Любовь.com

Скачать бесплатно книгу Митич Лада - Любовь.com в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта

Лада Митич

Любовь. com

Кто это восходит от пустыни, опираясь на своего возлюбленного? Под яблоней разбудила я тебя: там родила тебя мать твоя, там родила тебя родительница твоя. Положи меня, как печать, на сердце твое, как перстень, на руку твою: ибо крепка, как смерть, любовь; люта, как преисподняя, ревность; стрелы ее – стрелы огненные; она – пламень весьма сильный. Большие воды не могут потушить любви, и реки не зальют ее. Если бы кто давал все богатство дома своего за любовь, то он был бы отвергнут с презреньем.

Песнь песней 8:5–7

Никакая часть данного издания не может быть скопирована или воспроизведена в любой форме без письменного разрешения издательства Пролог

А помните две тысячи пятый? Не то, каким он был для каждого из нас, а то, какими мы сами были тогда?

Вернитесь мысленно назад. Да-да, теперь видите? Мы еще не так сильно втянуты в паутину социальных сетей. Мы еще помним, что такое почта, не электронная, обычная, вовсю пользуемся мобильными телефонами для того, чтобы не только позвонить, но и отправить сообщение. Мы еще смеемся над всевозможными лайками, не привыкли писать комменты под фото, а смайликами пользуемся совсем редко.

Вспомнили? Ну вот, а теперь осталось вспомнить, что такое «мыло»… Не то, которое с запахом лаванды и борется со всеми видами бактерий. Да-да, электронная почта, мейл, мыло…

Вспомнили? Ну вот. Итак, две тысячи пятый. Какие мы тогда писали письма! Длинные и короткие, в два слова, какие фишки в них использовали… Например, мы тогда писали «доброго времени суток», потому что не знали, когда письмо прочитают – утром или вечером. А может, и ночью. Придумывали автоподпись, которую почтовый редактор автоматически вставлял в каждое письмо. Ломали голову, что лучше написать – «Sincerely, имярек», или «С уважением, имярек», или даже «Truly yours, имярек».

Эта автоподпись должна была отражать глубокий внутренний мир пишущего и подчеркнуть его абсолютно удивительную неповторимую индивидуальность. Хотя, сами понимаете, индивидуальность только неповторимой и может быть…

Но мы отвлеклись. Да, «всемирная паутина» ввела свою неповторимую лексику, которая с лексикой традиционной, кажется, не имеет ничего общего: она не только не похожа, но и временами вступает с ней в конфликт. В конфликт жесткий, на выживание. И не будет ничего удивительного, если в будущем эта лексика, а за ней и интернет-орфография вместе с интернет-пунктуацией войдут в традиционный языковой простор. Нет, не войдут, ворвутся и займут положение победителя – их будут изучать в школе, а потом и в университете. Может быть, даже начнут защищать диссертации… Представьте, вот учитель объясняет: «Прямая речь выделяется курсивом, а имя собственное пишется с большой буквы и выделяется жирным шрифтом…» Ну, или что-то в этом роде. А дети – хорошисты и отличники – будут сидеть на уроке с планшетами и прилежно фиксировать урок с помощью текстового редактора. А нерадивые двоечники и троечники будут в это время тайком шастать по социальным сетям, раздавая смайлики и лайки.

Вообще, социальные сети, в которые мы с такой радостью попались, убили одно из важных достоинств Интернета – анонимность. В две тысячи пятом году нам казалось, что нас невозможно увидеть и никак невозможно отследить. Иллюзия была так прочна, что мы почти на сто процентов были уверены, что все видят исключительно те образы, которые мы сами и создаем. Не больше, но и не меньше.

А сейчас ты набираешь фамилию и имя в «Фейсбуке» или «ВКонтакте», «Одноклассниках» или «Моем мире», и все. Рассматриваешь фотки, читаешь о семейном положении, месте работы, вкусах, бродишь по группам и сообществам. По любимым роликам и статусам-цитатам без труда узнаешь, что это за человек и чем он живет. Анонимность раскрыта. Ты общаешься не с виртуальным образом, а с конкретным человеком. Наверное, именно поэтому теперь стало неинтересно писать письма. Зачем что-то спрашивать? Ведь ты и так все знаешь.

А тогда мы еще писали письма, как уже говорилось, с «мыла на мыло». И, что интересно, письма эти были довольно емкими и связными. Не верите? Давайте проведем небольшой эксперимент. Для начала откройте свой почтовый ящик. Наверняка вы не удалили тех старых писем. Благо, в этом нет никакой необходимости – они хранятся у вас в папке прямо на компьютере. Если, конечно, с тех пор вы не сменили машину пару-тройку раз, а ваш персональный системный администратор не удалил бестрепетной рукой все, что ему казалось «мусором» и «хламом». Итак, вы забрались в свой почтовый ящик. Теперь наберите в окошке поиска «2005» и… И перечитайте, обязательно перечитайте…

Вот и эта наша история начинается с писем. Говоря юридическим языком, который близок главной героине, главному лоеру крупной компании – права на эти письма принадлежат Андрею и Ольге. А переходя на язык журналистики, который так хорошо понимает Андрей, главный редактор многотиражного таблоида, – они успешные представители среднего класса от сорока до сорока пяти лет с доходом выше среднего.

В переводе же на язык человеческий, обыденный, это означает, что у Андрея и Ольги есть хорошая работа, обставленная квартира, дочь, которая учится в другой стране, по машине на нос, двадцать лет совместной жизни и… усталость друг от друга, временами тяжкая и тоскливая. В таком состоянии кажется, что самым разумным было бы развестись, но… любимая дочка… реноме солидного человека… совместно нажитая недвижимость… мнения родственников… Да и вообще, как нормальные представители среднего класса, они не склонны к радикальным действиям.

Шепотом надо заметить, что многие люди «после сорока» склонны к действиям куда более решительным, чем перемена семейного положения – не зря же жива и продолжает жить поговорка о седине в бороду.

Но уже представленные вам герои настолько привыкли к своему миру, что опасаются предпринимать хоть какие-то решительные шаги, многократно не взвесив все последствия каждого из них. Итак, они устали друг от друга, устали от совместной жизни и потому прячутся каждый в свой мирок при каждой удобной возможности. Оставаясь при этом все той же уважаемой солидной семейной парой.

Но разговор шел о письмах. Значит, пора заглянуть в почтовый ящик. Итак….

Глава 1

Ольга стояла у окна и смотрела на улицу. А за окном самый обычный осенний день тихо переходил в самый обычный вечер. К лайкнутым великим Александром Сергеевичем лесам, некогда одетым в багрец и золото, сегодня примешивалась грязь под ногами прохожих и шинами автомобилей. С осенних небес вместо прозрачно-серой лазури, воспетой другим мастером, падал то ли дождь, то ли снег, то ли нечто среднее между ними, чему и названия-то нет. И влажная эта гадость была повсюду. Она оседала на окнах и стеклах автомобилей, на руках прохожих, которые, веря календарю, не решались еще надеть перчатки. Она нагло заползала под капюшоны и зонты. Из нее и выхлопных газов автомобилей был соткан воздух.

Словом, «мать городов русских» почему-то с мужским именем Киев дрожала от сырости и пряталась от непогоды не как огромный мегаполис, а как жалкий провинциальный городишко. И пусть Киев несет гордое имя столицы уже не один десяток лет, но то, не такое и далекое воспоминание о провинциальных его днях все время бросалось в глаза. Ведь тогда все города, кроме Белокаменной, не только считались, но и были на самом деле той самой серой провинцией.

Шепотом (частенько в этой истории придется переходить и на шепот) надо заметить, что отношение ко всему, что не есть гордая Москва – то тупая и глухая провинция, продолжает витать в высоких кабинетах теперь великого северного соседа, временами спускаясь и на обычный человеческий уровень.

Читать книгуСкачать книгу