Москва рок-н-ролльная. Через песни – об истории страны. Рок-музыка в столице: пароли, явки, традиции, мода

Скачать бесплатно книгу Марочкин Владимир Владимирович - Москва рок-н-ролльная. Через песни – об истории страны. Рок-музыка в столице: пароли, явки, традиции, мода в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта

Владимир Владимирович Марочкин

Москва рок-н-ролльная. Через песни – об истории страны. Рок-музыка в столице: пароли, явки, традиции, мода.

О! Москва, ты распахнула свои крыла над всеми нами. Мы же заполнили собой все твои улочки и переулки. Наверное, каждый твой закоулок связан с каким-нибудь известным именем. Существуют такие понятия, как пушкинская Москва или лермонтовская Москва, и во всех школьных учебниках рассказывается, как Александр Сергеевич гулял по Арбату, а Михаил Юрьевич бегал за барышнями на Знаменке.

Но у российских рокеров тоже есть своя Москва, с тайнами, радостями и приключениями.

Вокзалы

Для многих людей Москва начинается с вокзалов. Приезжает ли человек в Москву в первый раз, возвращается ли с гастролей домой, первым его встречает вокзал. Я люблю вокзалы. Мне приятна их эйфорическая суета, она кажется мне прелюдией к чему-то необыкновенному…

Приближение большого города чувствуется издалека. Вот чаще стали попадаться станции, перроны и шлагбаумы, перегораживающие шоссе. Больше стало на перронах людей. Толкаясь и спеша, они стремятся в открывающиеся двери электричек, которые, в свою очередь, изо всех сил стараются обогнать наш поезд и первыми прибыть на станцию.

Вместе с толкотнёй людей и электричек за окном учащается пульс, начинает сбиваться дыхание. Близко Москва!

Стали появляться знакомые названия.

Быково – я улетал отсюда в разные города Советского Союза.

Малаховка – без малаховских генеральских дач не обходился ни один старый советский детектив.

Мелькают Красково, Томилино. Стучат колеса:

Ещё чуть-чуть,

Ещё чуть-чуть…

Вот промелькнула платформа с рокерским названием Панки. (Вообще-то старые москвичи ставят ударение в этом названии на последнем слоге, но после 1977 года, когда в мире появился панк-рок, подсознание само, без посторонней подсказки, переставляет ударение на первый слог.)

Проскочили Люберцы, Косино. На горизонте, который стремительно приближается к окнам вагона, вырастает белая стена из красавцев домов. Говорят, что Москва белокаменная. Да, это так.

Вдруг окна ближайших домов вспыхивают оранжевым пламенем. Пылает этаж, за ним – квартал. Жар теснится в груди. Что это? Пожар?! Да нет! Это утреннее столичное солнце, оранжево отражаясь в стёклах, встречает жителей и гостей столицы.

Проводник заглядывает в купе: «Возьмите ваш билетик!» Или: «Вы уже попили чай? Я заберу ваш стакан?»

Ах, да забирайте скорей, только дайте насладиться приближающейся Москвой! Она уже окутала меня своим шармом.

Вот мы пронеслись над речкой Яузой.

Дальше остаются два туннеля, сначала маленький, за ним – большой, и сразу – Казанский вокзал.

«До свидания!» – хрипит радио.

Здравствуй, Москва!

Вот так из Сургута в Москву в мае 1977 года приехала легендарная группа «Круиз». (Впрочем, в то время называлась она ещё не «Круиз», а «Кордиал», и, чтобы добраться до «Круиза», музыкантам нужно было ещё разгадать целую шараду разных названий.) Ребята из «Кордиала» ехали поездом, потому что везли с собой звуковую аппаратуру, которая занимала два отдельных купе в вагоне.

«Мы приехали на Казанский вокзал, – рассказывал певец Александр Монин. – Всех рассадили по автомобилям и повезли в гостиницу „Россия”, где для нас были забронированы номера. В Москве я бывал и раньше, так что высотными домами меня удивить было нельзя, я всё-таки не мальчик из тундры. Но в этот раз мы приехали не в гости, не в турпоездку, нас обуяла особая гордость, так как мы ехали в Москву на работу. Но всё равно мы были восхищены открывшейся нам красотой! Был месяц май, вся Москва утопала в зелени, машин тогда ещё было мало. Мы ехали по набережной Москвы-реки, впереди открывалась невероятная красота: Кремль, Красная площадь, да и сама гостиница „Россия” была тогда белокаменной, ультрасовременным модерновым зданием.

Но вот заезжаем мы во внутренний дворик, и перед нами открывается совсем другая „Россия”: вся в копоти, с чёрными, облупленными стенами. Оказывается, совсем недавно в гостинице случился страшный пожар, во время которого люди прыгали с 19-го этажа, обернувшись в матрасы, – таким образом они надеялись спастись. Горничные рассказывали нам, как ломались лестницы, как люди падали с верхних этажей. И в коридорах, и вокруг здания все ещё стоял запах пожара.

Но всё равно было здорово, и мы были счастливы! Мы просыпались под бой курантов! Делая утренний променад, ходили гулять на Красную площадь. А вскоре начался кинофестиваль. Поскольку мы репетировали здесь же, в „России”, то у нас были спецпропуска, благодаря которым мы могли ходить где угодно. И едва заканчивалась репетиция, мы отправлялись смотреть кино. Это было большое культурное потрясение. Даже московский мальчишка, которого тогда пустили бы бродить по „России”, испытал бы настоящий шок, ведь по коридорам ходили разные мировые знаменитости, которых до этого мы могли видеть только на экране да на журнальных фотографиях.

В августе мы сдали программу и в сентябре уехали на работу в Благовещенскую филармонию. Наша группа теперь называлась „Магистраль”, это название отобрали у Юрия Антонова и дали нам…»

Той же дорогой, но десять лет спустя, покорять Москву приехали Дмитрий Ревякин и его соратники по группе «Калинов Мост».

Дима рос в Забайкалье и воспитывался, слушая пластинки советских вокально-инструментальных ансамблей, которые через систему Посылторга выписывал его отец. Западная музыка доходила до него через журнал «Кругозор», в приложении к которому на гибкие пластинки записывались все основные хиты тех лет. Там был и Элтон Джон, и Пол Маккартни, и Bee Gees, и Baccara. Начиная с 8-го класса юноша стал играть на танцах в составе местного ансамблика, который исполнял хиты, услышанные на этих пластинках. Но любимыми у Димы были песни группы «Цветы». Жизнь была интересная и насыщенная.

С русским роком Ревякин познакомился только в 1982 году, когда учился в институте в Новосибирске. Тогда ему в руки попала плёнка с записью магнитоальбома группы «Зоопарк» «Blues de Moscou». Потом он раздобыл записи групп «Урфин Джюс», «Кино» и «Аквариум», пришло время – познакомился и подружился с Костей Кинчевым, а Башлачёв, приезжая в Новосибирск на гастроли, и вовсе останавливался у Ревякина дома.

Все эти годы Диме не давала покоя песня Майка о Москве. Почему Майк поёт о том, что «нас здесь никто не любит, а мы не любим их»? С подсознательным желанием разгадать эту загадку он и отправился в Москву. Сибирские музыканты воспринимали себя как возмутителей порядка и задачу перед собой ставили всегда одну – покорить Москву. Тем более что «Калинов Мост» тогда исполнял действительно необычную музыку – разученный в Сибири блюз, помноженный на словотворчество в традициях Велемира Хлебникова.

В сентябре 1987 года на фестивале в Подольске перед изумлённой публикой неожиданно предстала группа небывалой творческой мощи. Но удача улыбнулась «Калинову Мосту» после выступления на презентации фильма «Асса», когда Стас Намин предложил ребятам сотрудничество со своим музыкальным центром. Это предложение гарантировало возможность репетировать и записывать качественные студийные альбомы. Однако продолжение было как в той самой песне Майка: «В Сокольниках и в центре один крутой облом…» Переход к профессиональной жизни сопровождался психологическими потрясениями, потому что, несмотря на обещанную Стасом Наминым поддержку, музыкантам пришлось преодолевать многочисленные материальные и бытовые трудности. Не было ни работы, ни концертов, а значит – ни денег, ни уюта. Ночевали, теснясь у друзей и знакомых, то в маленькой квартирке Инны Желанной в Хамовниках, то в общагах у приятелей-новосибирцев.

Читать книгуСкачать книгу