Дорога во тьму

Автор: Северин Гай  Жанр: Прочие приключения  Приключения  Год неизвестен
Скачать бесплатно книгу Северин Гай - Дорога во тьму в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта
Дорога во тьму - Северин Гай

ДЖОРИ 1918-1923 (Франция, Париж)

Глава 01.

Вскоре стряхнул с себя охватившее по возвращению оцепенение. Как бы не потрепали повороты судьбы, не в моем характере надолго выпадать из жизни. Хотел было сказать "из привычной жизни", да понял, что порядком поотвык от Парижа и всего с ним связанного. Другое дело, что, выйдя, наконец, из своего подвала, куда я как крот в нору забился в малодушной надежде, что все проблемы решатся сами собой, понял, что и послевоенный город изменился. А потому не стало разительным отличие между состоянием души и зализывающей раны страной. Проанализировав ситуацию, пришел к выводу, что мысли и воспоминания не помогут мне ни совершить желанное возмездие, ни погасить жар в сердце, дымным тлением душивший и отравляющий каждую секунду моего существования. Разве для этого я возжелал когда-то вечность? Чтобы возненавидеть ее? Не это ли полная и безоговорочная победа моих мучителей, даже после смерти не дающих мне покоя?

Именно тогда я и запретил себе думать о Грайфсвальде, плене, неудовлетворенной мести. Жестко и безоговорочно похоронил в глубинах памяти любые попытки напоминания и возвращения в Пруссию. Силы воли мне не занимать, твердость характера не раз помогала в самых разных жизненных ситуациях. Прежде всего, максимально загрузил мозг, вернувшись к работе. Юристов не хватало, зато тяжб, правда, в основном скучных, наследных с избытком, чем и занялся с небывалым ранее усердием. Заменив меня в конторе на время службы и послевоенного кризиса, отец вновь с облегчением передал дела, после чего в меня клещами вцепился наш неуемный помощник месье Галлен. Полученное в бою ранение, никак не отразилось на активности трудоголика, подумаешь, негнущееся колено, хромота не умерила пыла Шарля.

Результата добился практически сразу. Во-первых, самым большим плюсом стала возможность реже бывать дома и видеть грустные, полные родительской боли глаза отца, а заодно избегать его наивных попыток завести "душеспасительный" разговор под предлогом посторонней темы. Будто надеялся, что это принесет мне облегчение. И с каких пор он стал таким ненаблюдательным? Раньше старик всегда прекрасно понимал, когда я хотел выговориться, а когда меня лучше оставить в покое. Видно, старость берет свое, между нами все глубже возрастная пропасть. Очевидным становилось, что, если не прекратится заботливый штурм, буду вынужден съехать к себе на Рю де ла Пэ.

Вторым преимуществом погружения в работу оказалась нехватка свободного времени, что тоже, как ни странно, бывает благом. В голове теперь крутились только правовые акты, тексты исковых документов, подготовка стратегий к слушаниям и тяжбам. В принципе, можно сказать, что проблема решена по крайней мере на ближайшее время, если бы не сны.... Благо, мне хватало, чем занять все сутки, оставляя тяжелой дремоте лишь пару часов.

На исходе осени, пасмурным серым днем, как нельзя лучше подходящим для прогулки, заехал в галантерейный магазин, приобрел пару вошедших в моду узких галстуков и новые перчатки. Вообще, о послевоенном времени можно было сказать несколько слов, потому как атмосфера в городе ощутимо преобразилась. Я как нельзя более четко осознавал, что вечно живущему существу необходимо отмечать все изменения, дабы не застыть в определенном моменте, что и происходило довольно часто с моими собратьями.

В отличие от северной Франции, некогда наиболее промышленно развитой, а теперь превращенной в пустыню, столица не слишком пострадала. Разве что в Бельвиль и Менильмонтан, подвергшиеся наиболее интенсивным артобстрелам и бомбардировкам с цеппелинов, существенно разрушены, но восстановительные работы ведутся полным ходом. Комендантский час отменен, затемнение снято, и вечерами центр города вновь сиял огнями витрин и уличными фонарями. О недавних страшных событиях напоминали лишь многочисленные инвалиды, нищие, бродяги и попрошайки - остаточное явление войны.

Прошелся до площади Пигаль. Вид расчищаемых развалин на месте Мулен Руж заставил поморщиться, здание "мельницы", сгоревшее три года назад, только планировалось заново отстраивать. Ближайшие пару лет столице придется обходиться без знаменитого кабаре.

Ноги сами несли к Вандомской площади мимо церкви Мадлен. Усмехнувшись, вспомнил рассказ отца о том, что весной этого года, установленной в ней статуе святого Луки, снарядом отбило голову. Супруги Дюкре как раз находились там, молясь покровителю о возвращении пропавшего без вести сына. Произошедшее было воспринято как дурное предзнаменование, и мадам слегла с нервной горячкой. На сегодняшний день все пленные уже вернулись домой, и это означало, что едва ли родители дождутся сына. Приличия требовали нанести им визит, выразить поддержку, о чем отец тоже навязчиво напоминал. Но ни малейшего желания смотреть на скорбные лица и говорить приличествующие слова у меня не возникало. Сам я по поводу потери старинного друга не испытал каких-то чувств, похоже, начисто избавился от способности сожалеть о чем-либо. Более того, вскоре лишился и второго друга, что вовсе не вызвало раскаяния, а стало скорее освобождением от пут прошлого.

С Золтаном мы встретились в одном из джентельменских клубов, членство в котором занимали еще со времен выпуска из Университета. Леговец вернулся в Париж после прекращения Францией боевых действий, а значит, отсутствия нужды в технике и специалистах, четыре года трудившихся на военных заводах. После дружеских объятий и обмена приветствиями, мы устроились в отдельном кабинете, дымя сигарами и потягивая коньяк. Золтан вкратце рассказал о годах войны, почти безвылазно проведенных в цехах, но с расспросами не лез, в чем я был ему благодарен. Однако, стоило вспомнить погибших или считающихся пропавшими без вести однокурсников, как друг завел порядком надоевший разговор:

- Странно, что ты до сих пор не был у Дюкре, Джори, - Золтан говорил без укора в голосе, но я поморщился, как от ноющей зубной боли.
- Я хоть и не вхожу в их избранный круг, и то съездил, дань уважения-то никто не отменял. Мадам совсем плоха, но месье стойко принимает всех. Кажется, даже слишком стойко, сдается, будто количество выданных в будущем кредитов и ссуд напрямую зависит от того, кто счел необходимым выразить семье сочувствие. Я знаю, что твой отец отговорился послевоенной депрессией, постигшей тебя, но в обществе уже начинают ходить слухи. Может, все же, пора сделать усилие?

Возможно, его слова были справедливы, но ответить помешало смутное подозрение. Что-то стояло за выражением "послевоенная депрессия", и я внимательнее присмотрелся к другу. Уловив в глазах ранее несвойственную Золтану жалость и тревогу по отношению ко мне, буквально взорвался внутренним бешенством, виртуозно оставаясь внешне спокойным и невозмутимым. Провалиться мне на этом месте, если парень не в курсе германских происшествий, и ноги этому расти могли лишь из одного источника. Вот уж чего точно не допускаю, так это особого к себе отношения в связи с постигшими событиями. Чтобы у меня за спиной сочувственно косились и вздыхали?! Был готов убить любого на пути, в такой безотчетной ярости я летел по темному проспекту, благо, еще не осмелевшие после войны ночные гуляки не спешили возвращаться к праздным шатаниям, и мне так и не удалось выместить злобу, клокочущую в горле.

Следующим вечером, едва дождавшись заката, но успев до окончания трудового дня, въехал в широко распахнутые ворота мастерской Леговца. Механики уже тянулись на выход, закончив работу. Остановив одного, спросил, на месте ли еще Астор Мартиньез, и где могу его найти.

Бывшего товарища по несчастью обнаружил в общем просторном помещении гаража, где над ямами стояло несколько проходящих ремонт автомобилей. Оборотень в рабочем комбинезоне, заляпанном маслом и мазутом, с большим гаечным ключом копался в недрах потрепанного Бугатти. Зависнув над ямой, я спокойно и размеренно трижды стукнул тростью о бетонные плиты.

Читать книгуСкачать книгу