Плохой день в Черном блоке

Автор: Маматас Ник  Жанр: Рассказ  Проза  Год неизвестен
Скачать бесплатно книгу Маматас Ник - Плохой день в Черном блоке в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта

Bad Day at Black Bloc by Nick Mamatas

Для некоторых беспорядки — место для сведения счетов. Номинально мы все в протестах против войн и помощи правительства банкротам, загрязнения и полицейского государства придерживаемся ненасилия. Порча имущества — это вообще совсем другое дело, но попробуй объясни это копам. Мы нанесли удар внезапно, без предупреждения, без социальных медиа, но в ОПД откуда-то уже знали. В тот вечер они пришли на вечеринку принаряженные — с удлиненными дубинками, флэш-гранатами, срабатывающими на уровне глаз, и даже воющим в отдалении АПДРД — либералы съеживались от шума, руки на ушах, колени на асфальте. Сладкий звон разбившейся новенькой витрины ар-деко винного бара приглушил ор автомобильных сигнализаций и прочий хаос, но и отвлек меня. А при росте под два метра и при том, что я единственная женщина в группе — сексизм! — меня оставили на шухере. И я проглядела фалангу мусоров, хлынувшую из-за угла, как они уже окружили нас и отбросили за барьер из велосипедов, и не оставалось ничего, кроме как принимать удары и надеяться, что чей-нибудь мобильный стримит все это в интернет.

Или бежать. «Бежим!» — закричал Робин, и побежал. Было не до консилиумов — мы все рванули за ним, чтобы не разделяться, и тут влетели в другую шеренгу полиции. Два копа прыгнули на Робина и занялись его суставами, пока других парней, которые пытались его вытащить, жестко избивали. Они были повсюду, мусора, их дубинки взлетали к небу, как внезапный молодой лесок. Я почувствовала легкое касание на затылке. Потом еще, более настойчивое — почти как похлопали по плечу. Я обернулась и увидела копа, женщину, почти на полметра ниже меня, двумя руками обхватившую дубинку. Глаза у нее были широкие, как пара белых яиц.

— Прикинься! — процедила она сквозь зубы. Потом снова замахнулась дубинкой, и стукнула так, что я едва ли почувствовала. Я пошатнулась и упала на колени. Я активист уже пару лет, но до недавнего времени по-настоящему не участвовала в акциях Черного блока. Что это за коп? Она была молодая, латиноамериканка с темными глазами и значком с надписью «Л. Перез». Я постаралась, как могла, «умереть», не спускать глаз с Л. Перез и не попасть под ноги, что было непросто, когда очередной прилив протестующих заставил копов серьезно поплясать. В квартале или чуть ближе хлопнула пара перечных бомб, и нос у меня защипало даже на таком расстоянии. Перез вертелась в толпе, пробивая дорогу дубинкой. Она точно действовала не по правилам, отбегая от полицейской шеренги и возвращаясь. Вспыхнул большой мусорный контейнер, кто-то из наших перевернул его и опрокинул горящий мусор на улицу, перевернули и ментовозку — пустую и без охраны, специально оставленную для полицейской пропаганды. Я не сразу поняла… Перез жалела только женщин. Мужиков она мочила. По ребрам, если не доставала по голове, с размаха. Парочка по лицу. А немногим девчонкам, что ей попадались — прикосновение, как волшебной палочкой, и они валились наземь, такие же убедительные, как третьеклассник в роли Авраама Линкольна в школьной постановке.

Я доползла до края тротуара, чтобы не потерять ее из виду, и меня чуть не затоптали два краст-панка, убегавшие от мусоров. Тогда я и увидела его — высокий и долговязый, в шмотках Черного блока, лицо скрыто за уже надоевшей маской Гая Фокса, он перескочил через меня и бросился к панками, пырнул одного чем-то и сбежал. Панк долгий миг стоял на месте, глядя, как его грязная футболка наливается черным от крови. Это был тощий пацан, и тоже высокий, так что прошла всего пара секунд. Он шагал, уставившись на живот, не видя вокруг бушующий бунт, к мятущимся прожекторам вертолетов. Почти все были в оттенках черного, а мусора в голубом, так что напавший растворился в толпе почти мгновенно. Пацан получил по колену, и его товарищ, испугавшись, сбежал.

— Медик! Уличный медик! — крикнула я, возвращаясь на ноги. Перез уже и след простыл. Если теперь на меня нападет коп с дубинкой, сюсюкать не будет. Пацан посмотрел на меня, или мимо меня, на полицию, что сомкнула ряды для новой атаки с метательным оружием. Секунду он казался полным энергии, потом обмяк. Я снова позвала медика, но это было как кричать в цунами.

— Ты лучше беги, — сказал мне пацан, голос его был высоким и надломился. Он был прав. Просить помощи у копов мы не собирались, да никто из них бы и не помог. Если пацан умрет у моих ног, убийство пришьют мне. Я стянула балаклаву, раскинула волосы, вывернула наизнанку толстовку, бледно-голубой подкладкой наружу, и стала пробираться через толпу домой. Мобильный пищал всю ночь — смс, требующие встретиться у полицейского участка во имя солидарности с арестованными, встревоженные звонки от мамы и пара парней из группы, которых не взяли, но я только курила сигареты и до рассвета следила за хэштегом #Oakland на Твиттере.

Пацана звали Коннер Кирнан. Кто-то сумел доставить его в больницу, где тот пережил почти всю ночь, в сознании и не так сильно мучаясь, даже попросил позвонить отцу перед смертью. На утро Коннер был во всех газетах. Копы и мэр развернули историю так: дикие анархисты не только разнесли центр — опять — но и без видимых причин принялись резать людей. Обратились против своих, как отчаявшиеся каннибалы. «Хуже бандитов, — сказал мэр Йошида. — У бандитов хотя бы есть экономические цели; они воюют за территорию или прибыль с наркотиков. А эти люди живут только ради хаоса, и умирают они тоже ради хаоса». Рана была не тяжелая — если бы не бунт, к Коннеру успела бы «скорая» и врачи бы спасли его, если не его селезенку. Если бы не бунт, Коннера бы не зарезали.

Робин был в ярости. «Вот это эскалация. Что дальше, боевые патроны?» Он задал мне этот вопрос до кофе раз пять. Скрючился над ноутбуком, просматривая видео на Ютубе и других, более надежных сайтах в поисках записи нападения, которое мог запечатлеть хотя бы один стример. Как и большинство из наших, он был уверен, что Коннер Кирнан стал жертвой полицейского убийцы. Я не сказала ему, что видела.

Взамен: «Почему он?» Вот что я сказала, в основном себе.

Робин бросил на меня взгляд, потом драматично объявил: «Пришла пора мне отправляться на старую добрую дневную работу!» Это был сигнал. Он закрыл ноутбук, затем достал мобильный из кармана и вынул батарею. Я лежала раскинувшись на диване, ноги свисали с дальнего конца, на животе стояла пепельница, потому что я рисковая девочка, так что я нашла свой мобильный и вынула батарею только через минуту. Теперь можно было поговорить. Робин всегда был настороже. В беспроводном мире мы плаваем в электромагнитных полях, которых даже не замечаем. Робин любил лишний раз об этом напомнить.

— Мэгги, — сказал он. — Я буду говорить приблизительно две минуты. Прошу, не унижай меня, закатывая глаза или перебивая. Я думаю — это МКУльтра. Предположу, что ты не знаешь, что это, так что извиняюсь заранее, если знаешь. Эксперименты ЦРУ по контролю над разумом. Химические, биологические и даже радиологические средства для промывки мозгов; они экспериментировали на американцах и даже канадцах еще в 1950-х, 1960-х и начале 1970-х. Эпицентром экспериментов была область залива. Они возобновились, и я думаю, вчера прошли полевые испытания. Правящему классу незачем беспокоиться из-за отребья, если он может буквально натравить нас друг на друга, и не просто социально через расизм, гомофобию, гетеронормативность и…

— Национальный шовинизм, — договорила я. Он нахмурился из-за того, что я перебила, но слишком часто жаловаться — это патриархально, так что Робин промолчал. Я обдумала его идею, дала сигарете прогореть еще на сантиметр. — Это объясняет атаку. Но не объясняет, почему именно этот пацан. Почему Коннер Кирнан. Почему он?

Читать книгуСкачать книгу