Осень надежды

Автор: Аде АлександрЖанр: 2015 год
Скачать бесплатно книгу Аде Александр - Осень надежды в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Осень надежды -  Аде Александр

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.

Королек

Сон обрывается разом, точно кто-то раздвинул занавес. В спальне синяя темнота. Справа, лицом к оклеенной фиолетовыми обоями стене, спит Анна. Хоть и стараюсь не шевелиться, она просыпается. Поворачивается ко мне. И я скорее угадываю, чем вижу, – ее карие глаза нежны и встревожены.

– Опять снился отец, – говорю, словно извиняясь. – Вот уж три дня, как его нет, а не отпускает, является ночами. Беседовали – не припомню о чем. А под занавес он заявляет, да еще пафосно так, ни дать ни взять призрак короля Гамлета: «Найди моих убийц, сынок!» До сих пор не могу уразуметь, за что его убили? Кому мешал? Не бизнесмен, не мафиози, преподаватель физики в железнодорожном колледже. Бессмыслица какая-то. Главное – не ограбили, просто грохнули, и все.

– Надеюсь, ты не собираешься пойти по пути датского принца? – голос Анны улыбается, но глаза (уверен!) остаются тревожными.

– Послушай, но это же бред сивой кобылы! Живет-поживает самый что ни на есть рядовой обыватель: тихо, размеренно, никого не трогает. Иногда выезжает – один или с семьей – на свою маленькую фазенду и в этом случае обязательно заглянет поболтать к старшему брательнику Боре. У того дачка почти что рядом, через проселочную дорогу. И вот однажды он засиживается у брата допоздна и отправляется к себе. Путь его лежит мимо коттеджа некой бизнесменши. А тут как раз и она подкатывает. Вылезает из машины. И вдруг невесть откуда появляется душегуб и запросто ее режет. А в придачу и отца. Как свидетеля? Или отец и впрямь с бизнес-леди был чем-то повязан?

– Прошу тебя, – тихо говорит Анна, – не занимайся этим делом. У меня дурные предчувствия.

– Слушаю и повинуюсь, о моя экстрасенша…

Когда она, собравшись и поцеловав меня на прощание, уходит на работу в архитектурную мастерскую, звоню Акулычу, менту с большими звездами на погонах.

– Завсегда рад слышать твой голосок, – рокочет Акулыч. В его басе, как и в голосе Анны, деликатная забота.

– Что нового? – спрашиваю, заранее зная ответ.

Я не поясняю, что речь идет о смерти отца, нам обоим ясно и так.

– Я тебе, конешно, могу сказать, барбосина, что сие тайна следствия, да язычок не поворачивается. Ищем-с.

– Послушай, Акулыч, может, мне к твоим ребятам подключиться, а?

– Нет уж, мы как-нибудь сами с ентим делом совладаем, без сопливых… Чего сопишь? Ты вот што, корефан, не встревай. А то знаю я тебя, сорванец. В прошлом году поддался твоему сладкому чириканию: не волнуйся, дорогой Акулыч, я только слегка киллера попасу. А ты такого наворотил! Не забывай, на тебе условный срок висит. Любой с твой стороны неверный шаг – сядешь. Тебе тихо надо жить и не дергаться. Обещаешь быть паинькой?.. Не слышу. Эй, птаха!..

Кладу трубку. Потом, не выдержав, снова набираю номер.

– Слушай, Акулыч, а что если нам встретиться по старой памяти, пивка дербалызнуть? Сколько я тебе задолжал? Посидим в нашем баре…

– Не соблазняй, – басит Акулыч. – Я девушка честная. Пымаем убивца, тады и забьем стрелку…

Кладу на рычаг трубку, в которой пульсируют гудки отбоя. Тягостное, невыносимое ощущение бездействия выматывает меня, гонит из дома.

Решившись, выбираюсь во двор, сажусь в «копейку», выезжаю из города и мчу по окаймленному лесом шоссе.

23 сентября, день осеннего равноденствия. Утро невеселое. Мутное небо с размытыми пятнами сизых туч клятвенно обещает скорый дождь. Но пока сухо. Деревья покрыты квелой умирающей зеленью. А желтизна уже играет с листвой в пятнашки, то тут запятнает, то там. И не понять, то ли уже отошло бабье лето, то ли еще не наступило: солнечных дней в сентябре почти что не было. Зато довольно-таки тепло.

Въезжаю в деревеньку. Останавливаю «копейку» у кружевной ограды, за которой виден красно-коричневый коттедж. Озираюсь. Отца, насколько мне известно, убили где-то здесь. Задумчиво уставляюсь в землю, точно надеясь в хитросплетении травы и опавших листьев отыскать разгадку. И вздрагиваю, услышав:

– Смотришь, где батяню твоего угрохали?

Поднимаю голову.

Возле меня стоит дед в рыжей дырявой кожанке и донельзя заношенных брюках непонятного цвета, заправленных в кирзовые сапоги. На небольшой голове – лихо набекрень – офицерская полевая фуражка советских времен без кокарды и ремешка. Там, где полагается быть бороде, короткая седая щетина. В шельмоватых мигающих зенках – такие, наверное, бывают у леших, – горит непонятный огонечек. Старикан не спеша вынимает из кармана мятую пачку сигарет без фильтра, закуривает, кашляет, смачно сплевывает.

– Вот тут они лежали, – он указывает корявым пальцем на утоптанную землю метрах в пяти от меня. – А возле машина стояла. Белая. Иностранная. Той бабы, которая здесь живет, – дед мотает головой в сторону коттеджа.

– Откуда тебе известно, что именно здесь их убили?

– Так менты на это место целой кодлой понаехали. Копошились, искали чего-то. Всю деревню переполошили.

– А с чего решил, что я его сын?

– Похож, – коротко отвечает леший, слегка касается пальцами фуражки и бредет вдаль.

– Слушай, дед, может, выпьем? – предлагаю ему вслед.

Старик делает налево кругом и возвращается.

– Я не пьющий, хотя по молодости здорово зашибал. Так у нас в деревне почитай половина мужиков алкаши. А которые не пьют, те зашитые… Ладно, скажу, что знаю. В ночь убивства ковылял я по Трактовой улице, вот по этой самой, на которой сейчас стоим. Люблю глядеть на божий мир и радоваться, какой он красивый да ладный, недолго уж мне осталось на него любоваться. Смотрю, машина остановилась возле этого дома. Здесь баба из города живет, Стеллой кличут. Заковыристое имечко.

Старикан ухмыляется. Слово Стелла он произносит, твердо выговаривая букву е.

– Вылезла, значит, Стелка из машины, – продолжает он, – чтобы калитку свою отворить. Тут парень к ней и сиганул. Он, видать, на той стороне улицы ошивался. Ну и пырнул раза два или три. Она вскрикнула и упала. У машины фары горели, а убивал он аккурат перед фарами. Так что я будто в зале был, а они – Стелка и убивец – вроде как на сцене.

– А мой отец когда появился?

– А сразу. Я по одну сторону от Стелкиного авто стою, а родитель твой по другую нарисовался. Мрак кромешный, а у меня к тому же глаза плохие, доктор говорит, катаракта, язви ее в корень. Так что я поначалу не уразумел, кто это. А он – парню, да строго так: «Чего это вы тут делаете?» Ну, тот его и прикончил. Не иначе как с перепугу.

– Парень какой из себя? Низкий, высокий, толстый, худой?

– Убивец-то? Так объясняю же, темнотища была. Да он еще капюшон на башку накинул. Когда мимо меня пробежал, я прямо-таки обмер. Ну, думаю, заметит – мне капец. Но он промчался, как вихрь. А куда – понятия не имею. Ускакал он, а я ноги в руки и пошел. И сам не знаю, в какую сторону. Ничего не соображаю. Вообще. Потом вроде слегка оклемался, гляжу, а я на весовой. Забрался в сарайчик – там всегда дверь отворена, лег на лавочку и закемарил.

– Так ты, стало быть, даже не проверил, умерли они или живы?

– Не понял, что ли? Страшно мне стало. Чуток не обделался.

– А ведь это, дед, подсудное дело. Ты людям не помог. А если они еще живые были?

– Посадить хочешь? – ухмыляется старикан. – Давай. Я на суде и помру. Скорее со своей старухой встречусь…

Усаживаюсь в свою битую, измордованную хозяевами, некогда белую, а со временем ставшую грязновато-сероватой «копейку», но пускаюсь в путь не сразу. Закрываю глаза – и будто въявь вижу поздний вечер, вышедшую из иномарки женщину, кинувшегося к ней пацана с полузакрытым капюшоном лицом. Но особенно четко – отца. Насупив косматые брови, он покрикивает на убийцу, точно отчитывает не подготовившегося к экзамену студента.

Читать книгуСкачать книгу