Осада дворца

Скачать бесплатно книгу Каверин Вениамин Александрович - Осада дворца в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Осада дворца - Каверин Вениамин

Каверин В. ОСАДА ДВОРЦА

В ЗИМНЕМ ДВОРЦЕ

В ПЕТРОПАВЛОВСКОЙ КРЕПОСТИ

ЧЕЛОВЕК В ОЧКАХ

ШТУРМ

notes

1

Каверин В. ОСАДА ДВОРЦА

РИСУНКИ Н. ТЫРСЫ

4-Е ИЗДАНИЕ

Октябрьская революция началась в Петрограде 25 октября 1917 года.

Военно-Революционный Комитет, избранный Советом Солдатских Рабочих Депутатов, руководил восстанием.

Он помещался в Смольном институте, в разных частях города были расположены штабы, командовавшие восставшими войсками.

Один из таких штабов помещался в Петропавловской крепости, которая за два-три дня до революции перешла в руки Военно-Революционного Комитета.

В ночь на 25 октября солдатами петроградского гарнизона были заняты вокзалы, банки, телефонная станция и другие правительственные учреждения.

Но само правительство, против которого восстали рабочие, солдаты и матросы, еще не было свергнуто: оно засело в Зимнем дворце и вызвало на свою защиту юнкеров, казаков и женский батальон. Этот батальон принадлежал к так называемым ударным войскам, созданным Временным правительством для наступления на немцев.

Кроме того, весь главный штаб — генералы и офицеры — были на стороне правительства.

Таким образом матросы, солдаты и красногвардейцы под руководством Военно-Революционного Комитета должны были сражаться против юнкеров, ударных батальонов и офицерства, которые защищали правительство против восставших.

Для того, чтобы сломить сопротивление Временного правительства, вызвавшего с фронта новые войска с целью подавить революцию, Военно-Революционный Комитет, после безуспешных переговоров, решил открыть со стен Петропавловской крепости артиллерийский огонь и взять дворец штурмом.

К этому моменту восстания и относится наш рассказ.

По плану Военно-Революционного Комитета, Павловский полк должен был занять участок от Миллионной до Невского проспекта по Мошкову переулку и по Большой Конюшенной.

Полк выполнил приказ: к 12 часам дня участок был занят.

Недалеко от мостика через Зимнюю канавку, у того мефа. откуда из-под овальных сводов видны по ночам тусклые огни Петропавловской крепости, была раскинута головная цепь полка, — в каждой впадине, в каждой нише ворот прятались солдаты.

Между ними, замыкая расположение полка, двигались дозоры красногвардейцев.

Кривенко, старый рабочий Путиловского завода, старый большевик и начальник районного красногвардейского «гряда, поставил свой отряд впереди головной цепи павловцев.

Это было опасное место: впереди, в глубоком секторе баррикад, закрывающих все входы в Зимний, простым глазом видны были пулеметы.

Глубокая тишина стояла в головной цепи полка. Солдаты молчали.

Только время от времени слышались короткие приказы ротных и батальонных командиров, пытавшихся удержать солдат до решительного приказа штурмовать Зимний. Вопреки приказаниям,, резервы сгущались все плотнее и плотнее, а головные цепи двигались вое дальше и дальше.

Проходя мимо Мошкова переулка, Кривенко-услышал, как молодой солдат, лихорадочно шевеля затвором винтовки, спрашивал сдавленным голосом у прапорщика, своего ротного командира:.

— Товарищ Кремней, третья рота послала меня узнать, почему не наступаем на площадь.

Прапорщик ответил тем же сдавленным, напряженным голосом:

— Распоряжение Комитета — ждать!

А на Марсовом поле было шумно и весело. Солдаты разводили костры, беспорядочные пятна пламенн возникали у-Троицкого моста, у Летнего-сада. Возле одного из таких костров, неподалеку от памятника. Суворову, собрались солдаты и матросы из разных частей. Все сидели вокруг огня на поленьях, опершись о винтовки,—свет костра, неяркий в наступающих сумерках, скользил между ними, освещая черные бушлаты и почерневшие от дождя, дымящиеся паром шинели. Низкорослый, коренастый солдат ругал большевиков.

— Почему нас не двигают вперед? — спрашивал он, держа голову прямо и глядя на огонь немигающими глазами, — для чего, спрашиваю, они языки треплют понапрасну ?

— Да ведь посылали к ротному, — лениво сказал молодой солдат. Он старательно сушил у огня промокшую полу шинели.

— Посылали? Много ты знаешь! —проворчал низкорослый. — Мы тут, никак, с самого утра торчим. А теперь который час?

- Хорошие были часы, да вошь стрелку подъела, — равнодушно ответил молодой солдат.

— Что они, в самом деле, смеются, что ли, с людей. — внезапно и быстро заговорил один из матросов, сидевших поодаль. — Стой, а спросить, что ли, у Толстоухова?

— А ты поди-ка, сунься к нему, может он тебе скажет, — проворчал другой.

— Тащи сюда Толстоухова, товарищи! — закричал первый матрос.

— Толстоухов! Толстоухова сюда! — понеслось от одного костра к другому.

Высокого роста чернобородый моряк внезапно появился на, грузовике у Троицкого моста. Свет костра падал на него сбоку, его голова и плечи огромной двигающейся тенью прыгали и метались на голой красной стене.

Он сказал полнокровным, четким голосом, который был одинаково слышен в разных частях ре-резервного расположения:

— Распоряжение Комитета — ждать!

Приказа наступать ждали не только в головных колоннах и в резервных частях, — с не меньшим нетерпением его ждали в штабах.

- Кривенко второй час сидел в казармах Балтийского экипажа, в одном из фронтовых штабов, и, несмотря на энергичные уговоры молодого мичмана, только-что назначенного Военно-Революционным Комитетом на должность начальника штаба, решительно отказывался уйти.

— Товарищ Кривенко, — говорил мичман, — отправляйтесь к своему отряду. Вы знаете, чёрт вас возьми, что вас за такое поведение нужно расстрелять на месте!

— Это не меня, а таких штабных начальников нужно расстрелять на месте. Я свое дело знаю, — сердито отвечал Кривенко.

— Да поймите же вы наконец, что раз Военно-Революционный Комитет считает нужным не отдавать приказа, значит у него имеются для этого свои основания! Как же вы смели бросить свой отряд в такое время?
- вдруг, начиная свирепеть, закричал мичман.

Кривенко досадливо усмехнулся.

— Ты, дружок, за мой отряд не беспокойся! Это я не сам пришел, меня мой отряд послал в штаб за приказом.

— Да за каким приказом ?

— А за таким, что мы три часа стоим на одном месте и ни тпру, ни ну...

Он вдруг с яростью ударил кулаком по столу.

— Да ведь ребята прямо на огонь прут!..

Мичман побагровел, не сказал ни слова и, махнув рукой, выбежал в соседнюю комнату; немного

погодя, он приоткрыл дверь и просунул в щель голову:

— Между прочим, какого чёрта вы ко мне пришли? Идите в свой штаб, в Павловские казармы!

Кривенко запыхтел, успокоился и, ворча что-то, принялся внимательно рассматривать голые стены казармы.

— Кронштадтцы приехали! — быстро сказал матрос, стоявший у окна и во время разговоров о приказе не проронивший ни слова.

Он выбежал из комнаты. Кривенко велел за ним спустился вниз по лестнице и пошел на набережную, к Николаевскому мосту. На Неве стояла целая флотилия: направо у Николаевского моста вырисовывалась в тумане «Аврора», налево ошвартовался «Амур», — верхняя палуба его была полна черными бушлатами; за ним стояли колесные пароходы. Несколько тысяч молодых матросов с винтовками за плечами, с патронташами у пояса по веревочным лестницам взбирались на каменные парапеты набережной, легко прыгали вниз, бежали к своим частям, быстро строились в колонны.

Через полчаса вся набережная была полна кронштадтцами.

Они не успели еще построиться, как черный автомобиль со слюдяными окошечками в парусиновом верхе вылетел из-за угла Галерной и остановился.

Читать книгуСкачать книгу