Мир перевернутый

Скачать бесплатно книгу Румянцева Киара - Мир перевернутый в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Мир перевернутый - Румянцева Киара

Пролог с апофеозом

Первый акт согласно законам неписаного жанра расцветал всевозможными неприятностями для акта второго — трагического.

— Ирина Райвайн!

От неожиданности я даже отлипла от парты, на которой спала. Хотя, надо признаться, от удивления проснулись почти все бывшие или не бывшие (я пока точно не разобралась) старосты групп, находящиеся в аудитории. Имя и фамилия, произнесенные нашим разлюбезным ректором Института культуры и искусств, словно ушат ледяной воды обрушились на головы всех присутствующих студентов.

Конечно, имя и фамилия-то — мои!

Ректор, понаблюдав за ошарашенными студентами и застывшим лицом озвученной им особы, ухмыльнулся и продолжил:

— Со следующего года Старшей по Институту назначается Ирина Райвайн, — гробовая тишина нарушилась шебуршанием, словно душную аудиторию наполнил рой рассерженных пчелок и остальных представителей жужжащих насекомых.

Ну конечно, такая новость! Самая ленивая и безответственная староста из всех, которая могла дать фору даже пятикурсникам, этим в принципе на данном этапе обучения от университета нужен был только диплом и ничего больше, станет старостой всего Института! И пока эта новость разлеталась со скоростью свежих сплетен, моя скромная персона от удивления могла только открывать и закрывать рот в совсем не притворном ужасе. И мои возмущенные: «Как так и почему?» остались никем не замеченные и не услышанные.

— Потише! — пробурчал заместитель ректора по учебной части. — Хватит щелкать телефонами!

Звуки клацанья наманикюренных пальчиков по кнопочкам сотовых чуть стихли.

— В следующем году к нам по программе обмена приедут двенадцать студентов Архитектурно-строительного Университета, — не обращая внимания на стоявший гул, продолжил ректор. — Они прослушают курс «История архитектуры». Так как самая общая специальность у нас 1320, то и направятся они соответственно в группу — 33-2…

Вот на этих словах я уже взвыла не только мысленно! Хорошо еще никто не услышал. Потому как заинтересованных возгласов было больше, и звучавший в них неподдельный энтузиазм заглушил мои тихие ругательства.

Да что же это такое творится?! В мою группу… Хотя, чего я, собственно, расстраиваюсь?! Каких-то двенадцать или сколько их там студентов — это почти мелочи по сравнению с тем, что за весь беспредел, который творится на нашем девичьем факультете, теперь буду отвечать я!

— А кто приедет? — раздался заинтересованный голос с задних рядов.

— Климова! Хватит спать! Я же сказал — студенты из…

— Да мы это поняли, — послышались возгласы с разных концов аудитории. — Мальчики или девочки?

Несмотря на весь трагизм ситуации с назначением, я все-таки вынырнула из своих мрачных мыслей по поводу перевода в другой университет и прислушалась. В принципе, глас вопящего с таким, казалось бы, странным для непросвещенного человека вопросом, был мне понятен.

Наш родной Институт культуры, который раньше был пятым факультетом, а три года назад приобрел статус Института, входил в состав Университета международных отношений. Довольно престижное учебное заведение, и попасть сюда на бесплатную основу было очень сложно. По себе знаю, еле наскребла нужные баллы для поступления. Университет был большой, и основные, а точнее почти все здания остальных четырех факультетов находились в студенческом городке на окраине города, вместе с общежитиями, спортивным комплексом и кучей мелких забегаловок и кафешек. Но вот здание пятого факультета, на котором собственно я и училась, располагалось в самом центре Пантикапея, в его исторической части. Говорят, когда пришло время и нам переезжать в только что отстроенное в студенческом городке новое здание, ректор категорически отказался. И я его хорошо понимала. Наш Институт занимал одно из старинных и очень красивых зданий, построенных еще в прошлом веке в самом центре города. Так сказать, примеры истории архитектуры были видны прямо из окна. Уж не знаю, что и как там было дело, но факт того, что нас не отправили в новое футуристического стиля сооружение из стекла и бетона, был на лицо.

Но, естественно, не это стало причиной такого животрепещущего вопроса. Во всем нашем Институте парней было, мягко сказать, маловато. На четырех факультетах Института культуры и искусства, в которых было по семь групп каждого курса (обучение пятилетнее!), учились в основном девушки. Помните песенку: «Потому что на десять девчонок по статистике девять ребят»? Так вот теперь количество девочек увеличьте в десять раз, а мальчиков уменьшите в половину. Прочувствовали весь трагизм ситуации?! И даже те немногие представители мужского пола, которых занесло на наш большой девичник, не вдохновляли прекрасную половину человечества, собранную под одной крышей, на завоевательные подвиги. Ну кто из нормальных парней пойдет на чисто женские специальности, вроде «История мировой культуры», «Музееведение и экскурсоведение» или «Библиотечно-информационный» факультет?! Только или самые тупые, пытающиеся откосить от армии, и чтобы при этом не учиться, ну или полные ботаны. В итоге, процент и тех, и других был практически одинаковым. Нет, конечно, приятные исключения имелись, кстати, один такой редкий экземпляр учится со мной в одной группе, но их было очень мало… почитай что и нету, а те, кто есть, естественно, были уже заняты. Вот такая грустная история. На остальных факультетах Университета международных отношений дело с мужским полом обстояло намного лучше. Красавцы юристы со второго Международно-правового факультета или студенты с факультета Энергетической политики и дипломатии могли любую девушку покорить одним лишь своим видом. Нам же очень не повезло в этом плане, а смысла и причин ездить в студ. городок не было. Там и без нас девчонок хватало, особенно с факультета журналистики.

Так я немного отвлеклась, что там ректор вещает?

— … Климова, лучше бы вы учились с таким же рвением, как выясняли пол будущих студентов! — отчитывал Виктор Сергеевич Горычев (в народе просто Горыныч) нерадивую студентку. — Всё! Все могут быть свободны, кроме Ирины Райвайн.

Студенты весело загалдели, покидая аудиторию. Ректорат тоже неспешно покинул душное помещение. А я опять упала на парту, при этом тихо застонав. Ну чем я заслужила такое наказание, а? Да я вообще была последним человеком во всем Институте, которого могли бы назначить старостой!!!

Дабы стало понятно, и вы тоже прониклись моим великим, во всех отношениях, горем, расскажу по порядку.

В прошлом месяце, вот как сейчас помню, аж целую неделю назад ректор собрал всех старост института на собрание. Насколько я знаю, пришли многие… человек пять точно было! Ну, вы ведь понимаете — как можно идти на собрание, когда ноготь сломался, распродажа в любимом магазине, настроения нет, голова болит и прочие женские причинно-причуды, мешающие общественной работе.

Институт у нас престижный, учатся в основном детки местных и неместных богачей. Пантикапей всегда славился не самой дешевой жизнью. Многие состоятельные люди нашей страны и ближнего зарубежья были счастливыми обладателями дач, вилл, особняков и остальной недвижимости. Иметь дом в Пантикапее — это престижно! Так что студентки у нас — все сплошные модницы и элита будущей светской жизни. Я иногда наш пятый факультет называю Институтом благородных девиц. Все на дорогих машинах, кто сам за рулем, кто с водителем, в трендовых шмотках, ручки «Паркер» (даром, что лекции ими не пишут, зато есть в наличии), ну и остальные прибамбасы очень навороченной, не обделенной и не обремененной животрепещущим вопросом под названием деньги жизни. Конечно и обычный, так сказать, средний класс тоже имелся. Я, например. Живу на окраине, с тетей, в маленьком одноэтажном доме, доставшемся ей еще со времен работы на госслужбе. Ведем с ней небольшое хозяйство. Денег, конечно, особо нет, но и нужду не испытываем.

Мама умерла, когда я была маленькая, отец сразу после похорон куда-то исчез, оставив меня у тетки, родной сестры моей мамы. О родителях, которых я никогда не знала, мы особо не говорили. Тетя Валя заменила мне и отца, и мать, окружив заботой и любовью. Заморочками по поводу своей осиротелости я не мучаюсь и комплексом «бедняжки без родителей» тоже не страдаю. В общем, было у меня счастливое детство и веселая юность. Теперь вот учусь в Институте на историка архитектуры по общей направленности: учим все и понемногу.

Читать книгуСкачать книгу