Яд желаний

Скачать бесплатно книгу Костина Наталья - Яд желаний в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Яд желаний - Костина Наталья

Не протягивай руку желаний к накрытой скатерти судьбы, ибо куски ее отравлены ядом.

Ходжа Самандар Термези

Город жил обычной жизнью. Кто-то спешил с работы, кто-то торопился за детьми в школу, кого-то звал уютный дом, а кого-то, напротив, ждала шумная вечеринка.

Сотни тоненьких ручейков-жизней сливались в один мощный поток жизни никогда толком не засыпающего города. Быть может, в самый глухой час ночи, когда темны почти все окна домов и выключено освещение улиц, позволит себе город-великан несколько минут спокойствия.

Должно быть, именно в такой глухой час и зарождаются заветные желания. Одни прячутся от нас самих, выжидая мига, когда станут желаниями обычными, осуществимыми. Другие заползают в самые темные уголки души и живут там годы, превращаясь в навязчивые, обрастая объяснениями и оправданиями. Случается, что такие желания поглощают всю душу целиком, становятся самой сутью жизни человеческой, ведут его годами.

Счастье, если это желание стать знаменитым музыкантом или расшифровать надпись, сделанную тысячелетия назад… А если желание куда проще и страшнее — воздать каждому, кто обидел? И что, если этих «каждых» с годами становится только больше, если обиды видишь в самых невинных словах или поступках?

Да, тогда происходит с человеком страшное «чудо» — выглядит он так же, как все, разговаривает, ест, влюбляется, ссорится. А изнутри… Изнутри весь он черен от зависти и яда желаний, превративших его душу в кипящий гневом котел.

Это и произошло с героиней нового романа Натальи Костиной. Но благодаря автору нам стало понятно, отчего она повела себя именно так, как повела. Дневник убийцы, как зеркало, отразил каждый из дней, когда безобидные с виду желания, попадая в черное горнило мести, страшно преображались, как обиды сливались в один огромный ком нелюбви, превратили милого и славного человечка в чудовище, готовое во имя своей цели смести все на своем пути.

Казалось бы, что может быть страшнее убийства? Что может быть непоправимее смерти? Да, за ней тьма небытия. Но лишь для одного. Все же остальные, ненадолго оглушенные болью, через какое-то время возвращаются к прежней жизни. И даже эта боль, ужасная, запомнившаяся навсегда, уходит, истирается, превращается в такое же воспоминание, как и сотни других.

Вот именно это нивелирование и есть то, что страшнее смерти. Спокойствие и холодные глаза, вчера незаинтересованно взглянувшие на труп, а сегодня так же рассеянно рассматривающие цветы на клумбе.

Равнодушные, занятые собой, мы не замечаем бед, которые каждый день происходят вокруг нас. Или, заметив, пожимаем плечами: ведь мне же в свое время никто не помогал выбраться из неприятностей — так отчего же я должен кому-то помогать?

Так происходит и с героями романа «Яд желаний». Ни смерть, ни предательство, ни равнодушие не могут вырвать их надолго из колеи, чтобы задуматься, что же самое главное в жизни, ради чего стоит жить. Задуматься о том, так ли заветны желания или, быть может, они тоже могут привести к самому краю пропасти.

Герои подумать об этом не успевают, но, быть может, нам, прошедшим с ними весь путь от первой до последней страницы романа, стоит задуматься о том, куда могут привести нас наши желания.

Есть люди, которые все явления окружающего мира воспринимают как-то совсем по-своему. Даже те из этих явлений, смысл которых человечеству давно известен, относительно которых давно условлено думать так, а не иначе, и те они понимают совершенно своеобразно. Эти люди живут как будто в другом мире, только параллельном нашему, но не совпадающему с нашим вполне во всех точках. Я заметил, что такие люди бывают двух категорий: или бездарно и тяжело тупые, или, наоборот, глубоко одаренные и даже гениальные. В них, в людях этих двух категорий, есть только одна схожая черта: гениальность последних так же тяжеловесна, как глупость первых.

В. М. Конашевич

Старлей Бухин читал. Сегодня у него был выходной, и грех было не воспользоваться этим с наибольшей пользой. Глаза старлея с упоением поглощали строчку за строчкой, а выражение лица говорило о том, что с книгой ему действительно повезло. Старлей замечательно разбирался не только в своей тяжелой работе опера убойного отдела, но и в художественной литературе. И книга, которую он сейчас держал в руках, безусловно, относилась к тем редким новинкам, которые доставляют подлинное удовольствие и не заставляют пожалеть ни о потраченных деньгах, ни о потерянном времени.

Итак, Бухин читал. Читал он сидя на крышке унитаза, в так называемом совмещенном санузле — маленьком тесном помещеньице, отнюдь не предназначенном для чтения, а уж тем более — еды. Однако на умывальнике виднелся поднос с чашкой чая, а также тремя бутербродами с вареной колбасой. Все это чтец собирался употребить немедленно, но чай простыл, да и о бутербродах он почти забыл, увлекшись стремительно разворачивающимся сюжетом. В ванне, дожидаясь его внимания, мокли пеленки, но старлей, не замечая ничего, восседал с книгой на унитазе, для пущего комфорта предусмотрительно умягчив сиденье подушечкой.

Саша Бухин вовсе не был извращенцем, предпочитающим туалет всем прочим помещениям. Однако в маленькой квартирке его родителей, после того как там поселились его жена, теща и его собственные дети — близнецы Саша и Даша, податься было абсолютно некуда.

Квартира, которая раньше была довольно просторной — как-никак три комнаты! — с переездом в нее всего-то двух взрослых и двух совсем маленьких детей, вдруг съежилась до размеров совершенно неприличных. Вот поэтому-то и вышло, что уединиться с книгой, кроме как в туалете, было негде. В гостиной смотрели телевизор Сашин папа и Дашина мама, из дальней комнаты доносился звук еще одного средства коммуникации — у бабушки и у родителей старлея вкусы не совпадали. В их с Дашкой комнате пока было тихо — спали близнецы и сама Даша. На кухне мама Саши, являющаяся к тому же свекровью и бабушкой в одном лице, готовила ужин для всей большой объединенной семьи. Приготовление пищи было делом весьма нелегким, требующим сноровки и фантазии. Нужно было учесть как потребности кормящей невестки, так и ее собственной престарелой свекрови. Однако маме старлея Бухина было не привыкать к трудностям. На плите шипело, скворчало и булькало. И, разумеется, процесс готовки также сопровождал телевизор.

Такое тотальное перенаселение в квартире Бухиных-старших случилось после того, как младшие — то есть Саша и Даша — получили благородно отстегиваемые государством «детские деньги». На первый взгляд сумма была весьма внушительной, однако квартиру на нее купить было нельзя, машину тоже. Сгоряча молодые родители едва не потратили большую часть средств на расширение кругозора — романтически настроенная Дашка желала в Париж и прочую Европу. Ее более практичная свекровь настаивала на том, что после родов нужно не в Париж, а в санаторий — оздоровиться. Бухин был готов нести Дашку в Париж на руках, но пока близнецы не подрастут, даже мечтать о путешествии было преждевременно. Класть деньги в банк молодая семья опасалась — мало ли банков лопнуло за последнее время? Поэтому они, спрятанные в укромном уголке антресолей, вызывали неопределенное беспокойство и, что называется, жгли владельцам карман. Наконец Сашку осенила гениальная идея. Он посоветовался с женой, и она идею одобрила. Счастливые супруги вздохнули с облегчением: в Париж они попадут рано или поздно, а вот квартира Даши, в которую старлей вселился после свадьбы, отчаянно нуждалась в ремонте. Разумеется, и Даша, и ее мама, любящая порядок и чистоту, блюли каждый уголок, но все старилось и ветшало — осыпалась штукатурка, стирались полы, а сантехника и обои еще помнили правление если не Никиты Хрущева, то уж генсека Брежнева точно.

Ремонтировать жилье постановили капитально: ободрать все сверху донизу и заменить все, что только было возможно. Разумеется, в пределах полученной суммы. Сашка Бухин несколько вечеров провел, обложившись со всех сторон бумажками с чертежами и подсчетами, — глупо было бы начать и бросить такое великое дело из-за перерасхода финансирования. Но цифры складывались, делились и умножались, дебет сходился с кредитом, и старлей сделал вывод — капитальный ремонт они потянут.

Читать книгуСкачать книгу