Гордость нации

Скачать бесплатно книгу Аверченко Аркадий Тимофеевич - Гордость нации в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Гордость нации - Аверченко Аркадий

Аверченко Аркадий Тимофеевич

Гордость нации

Городовой Сапогов

Ялтинский городовой Сапогов получил от начальства почетное, полное доверия к уму и такту Сапогова поручение: обойти свой участок и проверить всех евреев -- занимается ли каждый еврей тем ремеслом, которое им самим указано и которое давало такому еврею драгоценное, хрупкое право жить среди чудесной ялтинской природы...

Проверять хитрых семитов Сапогову было приказано таким образом: пусть каждый семит сделает тут же, при Сапогове, на его глазах, какую-либо вещь по своей ремесленной специальности и тем докажет, что бдительное начальство не введено им в заблуждение и недостойный обман.

-- Ты только держи ухо востро, -- предупредил Сапогова околоточный.
-- А то -- так тебя вокруг пальца и обкрутят!

-- Жиды-то? Меня-то? Да господи ж.

И пошел Сапогов.

-- Здравствуйте!
-- сказал Сапогов, входя к молодому Абраму Голдину.
-- Ты это самое, как говорится: ремесло свое... Сполняешь?

-- А почему мне его не исполнять?
-- удивился Абрам Голдин.
-- Немножко кушаю себе хлеб с маслом. Знаете -- фотография, конечно, такое дело: если его исполнять, то и можно кушать хлеб с маслом. Хе-хе! На здоровьичко...

-- Та-ак, -- нерешительно сказал Сапогов, переминаясь с ноги на ногу.
-- А ты вот что, брат... Ты докажи! Проверка вам от начальства вышла...

-- Сделайте такое одолжение, -- засуетился Абрам Голдин, -- мы сейчас из вас сделаем такую фотографию, что вы сами в себя влюбитесь! Попрошу вас сесть... Вот так. Голову чуть-чуть набок, глаза сделайте, попрошу немножко интеллигентнее... рот можно закрыть! Закройте рот! Не делайте так, будто у вас зубы болят. Нос, если вам безразлично, можно пока рукой не трогать. Потом, когда я кончу, можно его трогать, а пока держите руки на грудях. Прошу теперь не шевелиться: теперь у вас за-ме-ча-тель-но культурный вид! Снимаю!! Готово. Спасибо! Теперь можете делать со своим носом что вам угодно.

Сапогов встал, с наслаждением расправил могучие члены и с интересом потянулся к аппарату.

-- А ну -- вынимай!

-- Что... вынимать?..

-- Что там у тебя вышло? Покажь!..

-- Видите ли... Сейчас же нельзя! Сейчас еще ничего нет. Мне еще нужно пойти в темную комнату проявить негатив.

Сапогов погрозил Голдину пальцем и усмехнулся.

-- Хе-хе! Старая штука!.. Нет, брат, ты мне покажи сейчас... А этак всякий может.

-- Что это вы говорите?
-- встревожепно закричал фотограф.
-- Как же я вам покажу, когда оно не проявлено! Нужно в темную комнату, которая с красным светом, нужно...

-- Да, да...
-- кивал головой Сапогов, иронически поглядывая на Голдина.
-- Красный свет, конечно... темная комната... Ну, до чего же вы хитрые, жидова! Учитесь вы этому где, что ли... Или так, -- сами по себе? Дай мне, говорит, темную комнату... Ха-ха! Не-ет... Вынимай сейчас!

-- Ну, я выну -- так пластинка будет совершенно белая!.. И она сейчас же на свету пропадет!..

Сапогов пришел в восторг.

-- И откуда у вас что берется?! И чтой-то за ловкий народ! Темная, говорит, комната... Да-а. Ха-ха! Мало чего ты там сделаешь, в этой комнате... Знаем-с. Вынимай!

-- Хорошо, -- вздохнул Голдин и вынул из аппарата белую пластинку.
-- Смотрите! Вот она.

Сапогов взял пластинку, посмотрел на нее -- и в его груди зажглась страшная, тяжелая, горькая обида.

-- Та-ак... Это значит, я такой и есть? Хороший ты фотограф. Понимаем-с!

-- Что вы понимаете?!
-- испугался Голдин. Городовой сумрачно посмотрел на Голдина...

-- А то. Лукавый ты есть человек. Завтра на выезд получишь. В 24 часа.

Сапогов стоял в литографической мастерской Давида Шепелевича, и глаза его подозрительно бегали по странным доскам и камням, в беспорядке наваленным во всех углах.

-- Бонжур, -- вежливо поздоровался Шепелевич.
-- Как ваше здоровьице?

-- Да так. Ты ремесленник будешь? А какой ты ремесленник?

-- Литографический. Ярлыки разные делаю, пригласительные билеты... Визитные карточки делаю.

-- Вот ты мне это самое и покажи!
-- сказал подмигивая Сапогов.

-- Сколько угодно! Мы сейчас, ваше благородие, вашу карточку тиснем. Как ваше уважаемое имя? Сапогов? Павел Максимович? Одна минутка! Мы прямо на камне и напишем!

-- Ты куда?
-- забеспокоился Сапогов.
-- Ты при мне, брат, пиши!

-- Да при вас же! Вот на камне!

Он наклонился над камнем, а Сапогов смотрел через его плечо.

-- Ты чего же пишешь? Разве так?

-- Это ничего, -- сказал Шепелевич.
-- Я на камне пишу сзаду наперед, а на карточке оттиск выйдет правильный.

Сапогов засопел и опустил руку на плечо литографа.

-- Нет, так не надо. Я не хочу. Ты, брат, без жульничества. Пиши по-русски!

-- Так оно и есть по-русски! Только это ж нужно, чтобы задом наперед.

Сапогов расхохотался.

-- Нужно, да? Нет, брат, не нужно. Пиши правильно! Слева направо!

-- Господи! Что вы такое говорите! Да тогда обратный оттиск не получится!

-- Пиши, как надо!
-- сурово сказал Сапогов.
-- Нечего дурака валять.

Литограф пожал плечами и наклонился над камнем. Через десять минут Сапогов сосредоточенно вертел в руках визитную карточку и, нахмурив брови, читал:

-- Вогопас Чивомискам Левап. На сердце у него было тяжело...

-- Так... Это я и есть такой? Вогопас Чивомискам Левап. Понимаем-с. Насмешки строить над начальством -- на это вы горазды! Понимаем-с!! Хороший ремесленник! Отметим-с. Завтра в 24.

Когда он уходил, его добродушное лицо осунулось. Горечь незаслуженной обиды запечатлелась.

"Вогопас, -- думал, тяжело вздыхая, городовой, -- Чивомискам!"

Старый Лейба Буцкус, сидя в уголку сквера, зарабатывал себе средства к жизни тем, что эксплоатировал удивительное изобретение, вызывавшее восторг всех окрестных мальчишек... Это был диковинный аппарат с двумя отверстиями, в одно из которых бросалась монета в пять копеек, а из другого выпадал кусок шоколада в пестрой обертке. Многие мальчишки знали, что такой же шоколад можно было купить в любой лавчонке, без всякого аппарата, но аппарат именно и привлекал их пытливые умы...

Сапогов подошел к старому Лейбе и лаконически спросил:

-- Эй, ты! Ремесленник... Ты чего делаешь?

Старик поднял на городового красные глаза и хладнокровно отвечал:

-- Шоколад делаю.

-- Как же ты его так делаешь?
-- недоверчиво покосился Сапогов на странный аппарат.

-- Что значит -- как? Да так. Сюда пятак бросить, а отсюда шоколад вылезает.

-- Да ты врешь, -- сказал Сапогов.
-- Не может этого быть!

-- Почему не может? Может. Сейчас вы увидите.

Старик достал из кармана пятак и опустил в отверстие. Когда из другого отверстия выскочил кусок шоколада, Сапогов перегнулся от смеха и, восхищенный, воскликнул:

-- Да как же это? Ах ты, господи. Ай да старикан. Как же это оно так случается?

Его изумленный взор был прикован к аппарату.

-- Машина, -- пожал плечами апатичный старик.
-- Разве вы не видите?

-- Машина-то -- машина, -- возразил Сапогов.
-- Да как оно так выходит? Ведь пятак-то медный, твердый, а шоколад сладкий, мягкий... как же оно так из твердого пятака может такая скусная вещь выйти?

Старик внимательно посмотрел своими красными глазами на Сапогова и медленно опустил веки.

-- Электричество и кислота. Кислота размягчает, электричество перерабатывает, а пружина выбрасывает.

-- Ну-ну, -- покрутил головой Сапогов.
-- Выдумают же люди. Ты работай, старик. Это здорово.

Читать книгуСкачать книгу