Племянник дяде не отец. Юрий Звенигородский

Серия: Рюриковичи [0]
Скачать бесплатно книгу Полуян Вадим Петрович - Племянник дяде не отец. Юрий Звенигородский в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Племянник дяде не отец. Юрий Звенигородский - Полуян Вадим

еоргий (Юрий) Дмитриевич - сын Дмитрия Донского, князь звенигородско-галицкий, родился в 1374 г. В 1389 г. получил в удел Звенигород, Галич, Рузу-городок и пр. При Василии Дмитриевиче деятельность Георгия Дмитриевича ограничивалась походами на врагов великого князя. В 1425 г. умер Василий Дмитриевич, и великокняжеский стол занял сын его Василий. Немедленно после того начались столкновения между великим князем и Георгием Дмитриевичем, искавшим великокняжеского стола. Георгий Дмитриевич основывал притязания свои на престол на старом праве старшинства и на истолкованной им в свою пользу оговорке, сделанной отцом его в духовном завещании: «а по грехом отымет Бог сына моего кн. Василья, а кто будет под тем сын мой, ино тому сыну моему княж Васильев удел». Во время составления духовной Василий Дмитриевич ещё не был женат, а потому естественно было предположить, что он может умереть беспотомственно, и тогда, без сомнения, престол переходил бы к следующему за ним брату, т.е. к Георгию. В Орде, куда спор был перенесён в 1430 г., Георгий Дмитриевич проиграл его, получив только выморочный удел брата своего Петра, Дмитров (1432). В 1432 г. Василий выгнал из Дмитрова Георгиевых наместников и взял город себе. Это озлобило Георгия Дмитриевича; к тому же присоединилось известное оскорбление, нанесённое на свадебном пиру князя Софьей Витовтовной сыну Георгия Дмитриевича, Василию Косому. Галицкие войска двинулись к Переяславлю. Не приготовившись к отпору, великий князь, на берегах Клязьмы, проиграл битву и бежал в Кострому. Георгий Дмитриевич дал ему в удел Коломну, против чего восставали дети Георгия Дмитриевича. Вскоре от Георгия Дмитриевича к Василию начали переходить князья, бояре и простой народ. Чувствуя непрочность своего положения, Георгий Дмитриевич сам предложил Василию возвратиться на великокняжеский престол. По договору он обязывался за себя и за младшего сына, Дмитрия Красного, не принимать к себе старших сыновей, не оказывать им помощи и отдать ярлык на Дмитров, вместо которого Василий уступил ему другие волости. Георгий Дмитриевич в свою пользу выговорил условие не садиться на коня, хотя бы племянник и лично повёл свои полки против неприятеля, и не давать Василию помощи против Литвы, где княжил побратим Георгиев, Свидригайло. Из Москвы Георгий Дмитриевич ушёл в Галич. В том же 1433 г. войска великого князя потерпели поражение на берегах Куси от детей Георгия Дмитриевича. Василий узнал, что в битве участвовали и воеводы дяди, со многими людьми его, а потому решился наказать такое вероломство. Зимой 1434 г. он пошёл на Галич; Георгий Дмитриевич бежал на Белоозеро, а Галич был взят и сожжён, но между Ростовым и Переяславлем, 16 марта, Василий опять был разбит и бежал. Георгий Дмитриевич пошёл к Москве, которая сдалась ему 1 апреля; здесь он забрал казну Василия, пленил мать и жену его. На Василия, который был в Нижнем Новгороде, Георгий Дмитриевич послал двух младших сыновей своих. Не видя ниоткуда помощи, Василий хотел уже бежать далее, в Орду; но 5 июля 1434 г., когда Шемяка и Красный были ещё только во Владимире, Георгий Дмитриевич скоропостижно скончался.

Часть первая. ПТЕНЕЦ ОРЛА ВЫСОКОПАРНОГО

1

Коломне новая каменная церковь упала. Такое известие от мамки Домникеи совсем смутило шестилетнего княжича Юрия Дмитриевича. Он молча постоял в мыленке над рукомойником в виде барана, что изливал носом подогретую воду. Даже забылась привычная при умывании песенка: «Встану рано, пойду к барану, к большому носу, к глиняной голове». Хотя вчера ещё распевал её, когда мамка поведывала о странных знамениях: «В Новгороде река Волхов семь дней текла вверх, а в Москве во время заутрени луна обратилась в кровь и стояла два часа неподвижно». Домникея горазда рассказывать несусветные страсти! Но, как знал Юрий от старшего братца Васеньки, коломенская церковь построена великим князем Дмитрием Ивановичем, их родителем. Стало быть, беда может как-то аукнуться и ему. Теперь тишина, охватившая московский Каменный город, Посад и Загородье с Заречьем [1] , стала казаться ещё тревожнее.

А пришла эта тишина вслед за проводами небывало великой рати. Кормиличич, или дядька старшего братца, удалой витязь и заядлый поединщик Осей, поднял обоих княжичей аж на колокольню церкви Николы Мокрого у самой Москвы-реки. Оттуда хорошо было наблюдать, как через Никольские, Фроловские и Тимофеевские ворота вышло несметное войско тремя потоками. Первый вёл Серпуховской дорогой сам великий князь, второй — дядюшка Владимир Андреич путём на Брашево, третий - остальные князья по Болванской дороге, мимо Симонова монастыря. Осей сказал: «Все эти рати движутся к Коломне». Юрий, помнится, удивился: «Зачем разными путями?» Братец Васенька, что всего тремя годами постарше, объяснил рассудительно: «Так будет быстрей. Слишком много воинства».

Княжичи возвращались домой в карете. Осей сопровождал её на своём Гнедке. Слюда в оконцах жалостливо скрипела от всемосковского плача. И тут случилось следующее. Где-то рядом, перекрывая общее горе, явственно прозвучала нехорошая речь: «Лучше бы государь согласился платить царю Тюлюбеку, как наши предки платили. Не обернулся б Мамай Батыем. Теперь обратит Русь в пепел!» Осей закричал задиристо: «Врёшь, старый бородач! Извлекай свой меч! Решим спор в честном поединке!» Кони стали. Девятилетний Василий Дмитрич приотворил дверцу, осадил поединщика: «Утихомирься, кормиличич! Отец тебя оставил здесь не для боя, а для нашего береженья!» Юрий успел узреть человека верхом в боярской шапке-столбунце, в широком кафтане с длинными золотыми петлями. Всадник, собравший вокруг толпу слушателей, теперь торопливо расстёгивался, нащупывая у пояса меч. «Трогай!» - велел вознице Василий.

Вой провожал их до самых Фроловских ворот. Старший братец сказал, что таких бояр, как вот этот Феодор Андреич Свибл, в отцовом окружении ещё немало. Им привычнее пресмыкаться перед ордынцами и втихомолку набивать калиты. Темник Мамай тоже не прочь вернуть прежние времена, вот и собрал всю силу. Скоро где-то на реке Дон сшибутся две рати. Это будет не то, что на берегах Пьяны или Вожи, - куда страшнее! Шестилетний Юрий ещё не знал про пораженье на Пьяне и про победу на Воже [2] . Он поглядел на Кремль, укреплённый недавно кирпичными стенами, промолвил твёрдо: «Такой толстый камень! Придут татары, нас за ним не достанут». Старший брат осердился было на младшего, как на болтуна Свибла, да сдержался: «Они сюда не придут. Игумен Троицкого монастыря старец Сергий предрёк: битва будет очень кровопролитная! И всё же татунька возвратится к нам со щитом» [3] . Юрий при имени Сергия успокоился. Этот старец крестил его. А ещё он - прозорливец и великий подвижник. Матунька говорила: какой-то епископ проезжал мимо Троицкого монастыря и издали поклонился обители. Старец встал из-за трапезы и отвесил ответный поклон в сторону далёкого от него владыки. Дядюшка же Владимир Андреич удивлялся иному: когда в его отчине Серпухове основали Высоцкий монастырь, Сергий, любитель пешехожения, прошагал от своей Троицы сотни вёрст, чтобы освятить его.

Маленький княжич, утешенный старшим братом, залюбовался родным златоверхим теремом, недавно построенным рядом с Архангельским и Успенским соборами. Говорят, этой бревенчатой красотой восторгаются иноземцы как дивным замком. Юрий, минуту назад поборовший страх, не хотел поверить, что такому дворцу угрожает беда.

Карета остановилась. Дети ступили на витиеватую лестницу, украшенную резными лавками с откидными сиденьями. Она вела в красивейшую часть терема - Набережные сени, двусветные, со стекольчатыми высокими окнами, глядевшими на Москву-реку. Здесь, как и в дворцовой Золотой палате, принимались самые именитые гости. У первой ступеньки княжичей встретил старейший боярин Даниил Феофанович. Он возьми да скажи: «Экая воцарилась тишь! Будто зависла лютая туча. То ли всех молнией поразит, то ли опять откроет нам небо с солнцем ».

Читать книгуСкачать книгу