Про Ёлочку

Автор: Шубина Марина  Жанр: Прочая детская литература  Детские  Год неизвестен
Скачать бесплатно книгу Шубина Марина - Про Ёлочку в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Про Ёлочку - Шубина Марина

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава первая. Ельник. Ёлочный этикет и Артистическая карьера

Жил-был лес, и произрастали в нем исключительно одни Ёлки. Поэтому назывался он Ельник. Ёлки очень гордились своим званием «Ель обыкновенная» и соседства других деревьев не то, чтоб не терпели – просто ни одно дерево не может вырасти в их тени. Даже маленькие Ёлочки, если и прорастают из семян – так и остаются маленькими, шанс вырасти невелик, разве что какое-то из старых деревьев упадет и откроется путь к свету…

Однажды в Ельник неведомо каким ветром занесло маленькое семечко, по виду – вроде бы еловое. Но Ёлки были заняты своими ёлочными делами и этого события не заметили. Семечко немножко полежало в земле, поразмыслило – да и проросло. И очень даже быстренько из семечка выросла Ёлочка. Самая настоящая! Ёлочка старательно тянулась к свету, но его было так мало, что она, в конце концов, возмутилась.

– Эй, вы там, наверху, – сказала новенькая Ёлочка, – не могли бы вы немного подвинуться? Чего-то тут внизу света маловато! Имейте совесть!

Ёлки перестали шушукаться и переругиваться между собой (да-да, они все время спорят – кому свет нужнее, что поделаешь – между ними всегда жесткая конкуренция) и посмотрели вниз.

– Ого, – сказала ёлка по имени Цапцарапиха, – а ты откудова взялось, чудо-дерево?

– Откудова-откудова, – буркнула новенькая Ёлочка, – известное дело, из семечка выросла!

Другая ёлка сочувственно вздохнула и замахала ветвями:

– Лучше б тебе здесь не прорастать! – сказала она. Это была Колобродиха, известная своим крутым нравом и правдолюбием, – все равно так заморышем и останешься. Не подумай, что мы такие уж плохие – Ёлочный этикет предписывает. Уж коли мы выросли, так никого другого к свету не пропустим. Хвоя плотная, живем долго. Разве что, какая-нибудь из нас свалится, чего доброго – тогда у тебя шанс и появится.

– Да ладно, – сказала Ёлочка, – выживу уж как-нибудь!

Корявая ёлка Пустозвониха запричитала:

– Ой, и не повезло же тебе! Нет чтоб где-нибудь в Березняке прорасти – уж там бы тебе и света, и тени достаточно было бы… Ну ладно, уж если выросла – так куда уйдёшь? У любого дерева корни, теперь уж никуда не денешься. Так и будешь здесь торчать.

– Ась? Чаво? – встрепенулся вечно дремлющий Пень.

– Заткнись, Старый Пень! – дружным хором сказали Ёлки.

«Какая хорошая компания, – подумала Ёлочка, – буду тренироваться. Может, всё-таки корни не так уж глубоко вросли? Потренируюсь – выдерну! Пойду куда-нибудь в более приятное место!»

– Как тебя называть-то? – спросила любопытная Цапцарапиха. Мимо нее никто не мог пройти спокойно, ёлка непременно цепляла своими колючими лапами.

Ёлочка немножко подумала, вытянулась во весь свой маленький рост, распушила иголочки и важно сказала:

– Зовите меня Й-Ола!

Ёлки рассмеялись от такого нахальства.

– Да какая ты Й-Ола, это имя для тебя – не по росту! Ты просто маленькая Ёлочка! К тому же, кажется, и хвоя-то у тебя не зелёная… Да ты какое-то декоративное растение, а не настоящая ёлка!

Ёлочка от обиды расфуфырилась ещё больше и запальчиво ответила:

– А мне ваше мнение – фиолетово! – и ее голубоватая хвоя от злости действительно стала фиолетовой, – Я вырасту большим-пребольшим деревом, так и знайте! Вырасту до своего Большого Имени!

Ёлки засмеялись и пожали ветками:

– Расти, нам-то что? Если сможешь, конечно. И если успеешь.

А корявая Пустозвониха шепнула:

– Берегись Лесника! Ходит тут такой… Мужичонка… И срубить может, особенно – если Новый год…

– А что такое Новый год? – спросила наивная Й-Ола.

– Эх ты, темнота, – сказала всезнайка-Цапцарапиха, – Новый год – самое страшное время. Бродит по лесу Мужичонка-с-топором, срубит такую вот, как ты, мелкую, отвезёт в город. Это называется – артистическая карьера.

– А корни, корни-то как же? – удивилась Й-Ола, – Дереву без корней – никак не прожить! И потом, наверное, это больно!

– Говорят, не больно. Мороз – хорошая анестезия. А корни артистке ни к чему, – авторитетно пояснила Цапцарапиха, – в крестовину воткнут, всякими безделушками обвешают, потом вокруг хороводы водят, песни всякие поют. Вроде веселятся.

– Хорошенькое веселье, без корней-то, – фыркнула Й-Ола, – так и засохнуть недолго!

– Правильно мыслишь, – Цапцарапиха одобрительно закивала верхушкой, – стоит такая вот красотка, вся в мишуре, в гирляндах, а хвоя осыпается. Так вот и засыхает на своём артистическом кресте. А как праздник пройдёт – снимут с креста и в печку. Вот так. Это называется – сгореть на работе.

– Мдя, – задумчиво сказала Й-Ола, – артистическая карьера коротка, и меня, пожалуй, мало прельщает… Должен быть какой-то другой путь к свету.

И она принялась усиленно тренировать корни, чтобы отправиться в путешествие своим ходом. Корни же от этих упражнений становились только крепче.

Соседки скептически смотрели на Й-Олины усилия и только посмеивались.

Время от времени в Ельник заходил Лесник, одобрительно хмыкал, похлопывая ёлки по стволам, и недоуменно чесал в затылке, глядя на Й-Олу.

Глава вторая. Страшное время. Ботаник

Время шло, наступила зима. Ёлки дремали, укрытые снегом. Новый год неумолимо приближался. Взрослые ёлки не очень-то опасались праздника, потому что Лесник называл их непонятным словом «некондиция» и никогда срубить не пытался. А Й-Ола надежно, как ей казалось, спряталась в здоровенном сугробе.

И вот в самый канун Нового года в Ельнике появился Лесник. С топором. На лыжах. Да не один, а в сопровождении какого-то очкастого типа.

– Опачки, – прошептала буйная Колобродиха, – принесла его нелёгкая…

Ёлки вытянулись в струнку, на всякий случай стараясь казаться как можно более высокими, и замерли.

– Вот тут, – сказал Лесник, ткнув топором в сугроб, где укрылась Й-Ола, – с тебя пузырь.

Очкарик осторожно подобрался к сугробу, стряхнул снег с Й-Олиных веток и тихо ахнул.

– Чего уставился, – буркнула Й-Ола, – рубить будешь? Так и знай, не хочу я ни в какие артистки.

Очкарик от неожиданности не устоял на лыжах и плюхнулся в снег. Не каждый день ведь встретишь такую разговорчивую ёлку! Лесник поодаль небрежно поигрывал топориком, ухмылялся и, по своему обыкновению, чесал в затылке. Очкарик немного побарахтался в сугробе, потом кое-как добрался до Лесника и стал ему что-то говорить, оживленно жестикулируя. Лесник пожал плечами, убрал топорик за пояс, а очкарик вновь подошел к Й-Оле.

– Не буду я тебя рубить, – сказал он, – Жалко. Я вернусь за тобой, когда растает снег.

– Весной рубить будешь? – изумилась Й-Ола, – Так не по правилам, совсем без анестезии!

– Дурында, – засмеялся очкарик, – я ведь Ботаник. Просто выкопаю и увезу к себе в сад. Там тебе будет лучше.

– Я Й-Ола. Имя такое. Только я ведь вырасту в здоровенное дерево, – предупредила Ботаника честная Й-Ола, – и под моей кроной ничего расти не будет. Мы, ёлки, такие. Ёлочный этикет, будь он неладен…

Ботаник снова засмеялся.

– Я знаю, – сказал он, – мы разведём под твоей кроной плантацию рыжиков.

– Я буду ждать, – просто сказала Й-Ола.

– Непременно заберу, – шепнул Ботаник и погладил голубую лапку Й-Олы.

– С меня – награда в двойном размере! – крикнул он Леснику, и они вместе ушли из Ельника, беседуя на ходу.

– Уффф, пронесло, – выдохнули ёлки и облегченно расправили ветки. Снег с них рухнул вниз, засыпав Й-Олу до самой верхушки. Да оно и к лучшему – за всю зиму никто её больше не потревожил. А Й-Ола, засыпанная снегом, грезила о весне и новой встрече с Ботаником.

Читать книгуСкачать книгу