Предтеча

Автор: Сеймон Норман   Жанр: Фэнтези  Фантастика   Год неизвестен
Закладки
A   A+   A++
Размер шрифта

Один из самых известных фантастических сериалов, начало которому положили произведения знаменитого британского писателя и мыслителя Колина Уилсона, получил свое продолжение в работах отечественных авторов.

Мир, где Земля полностью преображена после космической катастрофы.

Мир, где пауки обрели волю, разум и власть.

Мир, где обращенный в раба человек должен вступить в смертельную борьбу, чтобы вернуть себе свободу.

Мир пауков становится НАШИМ миром.

Глава первая

Вечером гвардия не вошла в укрепленный лагерь, и без того перенаселенный, а осталась за частоколом. Здесь и разожгли костры, выставили собственное охранение. Вот только с водой не очень удачно вышло: протекающий рядом ручей нес в себе все отходы армии Повелителя, пришлось ходить за ней на другую сторону Лагеря и привозить необходимую влагу в бурдюках.

- Слава Повелителю, - негромко изрек Альхейм во время третьего рейса.
- А только не проще было всей гвардии сюда перебраться?

- Место открытое, - поморщился Крисч.
- Там у нас рощица, холмы, а здесь степь. Если ударят быстро, да прижмут к частоколу, то несладко нам придется.

- Ты так говоришь, будто они из-за леса выскочат!
- рассмеялся Альхейм.
- Место открытое, верно, и ветер со степи. Свежо… А у нас и воздух воняет, и ручей.

Укрепив на спинах пауков бурдюки, водовозы расселись по седлам и тронулись в обратный путь. Уже темнело. Из-за частокола долетали песни, которые, соревнуясь друг с другом в крепости глоток, орали отряды Армии Повелителя Чиссимчаша. Восьмилапые шли медленно, не столько утомленные за время дневного перехода, сколько просто скучающие.

- Чважи, а что говорят о наших делах?
- спросил Альхейм, двадцатилетний новобранец, попавший в гвардию исключительно за рост, но уже заносящийся над армейцами.
- Будет жарко? Где неприятель?

"Если бы ты должен был об этом знать, то знал бы," - спокойно ответил Чважи.
- "Гвардия ждет приказа Повелителя".

- Да, но ведь вы-то со своими переговорили наверное, вам частокол не помеха! Что они думают?

"Они думают, что Повелителю виднее. И я думаю так же."

Крисч, ехавший впереди и слышавший короткий разговор, негромко рассмеялся.

- Но что такого, если мне просто интересно?
- обиделся Альхейм.

- Да ничего. А что такого, если тебе просто не хотят рассказывать?
- продолжал хихикать Крисч.

- Прибавить шаг!
- гаркнул возглавляющий караван из пятнадцати смертоносцев десятник Вложеш.

Пауки синхронно ускорились, побежали быстрее, сохранив интервал. Сейчас они не были боевой единицей, просто носили воду, и старшим назначили двуногого. Так бывало часто, когда дело касалось хозяйственных нужд. Ведь смертоносцам вода почти не нужна, большую часть жидкости они получают с пищей.

В сумерках можно было лишь с трудом рассмотреть гвардейский вымел, безвольно повисший на высоком шесте. Пауки уже устроились на ночь, выстроившись полукругом, люди жгли костры у частокола. От рощи приближался такой же караван, груженый дровами, сидевшие на спинах пауков люди держали в руках подстреленных насекомых.

- Поохотились, - с тоской протянул Альхейм.
- А мы даже рыбу не половили.

- Сравни их концы и наши, - утешил его Крисч.
- Конечно, они быстрее управились. Да и деревья все равно восьмилапые ломали, вот ребята и развлеклись.

Караваны сблизились, побежали рядом.

- Лови!
- Стиксош, такой же новобранец, как и Альхейм, да к тому же земляк, швырнул ему одну из своих мух.
- Мясная, самое оно! Ты только когда будешь жарить, жир постарайся собрать. Мужики говорят, пригодится!

- На что?

- Да на все! Его с солью перемешать, и в торбу. А потом хочешь с лепешками жри, хочешь так. На что же еще?

- Ну, я думал сбрую смазать, или на лечение…

- Дурак! Жратва - прежде всего!

Стиксошу все в Гвардии нравилось, потому что кормили сытно, работой не слишком нагружали, а в боях он бы предпочел вовсе не участвовать. Другое дело Альхейм, он-то мечтал о сражениях. На поверку оказалось, что за два месяца участия в войне он даже не видел неприятеля. Одно только маневрирование по захваченной почти год назад территории, цели которого он не понимал.

Но вот сегодня почти все силы Повелителя собраны в один кулак. Что-нибудь это да означает! Скоро случится что-то важное. Или Армия пойдет в наступление, или сюда придет враг.

- Будет сеча, - негромко сказал Альхейм, обламывая мухе твердые кончики лап.

- Типун тебе на язык, - вздохнул Крисч.
- Дай-ка сюда тушку, я сразу к костру пристроюсь. А ты уж мои бурдюки сними, договорились?

- Ладно…

Строй смертоносцев расступился, пропуская в расположение Гвардии вновь прибывших. Пауки уже поели, сразу по прибытии раскинув у стены частокола тенета. Множество насекомых по земле и воздуху тянулось именно сюда, к вонючему ручью, полному съедобных отходов. Теперь от паутины не осталось и следа, восьмилапые поглотили ее, возобновив запасы клейкого вещества.

Крисч спрыгнул на ходу, лишь махнув рукой десятнику, которого знал не первый год. Пауки подошли к груде наполненных бурдюков, Альхейм вместе с другими занялся разгрузкой. Потом, прихватив одну из привезенных емкостей, отыскал Крисча. Муха уже вовсю жарилась, старый гвардеец ловил капли жира широкой ложкой и сбрасывал прямо в траву.

- Это муха-чевчина, - пояснил он.
- Очень жирная, так она для личинок корм запасает. Когда приходит пора, забирается в нору, куда яйца отложила, и личинки ее жрут.

- Да мяса-то всего ничего останется!
- возмутился Альхейм.

- Зато очень жирное мясо, вкусное. Мы с тобой на двоих не осилим, придется вот Равида угостить.

Равид, веселый толстяк, довольно ухмыльнулся и продолжил играть на флейте. Он занимался этим почти постоянно, и у Альхейма монотонная музыка уже застряла в ушах.

- Хоть когда он будет жрать отдохнем, - поморщился он.

Равид опять ухмыльнулся, исхитрившись не оборвать тоскливую ноту ни на мгновение.

- А мне нравится, - сказал Крисч.
- Впервые понравилось под Ужжутаком, когда половина Гвардии кусками по полю валялась. Меня придавило нашим же смертоносцем, я целый час ножом резал его лапу, чтобы выбраться. А на помощь позвать не мог, не вздохнуть… Думал, задохнусь.

- Даже постонать не мог?
- удивился Альхейм.

- Мог, да стоны там со всех сторон неслись. Ночью к тому же дело было… Основные силы ушли добивать врага, а легкораненые сперва между собой дрались, потом, когда наши и тут одолели, стали вытаскивать своих. А как среди стонущих разберешь, кто свой, кто чужой? Ведь еще и восьмилапые лежат всюду, и некоторые еще шевелятся, у кого лапы остались. На укус нарвешься в темноте - и все. Запалили факелы, стали понемногу в куче тел копаться. А я все это время резал лапу. Разрезал, выбрался, пересчитал руки-ноги. Голова трещит, вокруг Гнев висит, хочется упасть и помереть. И слышу: флейта. Волшебные звуки… Пошел на них и вышел к нашей сотне.

- Полусотне, - уточнил Равид.

- Полусотне, - кивнул Крисч.
- И нам еще повезло, двух сотен просто не стало, ни единого человека, ни единого смертоносца. Все потому что они первыми стояли, удар на себя приняли. Вот, а теперь, значит, мы первыми стоим… Слышал распорядок на боевое построение?

- Слышал, - признался Альхейм.
- Наша сотня лучшая, и…

- И хорошо бы, чтобы битва не случилась, - закончил Вложеш, присаживаясь рядом.
- Хорошо пахнет от вашего костерка!

- Угощайся, господин десятник!
- тут же предложил Альхейм.
- Это ребята в роще мух настреляли.

- Спасибо.

- А битва будет, как ты думаешь?

- Никак не думаю, - отрезал десятник.
- Хватит жарить-то, Крисч! Сухая станет.

- Не станет, это чевчина. Жира бы побольше стопить, с сольцой перетрем, перца добавим… Ух!

- Ух, - согласился Вложеш, почесал задумчиво бороду.
- Вот что, ухарь, у моего знакомого в третьей сотне огневика есть. Ты подходи, как с жирком закончишь.

- Спасибо за приглашение, - благодарно кивнул Крисч.

Альхейм едва не крикнул, что это ему приятель подарил жирную муху, что это он должен пить ночью с десятниками, но промолчал. Что поделать, Крисч - старослужащий, а Альхейм еще и крови-то не понюхал.

Муха, по мнению Крисча, дожарилась, десятник сорвал большой лист лопуха, на котором тушку и разделили ножами. Она и в самом деле оказалась очень сытной, так что небольшой на вид порции вместе с лепешками оказалось довольно. Один только Равид забрался в мешок и вытащил несколько длинных узких полосок солонины, обычного рациона гвардии на марше.

- И куда в тебя лезет?
- усмехнулся Вложеш, утирая жир с подбородка.
- Так я жду тебя, Крисч.

Он ушел в темноту, сгустившуюся между кострами. Крисч достал деревянную миску, тщательно собрал в нее с травы остывший жир, насыпал соли, добавил трав и стал скурпулезно перемешивать получившуюся массу. Пахла она действительно аппетитно.

- Огневка под нее пьется и пьется, - подмигнул Крисч.
- Если получится, отолью для вас во флягу.

- А смертоносцы не узнают про ваши делишки?
- опасливо поинтересовался Альхейм.

В действующей армии употребление спиртных напитков было строжайше запрещено приказом самого Повелителя много лет назад. Но люди находили возможности поразвлечься…

- Разве есть хоть что-то, чего они не знают?
- добродушно улыбнулся Равид и опять достал флейту.

- Есть вещи, о которых не принято говорить, - буркнул Крисч.
- Если десятники полагают, что нынче ночью можно немного выпить, значит, сотники того же мнения. А уж про их мнение прекрасно известно воеводе Палеру. Фактически это он разрешил, а его воля - воля Повелителя… Короче, не думай о чем не следует.

- Ну, да… Извини. И в лагерь мы не зашли, потому что противник далеко. Верно?

- Что ты все о противнике?
- поморщился Крисч.
- Да чем он дальше, тем лучше. Война - это маневры, пойми. Две армии, разделенные на множество частей, занимают постепенно стратегические позиции, совершают длинные марши, неожиданно возникают то там, то здесь. Вот когда мишеглиры заняли остров в дельте Ронсы, мы уже понесли поражение. Понимаешь?