся группировке хотя бы несколько танков. В половине второго ночи фон Манштейн получил радостное известие о том, что установлена первая связь между выходящими из окружения корпусами и передовыми частями танкового корпуса.

Фон Манштейну снова удалось избежать окончательного поражения. Он уже не в первый раз ускользал от Конева. Это оставило в его душе неприятный осадок, который развеял телефонный звонок из Москвы. Он прозвенел уже после завершения Корсунь-Шевченковской операции.

– Поздравляю с успехом, – сказал Сталин. – У правительства есть мнение присвоить вам звание Маршала Советского Союза. Как вы на это смотрите, не возражаете? Можно вас поздравить?

– Благодарю, товарищ Сталин.

– Ну, хорошо, отдыхайте, устали, наверное?..

«Комиссар с командирской жилкой»

Родословная Ивана Степановича Конева идеально подходила под требования, предъявляемые к командирам Красной армии. Судите сами. По данным его автобиографии, он родился 28 декабря 1897 года в селе Лодейно Вологодской губернии «в семье бедного крестьянина». Но органы государственной безопасности не поверили Коневу. У них были иные данные о социальном происхождении Ивана Степановича. В июле 1941 г. они зафиксировали, что Конев происходит «из зажиточных крестьян», отец был «кулаком», а родной дядя Федор Иванович Конев – урядником (см. приложение № 4). В 1929 г. при аресте органами НКВД он пытался покончить жизнь самоубийством. Мы теперь знаем, что «органы» ловко стряпали дела, выдавая черное за белое и наоборот. В то время любого трудолюбивого крестьянина считали кулаком те, кто не хотел работать, а пытался присвоить чужое.

Деревня Лодейно стояла на оживленном, особенно зимой, Вятско-Орловском тракте. Дом Коневых, в котором размещен музей маршала, строил его дед Иван Степанович. Семья была большая – четверо сыновей и дочь. Федор и Григорий Коневы, крепкие и рослые, служили в русской гвардии. Степан, после ранней смерти отца и матери, взял на воспитание сестру Клавдию и малолетнего брата Григория. В феврале 1897 г. Степан Иванович женился на Евдокии Степановне Мергасовой. В день рождения дочери Маши она умерла. Эта трагедия лишила двухлетнего Ивана материнского тепла. Все заботы о воспитании малыша легли на плечи тети Клавдии. Вскоре Степан Иванович женился на Прасковье Ивановне, но она не смогла заменить Ивану родную мать. Возможно, это просто совпадение, но его будущий противник Эрих фон Манштейн также не воспитывался родной матерью. Он, как и Конев, не считал себя «богачом», хотя и не испытывал нужды.

Читать книгуСкачать книгу