Британия. Mind the Gap, или Как стать своим

Скачать бесплатно книгу Завьялова Виктория - Британия. Mind the Gap, или Как стать своим в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Британия. Mind the Gap, или Как стать своим - Завьялова Виктория

Под общей редакцией В. Дорофеева

Руководитель проекта И. Серёгина

Корректоры М. Миловидова, Е. Аксёнова

Компьютерная верстка А. Фоминов

Дизайнер обложки О. Сидоренко

Иллюстрации на обложке Shutterstock

* * *

В спокойное от политических волнений, беспорядков и выяснений отношений на пьяную голову поздно ночью у бара британцы очень вежливы. То есть нет, даже крайне вежливы. Вы наступите бритту на ногу – он вам скажет «извините». Двинете его локтем в метро почем зря – опять попросит прощения. Налетите на него со всей дури, торопясь куда-то по своим делам, – а он вам опять: мол, «сорри». На представителей других наций, только приехавших в Англию, впечатление это производит неизгладимое. В первое время кажется, что все островитяне как будто «малость пришибленные» и чувствуют себя во всем виноватыми. Но, нет, это простая человеческая вежливость. Вы же не специально налетели на него, отдавили ногу, обидели и втоптали в грязь? Вероятно, уже сами мучаетесь от содеянного. Почему бы, собственно, не извиниться первым? Ведь тогда в вас наверняка проснется совесть, и, лучезарно улыбаясь, вы ему тоже скажете: «Ну, и я тоже сорри, добрый человек».

От автора

«Каждая страна существует в своем маленьком замкнутом мирке, – сказал мне как-то один профессор в зеленой Британии (фраза эта была настолько хороша, что я даже засомневалась, а не позаимствовал ли он ее у кого-нибудь из великих). – Только выйдя за пределы своего мирка и попав в другой, можно по-настоящему понять что-то о своей стране и, самое главное, о себе». Теперь, пережив и переосмыслив опыт нескольких последних лет, я точно знаю: профессор был прав.

Я уже не помню, как началась моя история любви с Британией, и в особенности с Лондоном. Возможно, с имени Виктория, которое носят улицы и скверы, парки и крупнейший вокзал. Порой мне казалось, что окружающие люди только и говорят обо мне. «Виктории» в Британии так много, что это имя уже стало нарицательным и надолго дало мне ощущение принадлежности, дома. А, может быть, с сумасшедшей белки, которая как-то раз укусила меня в Гайд-парке. Тогда я была в Лондоне в первый раз, юной туристкой, которая даже и не мечтала о том, что когда-нибудь будет учиться и работать в одном из самых восхитительных городов мира. Я просто кормила белку орехами, а та ни с того ни с сего вдруг тяпнула меня за палец. Кровь текла на землю, люди вокруг советовали немедленно бежать к доктору, потому что «это может быть бешенство». А я посмотрела в хитрые беличьи глаза и поняла, что может быть, однажды (нет, совершенно точно!) вот возьму и вернусь сюда.

Пролог

На залитой первым весенним солнцем крыше сидел человек в застиранной рубашке и рваных штанах. Он играл на банджо и пел какую-то нехитрую песенку. Кажется, это было что-то из репертуара U2, искаженное и упрощенное до неузнаваемости.

Дом стоял так близко к железнодорожному полотну, что из окна поезда можно было разглядеть и его счастливое, освещенное солнцем лицо, и дырки на старых трениках, и грязное окно, и нехитрую убогую обстановку комнаты, такую обыденную и привычную для Хакни – одного из самых непривилегированных и при этом самых живых, артистичных и необыкновенных районов Лондона.

Поезд на Ватерлоо не двигался уже минут пятнадцать. За это время машинист извинился раза три. Но, увы, ситуацию это не меняло. А значит, мой супервайзер, скорее всего, уже аккуратно пометил в тетрадочке опоздание напротив моей фамилии. Люди в переполненном вагоне жмурились от солнца и ждали, как обычно, стойко и тихо. Лишь кто-то фыркнул «Oh, typical» (крайняя степень возмущения для британца) в ответ на сообщение машиниста о том, что в очередной, сто сорок первый, раз что-то произошло то ли с сигналами, то ли на путях. По лицам было заметно, что думают люди в вагоне – скорее всего, о том же, о чем и я: «Черт бы побрал этот кризис, консерваторов, корпоративный кодекс и в особенности British Railways». И еще – немного завидуют этому безработному парню, поющему на крыше, хоть он и живет в такой ужасной дыре, прямо у железной дороги.

Когда-то в одном из таких домов с тонкими стенами, где вечно холодно и дует даже от пола, жили и мы, впятером в трех комнатах. Вместе плакали и смеялись. Вместе накрывали на стол и экономили фунты, чтобы заплатить за электричество. Вместе выводили клопов и грелись у газовой плиты. Вместе читали книги и смеялись над бестолковыми видео в YouTube. Вместе отмечали Рождество, пели и танцевали вокруг стола, а соседи смотрели нас из своих окон как телевизор, иммигрантское реалити-шоу.

Кажется, это было очень давно, целую жизнь назад. Мы приехали в Лондон в самый разгар кризиса. Польскому химику и микробиологу Ханне удалось устроиться в какую-то компанию, занимающуюся исследованиями предпочтений населения в области мусоропереработки. Она вставала в шесть часов утра, чтобы «исследовать» чужие мусорные бачки в различных районах города. Затем Ханна составляла отчет о том, кто, как и почему не разделяет мусор на бумажный, пластиковый и всякий прочий.

Другой наш сосед, индийский музыкант Горав, сидел все больше без работы, пока не начал продавать билеты на аттракционы на рождественской ярмарке в Гайд-парке. Больше всего повезло юристу Эве из Канады: она стала секретарем в бюро, оформлявшем документы для пакистанских беженцев (многие из которых становились таковыми, просто спустив паспорт в унитаз в аэропорту Хитроу в день прилета из родного Пакистана). Как-то раз с вечеринки Эва пришла с простуженным, несчастным, едва говорящим по-английски итальянцем Андреа, который так и остался жить у нас на кухне.

Это было давно, целую жизнь назад. И в той жизни, несмотря на все ее трудности, было место для дружбы, открытий и радости. Ханна уже давно работает в одной из лучших лабораторий Эдинбурга. У нее русский коллега, какой-то крупный ученый, который все больше молчит, почти не разговаривает. Вместе они занимаются исследованием каких-то промышленных мембранных установок. Горав вернулся в родную Индию, где зажигает звезды Болливуда. Эва переехала к бойфренду в Брюссель. А я… Я нашла для себя ответ на вопрос: что такое быть истинным британцем? Хотя, пожалуй, все мы по-настоящему закалились и стали немного британцами за эти несколько сложных и прекрасных лет.

Часть 1. Люди

Двойной кран

Уникальный и самобытный британский характер проанализировать и понять невозможно. Это как знаменитый английский двойной кран: из одного бьет вода холодная, из другого – горячая. Вот и выбирай, что тебе по вкусу. И привыкай. Игнорировать эти двойные краны, как и особенности британского менталитета, просто невозможно. У иностранца, только приехавшего в Британию и моющего посуду в горяче-холодно-горяче-опять холодной воде, мозг болит от перенапряжения и вопроса «Зачем?!». А британцы свои двойные краны любят dearly (нежно). Потому что «традиция». И национальный характер, хоть и привыкли они над ним подшучивать, ерничать и иронизировать, им тоже бесконечно дорог. И, поверьте, вы его тоже полюбите, как только ближе узнаете. Ведь в целом британцы народ приятный, вежливый и терпимый. Но отнюдь не терпеливый, особенно если речь идет об их правах.

Когда на первый план выходит политика, бритты (особенно молодые и не заставшие жестких мер эпохи железной леди Маргарет Тэтчер) о манерах не задумываются и крушат все что ни попадя, включая общественную собственность. А что поделать? Выкорчеванные фонари и разбитые стекла банков – это издержки демократии, их стоимость, как шутят жители острова, включена в налоги. А они, кстати, не маленькие. До поджогов и беспорядков конца лета 2011 г. полиция даже не имела права применять дубинки. Поэтому бороться с разгневанными людьми приходилось исключительно словом. Благо народ британский в общем и целом законопослушен и физическое сопротивление оказывает редко.

Читать книгуСкачать книгу