Шевченко Тарас Григорьевич

Закладки
Рейтинг: 8.87 Дата рождения: 25.2(9.3).1814 
Пол: мужской Место рождения: с. Моринцы, ныне Звенигородского района Черкасской области 
Wiki: https://ru.wikipedia.org/wiki/Шевченко,_Тарас Дата смерти: 26.2(10.3).1861 
  Место смерти: Петербург 
Об авторе

Тарас Григорьевич Шевченко (укр.  Тарас Григорович Шевченко[1]; 25 февраля (9 марта) 1814, село Моринцы,  Киевская губерния (нынеЧеркасская область) — 26 февраля (10 марта) 1861,  Санкт-Петербург) — украинский поэт,  прозаик,  художник,  этнограф. АкадемикИмператорской Академии художеств (1860).

Литературное наследие Шевченко, центральную роль в котором играет поэзия, в частности сборник «Кобзарь», считается основой современной украинской литературы и во многом литературного украинского языка.

Большая часть прозы Шевченко (повести,  дневник, многие письма), а также некоторые стихотворения написаны на русском языке, в связи с чем часть исследователей относят творчество Шевченко, помимо украинской, также и к русской литературе Родился в селе Моринцы Звенигородского уезда Киевской губернии в многодетной семье Григория Ивановича Шевченко, крепостного крестьянина помещика П. В. Энгельгардта.

Через два года родители Тараса переселились в село Кириловка, где он провёл своё детство. Мать его умерла в 1823 году; в том же году отец женился вторично на вдове, имевшей троих детей. Она относилась к Тарасу сурово. До 9-летнего возраста Тарас был на попечении своей старшей сестры Екатерины, девушки доброй и нежной. Вскоре она вышла замуж. В 1825 году, когда Шевченко шёл 12-й год, умер его отец. С этого времени начинается тяжёлая кочевая жизнь беспризорного ребёнка: сначала прислуживал у дьячка-учителя, затем по окрестным сёлам у дьячков-маляров («богомазов», то есть художников-иконописцев). Одно время Шевченко пас овец, затем служил у местного священника погонычем. В школе дьячка-учителя Шевченко выучился грамоте, а у маляров познакомился с элементарными приёмами рисования. На шестнадцатом году жизни, в 1829 году, он попал в число прислуги помещика Энгельгардта сначала в роли поварёнка, затем слуги-«казачка». Страсть к живописи не покидала его.

Заметив способности Тараса, в период пребывания в Вильне, Энгельгардт отдал Шевченко в обучение преподавателю Виленского университетапортретисту Яну Рустему. В Вильне Шевченко пробыл около полутора лет, а с переездом в начале 1831 года в Санкт-Петербург, Энгельгардт, намереваясь сделать из своего крепостного домашнего живописца, послал его в 1832 году в обучение к «разных живописных дел цеховому мастеру» В. Ширяеву.

В 1836 году, срисовывая статуи в Летнем саду, Шевченко познакомился со своим земляком, художником И. М. Сошенко, который, посоветовавшись с украинским писателем Е. Гребенкой, представил Тараса конференц-секретарю Академии художеств В. И. Григоровичу[4], художникам А. Венецианову и К. Брюллову, поэту В. Жуковскому. Симпатия к юноше и признание одарённости малороссийского крепостного со стороны выдающихся деятелей русской культуры сыграли решающую роль в деле выкупа его из неволи. Далеко не сразу удалось уговорить Энгельгардта: апелляция к гуманизму успеха не имела. Личное ходатайство прославленного академика живописи Карла Брюллова только утвердило помещика в его желании не продешевить. Брюллов сообщил друзьям, «что это самая крупная свинья в торжковских туфлях» и просил Сошенко побывать у этой «амфибии» и сговориться о цене выкупа. Сошенко перепоручил это непростое дело профессору Венецианову, как человеку, принятому при императорском дворе, но даже авторитет придворного художника делу не помог.

Забота о нём лучших представителей русского искусства и литературы трогала и обнадёживала Шевченко, но затянувшиеся переговоры с его хозяином повергали Тараса в уныние. Узнав об очередном отказе, Шевченко явился к Сошенко в отчаянном настроении. Кляня судьбу, он угрожал отомстить помещику и в таком состоянии ушёл. Сошенко встревожился и, желая избежать большой беды, предложил друзьям действовать без промедления. Было решено предложить Энгельгардту небывалую для выкупа крепостного сумму. В апреле 1838 года в Санкт-Петербурге в Аничковом дворце проходила лотерея, в качестве выигрыша в которой была картина Брюллова «В. А. Жуковский». Вырученные от проведения лотереи деньги пошли на выкуп крепостного Шевченко.

Шевченко писал в своей автобиографии:

Сговорившись предварительно с моим помещиком, Жуковский просил Брюллова написать с него портрет, с целью разыграть его в частной лотерее. Великий Брюллов тотчас согласился, и портрет у него был готов. Жуковский, с помощью графа Виельгорского, устроил лотерею в 2500 рублей, и этой ценой была куплена моя свобода 22 апреля 1838 года.

В знак особого уважения и глубокой признательности к Жуковскому, Шевченко посвятил ему одно из наиболее крупных своих произведений — поэму «Катерина». В том же году Тарас Шевченко поступил в Академию художеств, где стал учеником и товарищем Брюллова. В книге «История династии Романовых» Мария Евгениева[источник не указан 335 дней] пишет, что Т. Г. Шевченко выкупила, приобретая картину, великая княгиня Мария Павловна.

1840-е годы[править | править исходный текст]

Годы 1840—1846 — лучшие в жизни Шевченко. В этот период расцвело его поэтическое дарование. В 1840 году вышел под названием «Кобзарь» небольшой сборник его стихотворений; в 1842 году вышли «Гайдамаки» — самое крупное его поэтическое произведение. В 1843 году Шевченко получил степень свободного художника; в том же году, путешествуя по Украине, познакомился с княжной В. Н. Репниной, женщиной доброй и умной, испытывавшей впоследствии, во время ссылки Шевченко, самые тёплые чувства к нему. В первой половине 1840-х годов вышли «Перебендя», «Тополя», «Катерина», «Наймичка», «Хусточка» — крупные поэтические художественные произведения.

Петербургская критика и даже Белинский не понимали и осуждали украинскую национальную литературу вообще, Шевченко — в особенности, усматривая в его поэзии узкий провинциализм; но Украина быстро оценила Шевченко, что выразилось в тёплых приёмах Шевченко во время его путешествия в 1845—1847 гг. по Черниговской и Киевской губерниям. По поводу отзывов критики Шевченко писал:

Нехай буду мужицький поет, аби тільки поет; то мені більше нічого і не треба.

Шевченко Т. Г. ,  1842, «Катерина». Масло.

В 1842 году была написана «Катерина» — единственная сохранившаяся картина академического периода, написанная маслом. Картина создана на тему одноимённой поэмы художника. Шевченко стремился, чтобы картина была ясной и понятной, побуждала сочувствие. Он одним из первых в искусствеклассицизма изображает беременную женщину, обобщая образ своей героини до уровня некоего символа, говорящего о метаисторической судьбе целой нации. Хотя Шевченко ещё не отошёл от академизма в построении композиции, изображении человеческих фигур и пейзажа в этом произведении, идейная направленность картины делает её настоящей вехой в развитии критического реализма в украинском искусстве.

Ко времени пребывания Шевченко в Киеве (1846 г.) относится сближение его с Н. И. Костомаровым. В том же году Шевченко присоединился к сформировавшемуся тогда в Киеве Кирилло-Мефодиевскому обществу, состоявшему из молодых людей, интересовавшихся развитием славянских народностей, в частности украинской. Участники этого кружка, в числе 10 человек, были арестованы, обвинены в создании политической организации и понесли разные наказания, причём больше всего досталось Шевченко за его поэму «Сон».  Сатира на императрицу, насмешка над её физическими недостатками — худобой и нервным тиком, появившемся после восстания декабристов (от нервных переживаний и из-за боязни за собственную жизнь и жизни детей императрицу постиг нервный срыв) сыграла в судьбе Тараса весьма прискорбную роль.  Император лично прочитал поэму «Сон», предоставленную ему Третьим отделением. Как писал Белинский[5], «читая пасквиль на себя, государь хохотал, и вероятно дело тем и кончилось бы, и дурак не пострадал бы за то только, что он глуп. Но когда Государь прочёл другой пасквиль, то пришёл в великий гнев». «Допустим, он имел причины быть недовольным мною и ненавидеть меня, — заметил Николай, — но её же за что?».

Решением Третьего отделения, утверждённого собственноручно Императором, 30 мая 1847 года 33-летний Шевченко Тарас Григорьевич по рекрутской повинности был определён на военную службу рядовым в Отдельный Оренбургский корпус, размещавшийся в Оренбургском крае (территория современных Оренбургской областиРоссии и Мангистауской области Казахстана), «под строжайшее наблюдение начальства» с запретом писать и рисовать.

Пребывание в Оренбургском крае[править | править исходный текст]

В солдатах.  Автопортрет, 1847 год.

Орская крепость, куда сначала попал рекрут Шевченко, представляла пустынное захолустье. «Редко, — писал Шевченко, — можно встретить подобную бесхарактерную местность. Плоско и плоско. Местоположение грустное, однообразное, тощие речки Урал и Орь, обнажённые серые горы и бесконечная Киргизская степь…». «Все прежние мои страдания, — говорит Шевченко в другом письме 1847 года, — в сравнении с настоящими были детские слёзы. Горько, невыносимо горько. » Для Шевченко был очень тягостен запрет писать и рисовать; особенно удручал его суровый запрет рисовать. Не зная лично Гоголя, Шевченко решился написать ему «по праву малороссийского виршеплёта», в надежде на украинские симпатии Гоголя. «Я теперь, как падающий в бездну, готов за всё ухватиться — ужасна безнадёжность! Так ужасна, что одна только христианская философия может бороться с ней». Шевченко послал Жуковскому трогательное письмо с просьбой об исходатайствовании ему только одной милости — права рисовать. В этом смысле за Шевченко хлопотали граф Гудович и граф А. Толстой; но помочь Шевченко оказалось невозможным. Обращался Шевченко с просьбой и к начальнику III отделения генералу Дубельту, писал, что кисть его никогда не грешила и не будет грешить в смысле политическом, но ничего не помогало.

Запрещение рисовать не было снято до самого окончания службы. В 1848 — 1849 годах некоторое утешение дало ему участие в экспедиции по изучению Аральского моря. Благодаря гуманному отношению к солдату генерала Обручева и в особенности лейтенанта Бутакова, Шевченко поручено было срисовывать для отчёта об экспедиции виды Аральского побережья и местные народные типы. Однако, об этом нарушении стало известно в Петербурге; Обручев и Бутаков получили выговор, а Шевченко отправлен в новую пустынную трущобу — военное укрепление Новопетровское — с повторным запрещением рисовать.

Шхуны Аральской экспедиции — рисунок Т. Г. Шевченко, 1848

Находился в Новопетровском с 17 октября 1850 года по 2 августа 1857 года, то есть — до окончания службы. Первые три года пребывания в «смердячей казарме» были для него тягостны; затем пошли разные облегчения благодаря, главным образом, доброте коменданта Ускова и его жены, которые полюбили Шевченко за его мягкий характер и привязанность к их детям. Не имея возможности рисовать, Шевченко занимался лепкой, пробовал заниматься фотографией, которая, однако, стоила в то время очень дорого. В Новопетровском Шевченко написал несколько повестей на русском языке — «Княгиня», «Художник», «Близнецы», заключающих в себе много автобиографических подробностей (изданных впоследствии «Киевской стариной»).

Во время службы Шевченко близко сошёлся с некоторыми образованными ссыльными поляками: З. Сераковским,  Б. Залесским,  Э. Желиховским (Антоний Сова), что содействовало укреплению в нём идеи «слияния единоплеменных братьев».

Петербургский период[править | править исходный текст]

Освобождение Шевченко состоялось в 1857 году благодаря настойчивым ходатайствам за него вице-президента Академии художествграфа Ф. П. Толстого и его супруги графини А. И. Толстой. С продолжительными остановками в Астрахани и Нижнем Новгороде Шевченко вернулся по Волге в Петербург и здесь на свободе всецело увлёкся поэзией и искусством. Попытки устроить семейный очаг, женившись на актрисе Пиуновой, крестьянках-служанках Харите и Лукерье, успеха не имели. Проживая в Петербурге (с 27 марта 1858 г. до июня 1859 г.), Шевченко был дружески принят в семье графа Ф. П. Толстого. Жизнь Шевченко этого времени хорошо известна по его «Дневнику» (с 12 июня 1857 г. по 13 июля 1858 г. Шевченко вел личный дневник[6] на русском языке).

Почти всё своё время, свободное от многочисленных литературных и художественных знакомств, званых обедов и вечеров, Шевченко отдавал гравировке.

В 1859 году Шевченко побывал на Украине.

В апреле 1859 года Шевченко, представляя некоторые из своих гравюр на усмотрение совета Академии художеств, просил удостоить его звания академика или задать программу на получение этого звания. Совет 16 апреля постановил признать его «назначенным в академики и задать программу на звание академика по гравированию на меди». 2 сентября 1860 года, наряду с живописцами А. Бейдеманом, Ив. Борниковым,  В. Пукиревым и др. , ему была присуждена степень академика по гравированию «в уважение искусства и познаний в художествах». [7][8]

Незадолго до кончины Шевченко взялся за составление школьных учебников для народа на украинском языке[9].

Скончался в Санкт-Петербурге 26 февраля (10 марта) 1861 года от водянки, вызванной, по мнению историка Н. И. Костомарова, видавшего его пьющим, но всего лишь один раз пьяным[10], «неумеренным употреблением горячих напитков»[11].

Похоронен сначала на Смоленском православном кладбище Санкт-Петербурга, а через 58 дней гроб с прахом Т. Г. Шевченко, в соответствии с его Завещанием, перевезен на Украинуи похоронен на Чернечьей горе возле Канева.

Похоронные речи напечатаны в костомаровской «Основе» за март 1861 года.

Адреса в Санкт-Петербурге[править | править исходный текст]

В Санкт-Петербурге Шевченко проживал по следующим адресам:

  • 9 февраля 1831 г. — 1832 г. — квартира П. В. Энгельгарта в доходном доме Щербаковых — Моховая улица, д. 26;
  • 1832 г. — 3 июля 1838 г. — дом Крестовского — Загородный проспект, д. 8;
  • 3 июля 1838 г. — 24 ноября 1838 г. — дом Кастюриной — 7-я линия, д. 36;
  • 24 ноября 1838 г. — 18 декабря 1838 г. — квартира И. М. Сошенко в доходном доме Мосягина — 4-я линия, д. 47;
  • 1839 год — здание Академии художеств — Университетская набережная, д. 17;
  • вторая половина февраля — осень 1839 года — доходный дом Аренс — 7-я линия, д. 4;
  • конец 1840 года — 23 марта 1845 г. — доходный дом Кастюриной — 5-я линия, д. 8;
  • 27 марта — начало июня 1858 года — квартира М. М. Лазаревского в особняке А. С. Уварова — Большая Морская улица, д. 48;
  • начало июня 1858 года — 26 февраля 1861 г. — здание Академии художеств — Университетская набережная, д. 17[источник не указан 706 дней].

Шевченко как поэт[править | править исходный текст]

Шевченко имеет двоякое значение: как писатель и как художник. Его стихи, повести и рассказы на русском языке уникально сильны в художественном отношении. Вся литературная сила Шевченко — в его «Кобзаре». По внешнему объёму «Кобзарь» не велик, но по внутреннему содержанию это памятник сложный и богатый: это украинский язык в его историческом развитии, крепостничество и солдатчина во всей их тяжести, и наряду с этим не угасшие воспоминания о казацкой вольности. Здесь сказываются удивительные сочетания влияний: с одной стороны — украинского философа Сковороды и народных кобзарей, с другой — Мицкевича,  Жуковского,  Пушкина и Лермонтова. В «Кобзаре» отразились киевские святыни, запорожская степная жизнь, идиллия украинского крестьянского быта — вообще исторически выработавшийся народный душевный склад, со своеобразными оттенками красоты, задумчивости и грусти. При посредстве своего ближайшего источника и главного пособия — народной поэзии — Шевченко тесно примыкает к казацкому эпосу, к старой украинской и отчасти польской культуре и даже стоит в связи, по некоторым образам, с духовно-нравственным миром «Слова о полку Игореве». Главная трудность изучения поэзии Шевченко заключается в том, что она насквозь пропитана народностью; крайне трудно, почти невозможно определить, где кончается украинская народная поэзия и где начинается личное творчество Шевченко. Ближайшее изучение открывает литературные источники, которыми пользовался Шевченко то удачно, то неудачно. Таким источником была поэзия Мицкевича (см. ст. г-на Колессы в «Записках Товарыства Шевченка»), отчасти Н. Маркевич (см. ст. г-на Студинского в № 24 «Зори», 1896 г.). Шевченко любил Пушкина, знал многие его стихотворения наизусть — и при всем том влияние Пушкина на поэзию Шевченко трудно определить за украинскими наслоениями. Заметно влияние «Братьев разбойников» на «Варнака», влияние «Египетских ночей», «Редеет облаков летучая гряда». Есть ещё одно препятствие для научного анализа Шевченко — художественная цельность, простота и задушевность его стихотворений. Его поэмы туго поддаются холодному и сухому разбору. Чтобы определить воззрения Шевченко на задачи и цели поэтического творчества, нужно обратить внимание не только на те признания, которые находятся в «Орися, моя ниво», «Не нарікаю я на Бога», «За думою дума»; нужно привлечь ещё те места, где говорится о счастье, как понимает его поэт, о славе. В особенности важны в смысле поэтических признаний все те места, где говорится о кобзаре, о пророке и о думах, как любимых детях. В большинстве случаев поэт подразумевает под кобзарём самого себя; поэтому он внёс во все обрисовки кобзаря много лирического чувства. Исторически сложившийся образ народного певца был по душе поэту, в жизни и нравственном облике которого действительно было много кобзарского. О кобзаре Шевченко говорит очень часто; реже, сравнительно, встречается пророк. К стихотворениям о пророке тесно примыкает небольшое, но сильное стихотворение об апостоле правды. В обрисовке пророка, в особенности в стихотворении «Неначе праведних дітей», заметно влияние Лермонтова.

Национальные мотивы[править | править исходный текст]

Народность Шевченко, как и других выдающихся поэтов, слагается из двух родственных элементов — народности внешней, заимствований, подражаний, и народности внутренней, психически наследственной. Определение внешних, заимствованных элементов нетрудно; для этого достаточно ознакомиться с этнографией и подыскать прямые источники в народных сказках, поверьях, песнях,  обрядах. Определение внутренних психологических народных элементов весьма затруднительно и в полном объёме невозможно. У Шевченко есть и те, и другие элементы. Душа Шевченко до такой степени насыщена народностью, что всякий, даже посторонний, заимствованный мотив получает в его поэзии украинскую национальную окраску. К внешним, заимствованным и в большей или меньшей степени переработанным народно-поэтическим мотивам принадлежат:

  • Украинские народные песни, приводимые местами целиком, местами в сокращении или переделке, местами лишь упоминаемые. Так, в «Перебенде» Шевченко упоминает об известных думах и песнях — про Чалого, Горлыцю, Грыця, Сербына, Шинкарку, про тополю у края дороги, про руйнованье Сичи, «веснянки», «у гаю». Песня «Пугач» упоминается как чумацкая, в «Катерине», «Петрусь» и «Грыць» — в «Чернице Марьяне»; «Ой, не шуми, луже» упоминается дважды — в «Перебенде» и «До Основьяненка». В «Гайдамаках» и в «Невольнике» встречается дума о буре на Чёрном море, в небольшой переделке. Свадебные песни вошли в «Гайдамаков». По всему «Кобзарю» рассеяны отзвуки, подражания и переделки народных лирических песен.
  • Легенды, предания, сказки и пословицы сравнительно с песнями встречаются реже. Из легенд о хождении Христа взято начало стихотворения «У Бога за дверми лежала сокира». Из преданий взят рассказ о том, что «ксендзы некогда не ходили, а ездили на людях». Пословица «скачи, враже, як пан каже» — в «Перебенде». Несколько поговорок рядом в «Катерине». Много народных пословиц и поговорок разбросано в «Гайдамаках».
  • В большом количестве встречаются народные поверья и обычаи. Таковы поверья о сон-траве, многие свадебные обычаи — обмен хлебом, дарение рушников, печение каравая, обычай посадки деревьев над могилами, поверья о ведьмах, о русалках и др.
  • Масса художественных образов взята из народной поэзии, например образ смерти с косой в руках, олицетворение чумы. В особенности часто встречаются народные образы доли и недоли.
  • Наконец, в «Кобзаре» много заимствованных народно-поэтических сравнений и символов, например склонение явора — горе парубка, жатва — битва (как в «Слове о полку Игореве» и в думах), зарастание шляхов — символ отсутствия милого, калина — девица. Народная песня потому часто встречается в «Кобзаре», что она имела огромное значение для поддержания духа поэта в самые горестные часы его жизни.

Народность Шевченко определяется, далее, его миросозерцанием, излюбленными его точками зрения на внешнюю природу и на общество, причём в отношении к обществу выделяются элемент исторический — его прошлое — и элемент бытовой — современность. Внешняя природа обрисована оригинально, со своеобразным украинским колоритом. Солнце ночует за морем, выглядывает из-за хмары, как жених весной, посматривает на землю. Месяц круглый, бледнолицый, гуляя по небу, смотрит на «море безкрає» или «виступає з сестрой зорей». Все эти образы дышат художественно-мифическим миросозерцанием, напоминают древние поэтические представления о супружеских отношениях небесных светил. Ветер у Шевченко является в образе могучего существа, принимающего участие в жизни Украины: то он ночью тихонько ведёт беседу с осокой, то гуляет по широкой степи и разговаривает с курганами, то заводит буйную речь с самим морем. Один из самых главных и основных мотивов поэзии Шевченко — Днепр. С Днепром в сознании поэта связывались исторические воспоминания и любовь к родине. В «Кобзаре» Днепр — символ и признак всего характерно украинского, как Vater Rhein в немецкой поэзии или Волга в великорусских песнях и преданиях. «Немає другого Дніпра», — говорит Шевченко в послании к мёртвым, живым и нерождённым землякам. С Днепром поэт связывал идеал счастливой народной жизни, тихой и в довольстве. Днепр широкий, дюжий, сильный, как море; все реки в него впадают, и он все их воды несёт в море; у моря он узнаёт о казацком горе; он ревёт, стонет, тихо говорит, даёт ответы; из-за Днепра прилетают думы, слава, доля. Здесь пороги, курганы, церковка сельская на крутом берегу; здесь сосредоточен целый ряд исторических воспоминаний, потому что Днепр «старый». Другой весьма обычный мотив поэзии Шевченко — Украина, упоминается то мимоходом, но всегда ласкательно, то с обрисовкой или естественно-физической, или исторической. В описании природы Украины выступают чередующиеся поля и леса, гаи, садочки, широкие степи. Из коренной психологической любви к родине вышли все сочувственные описания украинской флоры и фауны — тополя, перекати-поля, лилеи, королёва цвита, ряста, барвинка и особенно калины и соловья. Сближение соловья с калиной в стихотворении «На вічну пам’ять Котляревському» построено на сближении их в народных песнях. Исторические мотивы весьма разнообразны: гетманщина, запорожцы, запорожское оружие, пленники, картины печального запустения, исторические шляхи, могилы казацкие, угнетение униатами, исторические местности — Чигирин, Трахтемиров, исторические лица — Богдан Хмельницкий, Дорошенко, Семен Палий, Пидкова, Гамалия, Гонта, Зализняк, Головатый, Дмитрий Ростовский. На рубеже между историей и современностью стоит мотив о чумаках. Во время Шевченко чумачество было ещё чисто бытовое явление; позднее оно было убито железными дорогами. В «Кобзаре» чумаки появляются довольно часто, причём чаще всего говорится о болезни и смерти чумака. При благоприятных обстоятельствах чумаки везут богатые подарки, но иногда они возвращаются с одними «батожками». Вообще чумачество описано в духе народных песен и местами под прямым их влиянием, что может быть наглядно выяснено соответствующими параллелями из сборников Рудченко, Чубинского и др. Солдатчина у Шевченко тесно переплетается с панщиной и ныне в данной им обрисовке в значительной степени представляется архаическим явлением: в солдаты ещё сдают паны, служба продолжительная; сравнительно наиболее полный и сочувственный образ солдата — в «Пустке» и в «Ну що, здавалося, слова».

Религиозно-нравственные мотивы[править | править исходный текст]

Поэзия Шевченко богата религиозно-нравственными мотивами. Религиозное чувство и страх Божий проникают весь «Кобзарь». В послании к живым и нерождённым землякам своим благочестивый поэт вооружается против атеизма и объясняет неверие односторонним влиянием немецкой науки. Как человек весьма религиозный, Шевченко в тёплых выражениях говорит о силе молитвы, о киевских святынях; о чудотворном образе Пресвятой Богородицы, о богомолке, постоянно выдвигает христианские принципы добра, в особенности прощение врагам. Сердце поэта исполнено смирения и надежды. Все это спасло его от пессимизма и отчаяния, лишь по временам, под влиянием тяжёлых условий его личной жизни и жизни его родины, пробивавшихся в поэзию Шевченко. В тесной связи с основным религиозно-нравственным настроением поэта стоят мотивы о богатстве и бедности, о значении труда. Поэта смущает имущественное неравенство людей, нужда их, смущает и то, что богатство не обеспечивает счастья. Его принцип — «і чужому научайтесь, й свого не цурайтесь». Поэту, однако, совсем была чужда идея поиска истины и служения ей независимо от каких-либо традиций. У Шевченко обнаруживается местами узкое национально-прикладное понимание науки, местами отождествление науки с моралью и неудачное иронизирование над людьми «пысьменными и друкованными».

Политические мотивы[править | править исходный текст]

Шевченко ненавидел самодержавное устройство Российской империи,  крепостной строй, изживший себя, но с большой симпатией относился к простому русскому народу, был другом русских революционных демократов, горячо любил Украину и призывал украинцев всех сословий к объединению и к борьбе за освобождение Украины, за освобождение от крепостничества и процветание украинского народа:

Как умру, похороните

Без серии

Собрание сочинений

серия книг

Библиотека всемирной литературы

серия книг
Кобзарь Поэзия  Поэзия  Библиотека всемирной литературы [124]1972 год

Кобзарь

серия книг