Открытые окна

Автор: Понорницкая Илга  Жанр: Детская проза  Детские  Год неизвестен
Скачать бесплатно книгу Понорницкая Илга - Открытые окна в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Открытые окна - Понорницкая Илга

Разгильдяи

За ужином мама говорит Косте:

— Вижу, тебя в компьютер затянуло по самые ботинки. И папа тоже заметил, между прочим…

Папа молчит, тефтельку жуёт. Но ясно — он с мамой согласен. И оба на меня смотрят, ждут, чтобы я тоже согласилась. Тогда нас уже трое будет, кто всё замечает.

Я спрашиваю:

— Как это — по ботинки?

А мама, с досадой:

— Не слышала, что ли, никогда, как говорят, — что затянуло кого-нибудь с ботинками?

И — снова к Косте — допытываться:

— Давай-ка разберём твой день, весь по часам — чем ты сегодня занимался? Во сколько уроки закончились?

Хочет, чтоб он ответил: «Ну, в час…»

Или там — «В два».

И она тогда сможет сказать: «Вот видишь, сколько времени ты зря потратил!»

Но время-то от этого не вернётся с семи часов к двум, обратно!

Да и ей самой, может, назад, в два часа дня, от нас не хочется.

Сколько я слышала от мамы, что лучшее время — это вечер. К вечеру мы, наконец-то, собираемся, все четверо. И никуда не надо торопиться. Мы можем обсуждать свои дела, беседовать о том, что всем нам интересно…

Я думаю: вот это, что ли, интересно?

Костя так и будет молчать. И тогда мама у меня спросит:

— Лена, так во сколько вы из школы пришли?

И я отвечу:

— Да не помню…

Ведь правда, правда, я не смотрю на часы, когда вхожу!

Я сразу ставлю обед разогревать. И пока суп греется — танцую. В гимнастику меня не взяли из-за глаз, и дома я делаю мостик или на голове стою возле стены.

И вижу Костины ноги — вовсе не в ботиках, он как приходит, сразу в тапки переобувается. Он ходит по комнате задумчиво, я вижу, как на пол крошки падают — значит, он булочку жуёт.

Но вот ноги исчезают из моего поля зрения. А значит, он уже возле компьютера стоит. И, наконец, я слышу всегдашнее:

— Лен, это… Я долго не буду. Так только — от школы отдохну…

Я с головы на ноги встаю, очки беру, чтобы его лицо увидеть. Спрашиваю, как мама:

— А не затянет тебя?

Но он уже сам себе разрешил играть — не дожидаясь, пока я разрешу. А значит, надо с него глаз не спускать. Чуть только его затягивать начнёт — я его сразу в бок:

— Хочешь, чтоб вечером снова — про ботинки?

Сейчас так и скажу! Ну ладно, пусть ещё немного поиграет, ещё можно… Как раз у него такой момент… Он только на одного монстра отвлёкся, на зелёного — а сзади фиолетовый щупальце поднял…

Я кричу:

— Сзади, сзади!

А он:

— Ленка, не лезь ты, нельзя вдвоём!

С теми, кто по сети за этих монстров играет, — можно, значит, а со мной нельзя?

Костя шипит:

— Снова из-за тебя продую. Лучше иди чайник поставь!

А что, чай — это нормальная еда, что ли? Я вспоминаю про суп, бегу на кухню — и верно, он чуть не выкипел. То, что осталось, я разливаю по тарелкам. Хлеб режу, тороплюсь. И Косте кричу:

— Готово!

Хотя он сам не придёт. Ему надо в самое ухо закричать:

— Обедать! — тогда он, может, оторвётся от игры. Если ещё не поздно отрывать его.

А сейчас уже всё, поздно! Затянуло его, прижало к монитору. Теперь он сидит сгорбившись, плечи вперёд, будто и впрямь хочет вовнутрь залезть. Весь затаился… И только рука с мышкой мечется по столу!

А ноги, кажется, живут сами по себе. Он ими отталкивается, подпрыгивает на стуле: быстрей, быстрей! Ах, значит, так — засада? Надо сгруппироваться, чтобы потом как прыгнуть!

Он группируется на стуле, а потом резко распрямляется. Стул крякает под ним. Булочка, надкушенная и позабытая, падает на ковёр. А Костя уже сидя бежит, пинает кого-то невидимого. Тапочки слетают с него — он не замечает…

Если сейчас позвать его: «Эй, Костя!» — он огрызнётся:

— Уйди, сказал!

А то и стукнет.

Мама приходит вечером, он поднимает на неё глаза — когда ты, мол, появилась? И нехотя снимает наушники.

Впрочем, иногда он без наушников играет. Они рядом на столе валяются. И всё равно — кричи ему, не кричи…

Особенно одну игру он полюбил.

Там каждый себе выбирает человечка. Они только цветом различаются, а так все одинаковые. Квадратные и с головами в виде тазиков.

На тазике глазища — ими ты вращаешь, чтобы засаду не проглядеть. Ножки у всех тонюсенькие — но прыгают те человечки без разбега, с одного угла монитора в другой.

И уж дубасят они друг друга по тазообразным головам… Грохот стоит, как будто вокруг тебя и впрямь в медные тазы колотят.

А пока один из них другого не поймает, сплошной такой звук идёт: «Мммммммм!» Или ещё есть: «Миу-миу-миу!» У всех нас от этого звука уши болят. Одному Косте нравится.

Он хвастается вечером:

— Ну, я сегодня отделал Рэта! Всё, Рэт — покойник!

Я пугаюсь: с ума он сошёл, что ли — маме докладывать об этом? Хотя мама сколько раз нам говорила: в семье каждый может поделиться своими переживаниями или своей радостью…

Но только попробуйте сказать: «Мама, у меня за контрольную трояк. Знаешь, я так переживаю!» Увидите, что будет.

И Косте с его радостью сейчас влетит.

Но нет. Мама теряется. Она только вздыхает и спрашивает:

— Рэт-то тебе что сделал?

А Костя ей:

— Знаешь, как он огрел меня дубиной по мозгам!

Рэта Костя никогда не видел — он живёт в Австралии. Можно сказать, на другой стороне Земли. Когда у нас день, у Рэта ночь.

Мама говорит: «Ну, я понимаю, ты — днём время тратишь, вместо того, чтобы уроки делать, на улице гулять. А эти бездельники по ночам не спят, и Рэт, и этот второй, как его…»

Я подсказываю:

— Хью, что ли?

С этим Хью Костя разговаривает больше, чем со мной. В чате, но какая разница. Можно подумать, что его сестра — это Хью. То есть брат — Хью.

И мама сразу подхватывает:

— Да, этот самый Хью!

Хотя у Хью время не сильно отличается от нашего.

На игровых сайтах Костя познакомился с массой народа. Это мальчишки, в основном. Из Пензы, Питера, из Красноярска, Владивостока… И ещё из разных городов.

Мама интересуется:

— А из наших мест — есть кто-нибудь?

И Костя ей сразу двоих находит.

— Вот, — говорит, — смотри, мам! А тебе зачем?

И правда — зачем? У Кости своя компания. Чаще всего с ним играет Хью, англичанин, и этот самый Рэт из Австралии. Или ещё Ли Джин — китаец.

Ещё у них Миша есть, он раньше в России жил, а теперь тоже в Англии, с родителями. В Лондоне, как и Хью. Костя спросил, не виделись ли они там, и оказалось, они только в игре встречаются. Хотя могли бы, если б захотели, встретиться и поболтать.

Бывает, что они попарно играют, двое на двое. И если кому-то пары не хватает, тот обижается — остался не у дел. Миша как-то написал Косте, что с ним играть больше не будет — это когда они вместе продули Хью и Ли Джину. Что Костя — это просто какой-то рэм.

Миша не упускает случая похвастать, как он английский выучил. «Знаешь, — спрашивает у Кости, — кто такой рэм?»

Костя посмотрел в словаре, а рэм — это баран.

В следующий раз он играл в паре с Рэтом — и снова они продули, теперь Ли Джину и Мише. И он тогда Рэта с расстройства Рэмом обозвал.

А тот пишет ему:

«У тебя смешная ошибка. Моё имя Рэт. А рэм — это очень полезное и красивое животное». И дальше — Пэ Эс: «Я держу порядка трёх тысяч овечек и баранов».

Костя позвал меня, и мы вместе искали, как задать вопрос:

«Выходит, твои родители — пастухи?»

Но он, вроде, и не понял, о чём его спросили.

Мама удивляется:

— Ты, Костя, казалось бы, английский мог бы знать в совершенстве! С такими-то друзьями…

Английский у Кости не идёт. Как был с самого начала трояк, так и сейчас трояк.

Костя говорит:

— Мам, почему тебе так важны оценки? Язык учат зачем? Чтобы друг друга понимать… А мы же с ребятами друг друга понимаем!

Мама теряется — и в самом деле, зачем ещё язык учат? А Костя — дальше ей зубы заговаривать:

Читать книгуСкачать книгу