Музыка. Жизнь. Свет

Автор: Кусимов Рахман  Жанр: Поэзия  Поэзия  Год неизвестен
Скачать бесплатно книгу Кусимов Рахман - Музыка. Жизнь. Свет в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Музыка. Жизнь. Свет - Кусимов Рахман

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

из-за штор

***

я бы мог и взахлёб, навзрыд, мне нашлось бы, о чём навзрыд,

чтобы строчка дала эффект пресловутого кома в горле,

потому что и впрямь – болит, ведь у всех что-нибудь болит,

но, сдержавшись в который раз, я зачем-то пишу другое.

нет бы выглянуть из-за штор, нет бы, выглянув из-за штор,

заявить, что неважно – как, что могу хоть глагол с глаголом;

ведь и вправду неважно – как, но гораздо важнее – что

/эй, трубите во все концы, что король оказался голым/.

мир печален, но он красив, улыбнись, он же так красив,

ничего не хочу писать, я тобой хочу любоваться,

потому что люблю тебя, разрешения не спросив;

потому что уходят дни, и не двадцать уже, не двадцать.

я в словесной тону воде, но когда не тону в воде —

я стою. подо мной земля. неизбежное небо – выше.

так стоят поезда порой на пустых полустанках, где

никогда б не вошёл никто и никто не вышел.

переводчик

в ночь, когдасонный город застыл,огорошенныйснежным драже,переводчикнаводитмостына высокомсвоёмэтаже;он не спит, потому что привык,и, касаясь бумаги едва,на живой переводит языкненаписанных текстов слова.

нрзб

…жизни всё меньше, и, кроме прочего,не попросить запасной.это потом я стану пробелом, прочерком,именем в памяти, голосом в записи,цифрами в записной.в праздник ли это, в разгаре ли дня рабочего, —выпадет время лингвистики:птичий, латынь, санскрит.это потом я[далее неразборчиво:кто невзначай услышит – не повторит]

крепкие

Какого б ни был ты роду-племени, хоть церемонься, хоть оборзей, – такое время, что мало времени и у знакомых, и у друзей. И не с кем выпить, и не с кем ссориться, и на двенадцатом этаже ты всё лелеешь свою бессонницу, не изгоняемую уже. Луна плывёт бригантиной по небу сентиментального сентября, а ты выдумываешь кого-нибудь, напоминающего тебя. Ты называешь героя Гришкою, представив, с музами сообща, как он с классической ходит стрижкою и курит крепкие натощак. Он пробавляется скромным ужином, аскет аскетом во всей красе, и нет сомнений в его недюжинном таланте быть не таким, как все. И всё отчётливей с каждой фразою его проглядывают черты. Вы с ним похожи, как было сказано, но он разборчивее, чем ты. И вот, иных забывая начисто, почти прозрев к двадцати восьми, он скажет: «в людях важнее качество, а не количество, чёрт возьми». Красив и молод – живи и радуйся, вставай с улыбкою поутру… Но он печален. Но он под градусом. Он курит крепкие на ветру. А город манит своими видами, и что с того, что ночной порой себе зачем-то героя выдумал такой же выдуманный герой…

magnum

I

Мало радости ждать трамвая в одиночестве на кольце. Всё, что медленно забываешь – отпечаталось на лице. Связь пропала – смени тарифы, абонентам иным под стать. Наплевать на стихи и рифмы. И на прочее наплевать. Дни туманны, и воздух горек. Нет бы всё по-другому, но – перед взором всё тот же город, с той же улицей, где темно. И когда б соблюдать обычай, то, чем жил, в дневнике храня, вряд ли много б нашлось отличий одного от другого дня. И уже не понять, где правда невзначай переходит в ложь, и от жизни в режиме «авто» до смертельного устаёшь.

II

Мало радости быть заплатой на отрепье дурных времён. Не труби о беде, глашатай, – будешь проклят и заклеймён. Век суров: мы живём и дышим, а другие, презрев табу, променадом по скользким крышам искушают свою судьбу. Но покуда на дне колодца видно небо, что над тобой – сердце бьётся, как прежде, бьётся, а, верней, продолжает бой. Это значит, что я не сгину, как бы ни был резон высок – оттого ли, что выстрел в спину предпочтительней, чем в висок; оттого ли, что жизнь прекрасной предстаёт ещё вопреки прозорливцам, которым ясно, что случится в конце строки.

сон

потом приходит сон, где он парити тихо неземное говорит:смотри, смотри, я тень, я дым, я свет,я тот, кого на свете больше нет,не бойся, говорит, я дождь, я снег,я небо навсегда, я сон навек,смотри, смотри, теперь, когда я здесь,я тот, кто я на самом деле есть,теперь я весь о том, что всё пройдет,язык без слов и музыка без нот,и вот теперь, когда я тишина,я больше жизни, выше, чем она;теперь я весь о небе и любви,а ты – живи.

туда

туда, где нет рабочего режима,и всё потом, пожалуйста, потом;туда, где лето неопровержимо, незыблем дом,ещё все живы;где в школьном своевременном трамваезабрезжит контролер, того гляди;где первый снег, приставка игровая, жизнь впередикак таковая;где чайник со свистком монументалени чуть расплывчат гость к шести часам;где сладки шоколадные медали (виновен сам —других не дали);там диск на телефонном аппаратевращается, и ждешь, и ждёшь ответ,но дозвониться времени не хватит за столько лет.(за сколько, кcтати?).там лес, река, и солнце к ним впридачу,там лишнее творим и говорим,там бабушкин пирог на светлой даче неповторим.теперь – тем паче.теперь, когда все те, кто стали светом,отчалив к неизбежным берегам,назад не приплывут (по всем приметам), —что делать нам?жалеть об этом.

Читать книгуСкачать книгу