“СОН В ЛЕТНЮЮ НОЧЬ”

Скачать бесплатно книгу Силецкий Александр Валентинович - “СОН В ЛЕТНЮЮ НОЧЬ” в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта

«Ну, за каким рожном я летел на эту Землю?! Ну, за каким рожном я лез в университет? История театра, баловной эстет-философ… Конкурс-то какой был!.. Тьфу! Сидел бы лучше на своем Лигере-Столбовом. Женщины там есть. Гусаром стать можно. Схимником - и подавно. Что еще? Нет, вот завалю экзамены, плюну на все - и улечу домой. К маме».

Ривалдуй вздохнул и уселся на кровати, муторно уставясь в потолок. Беда!.. А может, рано улетать? Шекспира он, конечно, не читал, но ведь сдать-то - можно! Не глупее же он остальных.

Тут вспыхнула лиловая почтовая лампочка, извещавшая о прибытии корреспонденции, запахло канцелярией, и в воздухе, в метре от пола, сложился искрящимися буквами текст молниеносной телеграммы.

«Отрока Ривалдуя, отпрыска Запсена, зовем зайти по делу в деканат. Срочно».

Надпись растаяла, и Ривалдуй тихонько охнул. Деканата он боялся пуще смерти. Просто так его не вызывали никогда, но вечно - по делам житейского разгула. Собственно, вначале его это даже радовало - все же личность, себе на уме, гусар в науках и в быту, - а потом частые наскоки начальства стали его раздражать. Он бы, конечно, угомонился, но…

Энергичный он был человек. Не зря его мама в детстве порола. Он вспомнил и прослезился. Потом встал, застегнул рубашку на все магнитопупки, потрогал подбитый сегодня утром левый глаз и, внезапно успокоившись, вышел в коридор. Не иначе, как из-за драки вызывают. А это - пустяки. Дело привычное. Тут уж он знал, что говорить.

- Здрасьть!
- сказал он декану и, изобразив умиленье на лице, томно шаркнул ножкой.

Декан любил, чтоб было церемонно.

- А!
- вскричал тот, вспрыгивая навстречу Ривалдую, и парик с незабудками съехал ему на ухо.
- Рад видеть!
- гукнул он и кулачком подпихнул парик на место.
- Если я не ошибаюсь… Вы кто такой?
- Ривалдуй - Запсена сын, студент с Лигера-Столбового. Как детишки?
- У меня детишек нет, - сообщил декан уныло.
- Вы с какого факультета?
- С историко-театральной экспертизы!
- возликовал Ривалдуй.
- Театровед!
- Гигант?
- осведомился декан.
- Это я гигант, - вдруг предупредительно выступил из-за шкафа пухленький маленький студент в очках.
- Пупель Еня. Тоже, знаете, со Столбового.
- Земляк!
- воскликнул Ривалдуй.
- Оставьте меня, - ответил Пупель Еня и важно поправил очки в матерчатой оправе.
- Я наказан, но прошу меня ни с кем не путать.
- Ах ты, батюшки, беда: совсем забыл!..
- всполошился декан.
- Девятый час человек в углу стоит. Не устал?
- заботливо поинтересовался он.
- Я же гигант… - вздохнул Пупель Еня.
- Гигант полового бессилия… Между прочим, эти ваши наказания меня до гигантизма и довели. Где это видано, чтоб человек неделями из угла не вылезал?! У нас на Столбовом… - Ты только не сердись, - предупредил декан.
- А то я тоже рассержусь. И - всё тогда… Вы понимаете, - обернулся он к Ривалдую, - студент темноты боится. А как же история театра, тьма веков?!. Вот я его в темный угол и ставлю, чтобы привыкал. А он сердится, говорит, что все равно боится. Тут уже сержусь и я. Ну, боишься все?
- Боюсь, - пробасил гигант и заплакал.
- Я в космонавты уйду. Ну вас с этим театром.
- В космонавты… - мечтательно повторил Ривалдуй.
- Инн-дэ? Вы тоже - боитесь темноты?
- подозрительно спросил декан.
- Нет, - с чувством отозвался Ривалдуй.
-Я боюсь завтрашнего экзамена.
- Вот для того-то я вас и позвал, - со значеньем сообщил декан.

«Мать честная!..
- подумал Ривалдуй.
- Значит, драка не при чем? Вот и влип…»

- Мы тут насчет методы размышляли… - начал декан.
- Как бы все поинтересней, как бы это, значит, так… О хронопрочешизме не слыхали?
- Нет, - сознался Ривалдуй.
- Не беда! Теперь вы все узнаете!
- Голос декана начал крепнуть и потрясать. От охватившего его ораторского жара парик обвис и начал тлеть, отчего декан взвился еще сильнее.
- Великолепно? Да! Неоспоримо? Да! Вы думаете, это шутки-прибаутки? Нет! Это только начало!
- На меня с потолка летит. Потише, - пожаловался из угла гигант Пупель Еня.
- Знаю, - сухо отозвался декан, но притих.

Глядя на него, Ривалдуй вдруг ощутил смертельную тоску и пакостный зуд в кулаках. Однако он вовремя вспомнил, что мордобой с деканом экзаменов не отменяет, и потому лишь насупился и снова браво шаркнул ножкой. Декану это понравилось. Он чуток отхлебнул из граненого лафитничка и, добро заведя глаза, заворковал:

- Театр - это глыба, кулуары, океан… Да-с! Хиханьки и хахоньки - как исторические откровения. И - наоборот. Маски, роли, гонорары и гастроли. Я сам бывалый гастролер. Тартюф, Отелло, Макинпот, коза-дереза… Сколько граней! Вот вас в одну и запихнут.
- За что?
- перепугался Ривалдуй.
- Зачем!
- поправил декан.
- А все затем, чтоб было легче. Мы тут насчет методы размышляли. Как бы это все поинтересней… О хронопрочешизме не слыхали?
- Нет, - сознался Ривалдуй.
- Тогда - объясняю: вы Шекспира не читайте, а все будет по-другому. Мы вас в «Отеллу» зашлем. Прямо - в самую рукопись. Там вы малость пооботретесь, разговоритесь, а потом - р-раз!
- и назад. На экзамен, значит. Тут все и выложите. Как поняли, как вжились. Какие проблемы, какие средства. Идея, композиция и - характеры. Вы - очевидец, соучастник, вам, так сказать, дано. Ясно?
- Не совсем, - поморщился Ривалдуй.
- Я ж ни обычаев, ни языка не знаю… - В Засыльнике всему научитесь, - махнул рукой декан.
- Очень толковое место. Наука сегодня в ногу с театром идет. Не забывайте.
- А когда лететь?
- осведомился Ривалдуй, почувствовав подвох.
- Да прямо сейчас! Давайте-ка я вас провожу… Вы будете первый, - ободряюще подмигнул декан.
- А я стоять, что ль, буду, да?
- высунулся из-за шкафа Пупель Еня.
- А темноты ты все боишься? Строго спросил декан, поправляя парик.
- Боюсь, - сумрачно, но твердо сказал Пупель Еня.
- Тогда - стой. Ведь тьма веков… Театр! Приучайся.

Он вошел в полутемную пустую комнату, и голос из-под потолка наставил:

- Ступайте прямо, ничего не бойтесь, раскройте дверь и - до свиданья.

И тотчас неведомая сила вдруг сжала, скрутила его, неистово впихивая в букву, облекая в междубуквенную плоть, однако же не больно, разве что под мышками защекотало; вслед за этим что-то треснуло, дало ему хорошего пинка под зад, и тогда Ривалдуй, внезапно ощутив под левою ладонью рукоятку шпаги, быстро и уверенно шагнул в дверной проем, в который солнечно заглядывала улица острова Кипр, где обосновался сам Отелло-мавр с супругой Дездемоной.

Улица была широкая и немощеная. От силы двухэтажные, дома смотрелись неказисто и стояли тесно в ряд - сплошной стеной. Проносившиеся мимо кареты и одинокие всадники поднимали ужасающую пыль, что мигом навело Ривалдуя на мысль: «Ну, совсем как у нас на Столбовом!» Это было приятно. Он двинулся вперед, глазея по сторонам.

Справа сразу четверо с остервенением дрались на шпагах; женщины, полоская юбки на ветру, бежали от греха подальше; зеленщики, булочники и прочий люд, одобрительно кивая, таращились на поединок. На площади, в конце улицы, ссутулившись, торчала виселица, а вокруг галдела пестрая толпа, и голопузые детишки с упоением швыряли друг в друга конские лепешки, равнодушно принимая подзатыльники и оплеухи взрослых. Ривалдуй блаженно зажмурился и, расправив плечи, подставил лицо под знойное солнце.

Это была его первая солнечная ванна в самой что ни на есть шекспировской эпохе. И совсем недурно здесь, жить можно…

«Тьма веков, вот ерунда!
- подумал он, ухмыльнувшись.
- Да какая же тут тьма?! Это праздник, разгул, наслаждение. Ай да Кипр!»

Читать книгуСкачать книгу