Клан

Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта

ЮЛИЯ Р. БЕЛОВА

КЛАН

(документальный роман)

ПРОЛОГ

ПОСТУПЬ ГРЕЧЕСКОЙ ТРАГЕДИИ

      Кеннеди... Не много найдется семей, которые возбуждали бы такой интерес как эта. Джон, Роберт и Эдвард. Не только в Соединенных Штатах, но и по всему миру у самых разных людей ярче загораются глаза при одном упоминании их имен. У одних они вызывают восхищение, у других -- ненависть. Кеннеди всегда обладали способностью вызывать сильные чувства и подчас прямо противоположные.    В американской политической жизни не так уж и редки политические династии. Американцы, гордящиеся своей свободой и демократизмом, питают большое пристрастие к семьям, чье положение напоминает положение английской аристократии XVIII-XIX веков. Адамсы, Гаррисоны, Рузвельты, Тафты, Лоджи, Стивенсоны, в последние годы Буши, и еще многие, многие другие... И все же никто из них -- даже Рузвельты, даже Адамсы!
-- не может похвастаться такой славой и таким количеством легенд как Кеннеди.    Они не просто семья, ознаменовавшая целую эпоху в политике. Они -- клан Кеннеди. Клан, иначе их редко называют. Клан -- как дань их ирландскому происхождению. Клан -- в знак уважения перед их сплоченностью и верностью друг другу.    С самого начала, когда имя Кеннеди еще только засияло на небосводе современной политики, семья Кеннеди стала олицетворением Американской мечты. Она прошла длинный путь от нищих ирландских переселенцев до мультимиллионеров, решивших отдать свой долг стране в форме политической деятельности. Разве могли американцы не восхищаться молодым, энергичным президентом, рядом с которым находились очаровательная жена, сочетавшая, казалось, одновременно уверенность в себе и поэтичность, красивые дети и два брата -- министр и сенатор?    Правда, надо признаться, рядовому американскому избирателю, американскому обывателю было не так уж и важно, к чему конкретно призывал в избирательную кампанию 1960 года Джон Фитцджеральд Кеннеди. Они реагировали не столько на политическую платформу Кеннеди, сколько на созданный образ политика, его имидж, возрождающий стиль то ли римских патрициев, то ли легендарного короля Артура в замке Камелот. Возможно, Джон Кеннеди, человек насмешливый и ироничный, и посмеялся бы над сравнением самого себя с королем Артуром, но для многих американцев Белый дом Кеннеди и Камелот вскоре стали синонимами. А когда президент говорил: "Не спрашивайте, что страна может сделать для вас, спрашивайте себя, что вы можете сделать для страны," -- американцы испытывали неизъяснимый восторг, и, казалось, сама Америка становится моложе. Этот человек, который по мнению его жены Жаклин был "идеалистом без иллюзий", а по выражению его друга и историка Артура Шлезингера-младшего "прогматиком..., чуждым всякой романтики", заражал людей искрящимся идеализмом и увлек за собой целое поколение молодежи, "вдохновенных".    Джон Кеннеди немало потрудился над созданием легенды, но окончательно она сложилась после его смерти. Ведь ничто так не способствует мифотворчеству как трагедия. А убийство президента Джона Ф. Кеннеди 22 ноября 1963 года потрясло не только Соединенные Штаты, но и весь мир. Теперь к легенде о сияющем рыцаре добавились легенды о роке. Журналисты, а вместе с ними и читатели, стали вспоминать длинный перечень несчастий, постигших семью Кеннеди. Одна из сестер, Роуз-Мэри, была умственно отсталой. Самый старший из братьев, Джозеф-младший, капитан ВВС, погиб в 1944 году из-за взрыва его бомбардировщика. Вскоре в Бельгии погиб муж его сестры Кэтлин. Сама Кэтлин, красивая и обаятельная, погибла в 1948 году при падении самолета, в котором она летела к отцу. Вспоминали и маленького сына президента, умершего через двое суток после рождения. А ведь это был далеко не полный перечень несчастий.    И благо, если бы дело ограничилось воспоминаниями! Но не прошло и года после гибели президента, как американцы были ошеломлены новым сообщением. В июне 1964 года младший брат президента сенатор Эдвард М. Кеннеди чудом остался жив, попав в авиационную катастрофу. Долгие месяцы ему пришлось провести в неподвижности после перелома позвоночника. А в июне 1968 года на пороге президентства был убит сенатор Роберт Френсис Кеннеди. Из четырех братьев Кеннеди остался один -- Эдвард.    Теперь слова "под сенью рока", "проклятье клана Кеннеди", "поступь греческой трагедии" стали обычными выражениями, применимыми к знаменитой семье. Американцы же с нездоровым любопытством следили за последним из братьев.    Он стал главой клана, а так же надеждой демократической партии. "Как мои братья до меня я поднимаю упавший штандарт, -- провозгласил тридцатишестилетний сенатор.
-- Поддерживаемый воспоминаниями о наших совместных бесценных годах, я постараюсь нести это особое обязательство в справедливости, превосходстве и мужестве, что отличало их жизни". Для многих он стал Последней Надеждой Камелота, Принцем Хэлом* Американской Политики, и все ждали, чтобы он стал идеальным королем. Но жизнь все же не пьеса, она чужда идеализму.                      * Герой английской истории и пьесы Шекспира, веселый и разгульный принц из рода Ланкастеров, ставший одним из наиболее прославленных английских королей -- Генрихом V.                      Против Эдварда Кеннеди было само время. Чувство новизны, которое вызывал Джон Кеннеди, исчезло, уступив место усталости. Американцы начали утомляться трагедиями и идеализмом. В конце концов идеализм предъявляет к людям слишком много требований, а оплакивание павших героев не самое приятное время провождение. Американцы говорили о клане Кеннеди: "Слишком много трагедий". Слишком много. К тому же многие стали задаваться вопросом, а не переоценили ли они "кеннедизм", и существует ли он вообще. Но, если задавая эти вопросы, обращались к разуму, то отвечали на них исключительно при помощи чувств. Что, в общем-то, характерно для людей, в какую бы эпоху и в какой бы стране они не жили. В результате все призывы взглянуть на клан Кеннеди без иллюзий как правило приводили к созданию новых мифов хотя и с другим знаком. Что делать? Очень часто пылкое поклонение приводит к разочарованию, а иногда даже вызывает и озлобление против объекта почитания. Но Джона и Роберта Кеннеди уже не было в живых, поэтому разочарование и гнев американцев должен был излиться на их младшего брата -- Эдварда. Требовался лишь толчок, который бы прорвал плотину скрытого до поры до времени чувства. И он не заставил себя долго ждать.    В июле 1969 года произошло событие, которое изменило жизнь не только сенатора Кеннеди, но и политическую жизнь Америки. Внешне, казалось бы, никак не связанное с политикой, оно, однако, стоило ему президентства. В летний субботний день 1969 года все информационные агентства передали сенсационное сообщение, что в ночь с пятницы на субботу сенатор Эдвард Мур Кеннеди попал в автомобильную катастрофу, и что его спутница, 28-летняя Мэри Джо Копечне, погибла на острове Чаппакуидикк.    С тех пор прошло тридцать лет, но и теперь людей волнует вопрос, что же произошло в ту летнюю ночь на крошечном островке у побережья штата Массачусетс. Задаются люди и другим вопросом: кто он -- сенатор Эдвард Мур Кеннеди, человек, много и многих терявший, но в то же время и достигший того, что не далось в руки его братьям? Стараниями средств массовой информации мы не так уж и мало знаем о сенаторе как о политике, хотя очень часто предлагаемая нам информация страдает односторонностью или просто неточностью. Но что мы можем сказать о личности, кроме маловразумительных сплетен, периодически появляющихся не только в желтой прессе, но нередко и в весьма уважаемых и серьезных изданиях? Так кто же он, человек, десятилетиями живший под сенью "завещанного" ему президентства, которое он так и не получил? Незаурядная личность или слабое отражение своих братьев, человек, восторжествовавший над Судьбой или согнувшийся под ее непосильным бременем?    На этот вопрос и попытается ответить данная повесть.

ГЛАВА ПЕРВАЯ. В НАЧАЛЕ...

   Отдай мне твоих усталых и бедных;

   Они задыхаются в толпах огромных,

   Подобны обломкам, усеявшим берег.

   Пошли их ко мне, гонимых, бездомных --

   Мой свет их введет в золотые двери.

Эмма Лазарус "Новый колосс",

стихотворение, помещенное

на пьедестале статуи Свободы.          Чтобы понять человека, надо как минимум знать, откуда он родом и как воспитывался. Для любителей поговорить о Роке клана Кеннеди, ирландское происхождение этой семьи просто находка.    В раннем средневековье Зеленый остров был одним из центов европейской учености. В его монастырях переписывались книги, богато украшенные миниатюрами, которые славились по всей Европе. Ирландские мореплаватели отправлялись к неизведанным землям. По преданию именно ирландский монах Брендан первый достиг берегов Америки за много веков до Колумба.    К несчастью, географическое положение Зеленого Эрина было таково, что он всегда привлекал к себе завоевателей. Из всех врагов самым опасным, конечно, была Англия. В 1155 году Папа Римский Адриан подарил Ирландию английскому королю Генриху II, мотивируя это тем, что ирландцы плохие католики. По иронии судьбы англичане впоследствии отвернулись от католицизма, а вот ирландцы остались ему верны, не смотря на все преследования. Щедрость Адриана IV объяснялась очень просто. Папа Римский -- в миру Николас Брейкспир -- был первым (и, добавим, последним) англичанином на престоле святого Петра. Правда, Генрих II не сразу смог воспользоваться подобным даром, ему еще долго пришлось ждать предлога, чтобы напасть на Ирландию. Но предлог нашелся, и как очень часто бывает в подобных случаях, им послужили раздоры между ирландскими князьями. Началось с того, что в ходе распри князь Ленстера Дермот Макмурроу обратился за помощью к английскому королю против Брейфна О'Рурка, которого он же и оскорбил. В результате действий Дермота Макмурроу в 1169 году графство Вексфорд стало первой жертвой английского завоевания. Именно из этого графства и ведут свой род Кеннеди. Даже в их имени сохранилась память о тревожном прошлом. В переводе с гэльского фамилия Кеннеди обозначает "шлем". Кстати, Эдвард Кеннеди любит подчеркивать это обстоятельство, причем в самых неожиданных ситуациях, например на слушаниях в Сенате США.    Английские войска опустошали Ирландию огнем и мечом. Правда, по соглашению они должны были покинуть остров, оказав помощь своему ирландскому союзнику, но о выполнении соглашения никто даже не помышлял. Слабым утешением для ирландцев послужила смерть виновника нашествия Дермота Макмурроу, который буквально сгнил заживо без отпущения грехов и Святых даров, что было расценено как особая кара за преступления. Впрочем, дело было сделано -- англичане остались в Ирландии. Остались, чтобы полностью покорить остров.          И лютня, что в Таре звучала, --    Дух музыки к доблести звал --    На стенке в пыли замолчала,    А дух тот навеки пропал.    Уснула тут гордость былая.    И трепетной славы зов...*                * Стихи Томаса Мура.                На протяжении всех последующих веков в Ирландии не прекращалась борьба за свободу. Ирландцам приходилось переживать бесчисленные восстания и их подавления, испытывать надежды, связанные с именем короля всей Ирландии Эдварда Брюса, младшего брата знаменитого Роберта Брюса, и разочарования, когда этот талантливый полководец, призванный на борьбу с англичанами, стал грабить своих новообретенных подданных, ничуть не уступая в этом английским войскам.    В XVI веке революционные войска Оливера Кромвеля жестоко подавили ирландское восстание, длившееся с 1641 по 1652 год. Те самые солдаты, что в Англии, не желая терпеть тиранию, взялись за оружие, чтобы отстоять свою свободу, в Ирландии сражались, чтобы подавить свободу другого народа. Благодаря им, Ирландия стала одной из первых английских колоний.    Восстание 1641-1652 годов было не последним. Именно ирландские борцы за независимость были первыми рабами, которых англичане отправляли в Америку.    Удивительное дело, со стороны могло показаться, будто Ирландия процветает, столь значительным был вклад Зеленого острова в международной торговле продовольствием. В действительности же крестьянство было доведено до нищеты. В 1789 году французский консул писал из Дублина: "Из страны вывозят не избыток, а то, что везде в иных странах считалось бы необходимым... На трех четвертях сего острова народ довольствуется картофелем, а в северной части -- кашей из овса, из коей они делают сухари, и похлебкой. Таким-то образом бедный, но привыкший к лишениям народ кормит нацию [Англию], каковая имеет куда более природных богатств, нежели он сам".    Действительно, ирландским крестьянам было недоступно все то изобилие, что производилось на острове. Они знали лишь картофель, но однажды и он подвел. В середине XIX века в Ирландии разразился голод, вызванный неурожаем. Неурожай обрушивался на Зеленый остров три года подряд, в 1846, 1847 и 1848 годах. Голод унес множество жизней, однако английские власти ничего не предприняли для спасения людей. Что гораздо хуже, они продолжали вывозить из голодающей страны продовольствие, не желая даже в это время что-либо менять в своей экономической политике. В 1848 году в Ирландии вспыхнуло восстание, но было подавлено. В результате голода и преследований тысячи и тысячи ирландцев покинули свой Изумрудный остров в поисках лучшей доли. Многие отправились в Соединенные Штаты Америки. В 1849 году Ирландию покинул и Патрик Кеннеди.    Как утверждал позднее президент Джон Кеннеди, Патрик Кеннеди прибыл в Америку, обладая лишь двумя вещами: верой в Бога и верой в свободу. Молодой Кеннеди обосновался в Бостоне, столице штата Массачусетс, на северо-востоке США. Америка не принесла ему удачи. Пуританский штат, как часто называли Массачусетс, недоброжелательно встретил католиков-ирландцев. Чопорные бостонцы (WASP -- White -- белые, Anglo-Saxon -- англо-саксы, Protestants -- протестанты) видели в них непрошенную орду. Новая Англия унаследовала от старой Англии все предрассудки своих предков в отношении ирландцев. Их рассматривали как "низшую расу", и хотя они были готовы выполнять любую работу, чаще всего их встречали объявления "Ирландцы на работу не принимаются", а в парках -- "Собакам и ирландцам вход воспрещен". С трудом найдя работу бондаря, Кеннеди без устали трудился, но в возрасте 35 лет умер от холеры и полного истощения. После него осталась вдова -- Бриджит Мерфи -- и четверо детей: три дочери и маленький сын Патрик-младший.    В обширной "кеннедиане" нередко можно встретить утверждение, что в клане Кеннеди правит мужской шовинизм. Однако напрасно было бы думать, что женщины семьи Кеннеди ничего не знают, кроме скромного молчания и послушания. Нет. В семье Кеннеди всегда были смелые, очень активные женщины, обладающие твердым характером. Бриджит Мерфи была именно такой. Больше всего на свете она хотела, чтобы ее дети выбились в люди. Она много и упорно работала, и с ее помощью Патрик Кеннеди-младший добился того, что не удавалось сотням тысяч других. Он завел собственное дело, занимаясь торговлей спиртным. Усердно спаивая сограждан, сам он, однако, не пил и не курил. Достигнув материального благополучия, Кеннеди занялся политикой в ирландской части Бостона и даже стал членом законодательного собрания штата. Именно тогда он привлек внимание Мэри Хики -- еще одна женщина с твердым характером -- которая вскоре и женила его на себе. Как писала впоследствии Роуз Кеннеди, Мэри испытывала огромный интерес к политике и имела огромное влияние на мужа. У супругов было трое детей: две дочери и сын, который и стал "отцом-основателем" клана Кеннеди.    "Отец-основатель" родился в 1888 году. Патрик Кеннеди хотел продолжить традицию и дать сыну свое имя, но этому воспротивилась Мэри Х. Кеннеди. Она заявила, что имя Патрик слишком уж ирландское и может повредить ее сыну в жизни. Беспокойство Мэри было понятно, к ирландцем все еще относились пренебрежительно, презрительно называя Пэдди (сокращенное от имени Патрик) и Мэгги. Поэтому будущего мультимиллионера и посла назвали Джозеф Патрик.    У Мэри Кеннеди были самые честолюбивые планы в отношении сына. Она мечтала, чтобы он учился в Гарвардском университете. У Патрика было уже достаточно денег для осуществления этой мечты, и Джозеф стал одним из немногих католиков-ирландцев в этом старейшем американском университете. Впрочем, он очень быстро убедился, что является там чужаком. Хотя ему и удалось попасть в несколько престижных студенческих клубов, двери самых элитных клубов были для него закрыты. Подобные уколы самолюбию были очень болезненны, и Джозеф захотел восторжествовать над бостонской аристократией. Но он понимал, что существует лишь один способ сделать это. С потрясающей самонадеянностью Джозеф Кеннеди заявил отцу, что намерен стать миллионером. Патрик посмеивался над сыном, но тот упорно шел к цели и в возрасте 25 лет стал президентом банка. Он оказался самым молодым президентом среди всех банковских дельцов.    В 1914 году в жизни Кеннеди произошло важное событие, он женился на дочери бывшего мэра Бостона Роуз Элизабет Фитцджеральд.    Семья Фитцджеральдов прошла путь, напоминающий путь семьи Кеннеди. Как и Кеннеди Фитцджеральды были выходцами из Ирландии, из графства Вексфорд. Первый американский Фитцджеральд -- Том Фитцджеральд -- умер в возрасте 33 лет, оставив после себя семерых детей. Третий из его сыновей, Джон Френсис Фитцджеральд или Хани Фитц (Милашка Фитц), и был отцом Роуз. Братья Фитцджеральд начинали так же, как и Патрик Кеннеди -- торговали спиртным, а потом Хани Фитц с головой окунулся в политику.    Надо сказать, что к началу XX века Ирландию покинуло более 4 миллионов человек. С ростом в Бостоне ирландской общины росло и желание ирландцев получить политическую власть, что соответствовало бы их вкладу в жизнь города. Однако ирландцы видели, что все пути для них закрыты "лучшими семьями" Бостона, "браминами", как их называли. О "браминах" в Бостоне ходила следующая поговорка: "Лоджи говорят только с Кэботами, а Кэботы только с Богом". Лоджи и Кэботы породнились, и семья Кэботов Лоджей надежно держала в своих руках город Бостон и весь штат, долгое время представляя Массачусетс в американском Сенате (позднее, они были "свергнуты" семьей Кеннеди). Вот против "браминов" и развернул борьбу Хани Фитц.    Маленький (около 158 см. роста), Милашка Фитц обладал редкостной энергией. Где уж было "браминам" угнаться за ним! Они не обладали ни его упорством, ни жизнестойкостью. Их семьи были меньше и не отличались сплоченностью. Они уже имели все, что хотели, и были слишком сытыми, чтобы выдержать яростную схватку. То ли дело сыновья эмигрантов -- они боролись за место под солнцем.    WASP были республиканцами -- ирландцы стали демократами. Борьба между этими двумя общинами продолжалась до начала 60-х годов XX века. Часто граница водораздела шла вовсе не по линии консерватизм-либерализма, а лежала в этнической сфере. В 1950-х годах республиканцы Массачусетса выступили против сенатора-республиканца Джозефа Маккарти, обрушившего на Америку "охоту на ведьм", а демократы-ирландцы поддержали его. Джозеф Кеннеди даже часто приглашал его к себе домой, хотя трудно представить, чтобы Маккарти, который, кстати, умер от алкоголизма, мог внушать симпатию. Но как и многие другие ирландцы Кеннеди видел в Маккарти нечто самобытное, считая его символом того, что может достичь ирландец.    Но вернемся к Джону Ф. Фитцджеральду. В отличие от многих других (в том числе в отличие от своего зятя Кеннеди) он был свободен от национальных предрассудков. Из-за этого на него как то набросился сенатор-республиканец от Массачусетса Лодж:    -- Уж не считаете ли вы, что евреи и итальянцы должны иметь какие-то права в этой стране?
-- раздражено поинтересовался он.    -- Такие же как ваш отец и мой, -- отрезал Хани Фитц.
-- Разница между ними лишь в несколько пароходах.    Упорство Фитцджеральда в борьбе с "браминами" было вознаграждено. Он стал первым католиком мэром Бостона и первым ирландцем-католиком в Палате Представителей США.    У Хани Фитца было шестеро детей: три дочери и три сына. Роуз Элизабет родилась в 1890 году. На празднования ее сотого дня рождения в Хайаннис-Порте, штат Массачусетс, собрались дети, внуки и правнуки, которые с чувством пропели ей "С днем рождения, Роуз", после чего ее сын сенатор Эдвард Кеннеди подарил ей букет из ста роз*.                * Роуз Кеннеди умерла от воспаления легких в 1995 году в возрасте 104 с половиной лет.          Хани Фитц не отличался аристократизмом. Например, ведя избирательную кампанию, он мог забраться на стойку бара и запеть популярную песенку "Милая Аделина". Однако его дети получили хорошее образование. Роуз Фитцджеральд училась в аристократической школе, занималась в консерватории. Изящная и привлекательная, она была любимицей Бостона, но ее брак с Джозефом Кеннеди "лучшие семьи" города сочли возмутительным. Для них он был лишь выскочкой-ирландцем, нуворишем, сыном обычного трактирщика (в презрении "браминов" была изрядная доля лицемерия, в конце концов знаменитое семейство Кэботов составило себе состояние на торговле ромом, опиумом и рабами, но к XX веку они уже не в вспоминали об этом, полагая себя чуть ли не титулованными аристократами). Постепенно Кеннеди становился богаче "браминов", но это не открывало перед ним двери их домов. Напротив, богатство Кеннеди стало мишенью для колких насмешек насчет его ирландской напористости. Однажды, будучи уже мультимиллионером, Кеннеди увидел в газете довольно недоброжелательную заметку о самом себе. Вот что последовало после этого:    "Кеннеди буквально взбесился, -- рассказывает очевидец.
-- Вскочив со стула, он швырнул газету и, топча ее ногами, зарычал: "Будь они прокляты! Я родился в Америке. Дети мои тоже родились здесь. Что же, черт возьми, должен я сделать для того, чтобы меня, наконец, стали называть американцем!"    Уже по реакции Кеннеди понятно, что пренебрежение "браминов" было не просто спесью старых денег перед новыми. Различие лежало в национальной сфере, и Кеннеди почувствовал себя глубоко оскорбленным. В конце концов подобные уколы, наносимые исключительно по принципу национальной принадлежности, оставляют самые глубокие и болезненные раны. Люди же, как правило, недооценивают их, считая несерьезными, и проявляют редкостное равнодушие, особенно если националистические выпады не затрагивают их самих. Точно так же люди всегда готовы высмеять саму мысль, что шовинизм может чем-то угрожать людям богатым. Почему-то принято считать, что богатство и в этом случае является надежной защитой. На самом же деле, когда речь идет о национальных предрассудках богатство может создать лишь иллюзию защищенности, а так же дать шанс взять реванш в той или иной сфере деятельности. Кто знает, сколько блестящих карьер обязаны своим появлением чувству уязвленного самолюбия? Возможно, и в данном случае именно пренебрежение окружающих заставило Кеннеди возмечтать о том, чтобы один из его сыновей стал президентом США. Тогда он смог бы восторжествовать над спесивцами. Конечно, в те времена подобная мечта казалась дерзкой и несбыточной, лишь в 1924 и 1928 годах католик-ирландец Эл Смит попытался добиться этого поста, да и то неудачно, но Кеннеди был человеком очень упорным. И он сделал все, чтобы создать необходимую базу для своих детей.    Не покладая рук, Кеннеди трудился над увеличением своего состояния. Его деловые интересы не были связаны с Бостоном, и проблемы бизнеса часто заставляли семью переезжать. В двадцатых годах Кеннеди занимался шоу-бизнесом, приобретя более 30 небольших кинотеатров в Новой Англии, и провел 32 месяца в Голливуде. Кино-бизнес (кроме знакомства с кинозвездами) принес ему 5 миллионов долларов. Точно так же он активно играл на бирже в Нью-Йорке и, обладая удивительной интуицией, не пострадал от краха 1929 года. Напротив, на продаже акций во время паники он заработал как минимум миллион. А сразу после отмены Сухого закона Кеннеди взялся за традиционное дело семьи -- торговлю спиртным, поставив это дело на широкую основу. Впрочем, были сообщения, что нелегальной торговлей спиртным Кеннеди занимался и до отмены Сухого закона -- в "медицинских целях".    Биограф Кеннеди Ричард Хален отмечал агрессивность Кеннеди в делах, но при этом писал, что он держался в стороне от рискованных операций. В 1940-х годах, когда его сын Джон вошел в политику, Джозеф П. Кеннеди отказался от такого доходного, но неприятного с точки зрения политики бизнеса как торговля спиртным. Что и говорить, на это способен далеко не каждый бизнесмен. В качестве компенсации Кеннеди занялся недвижимостью в Нью-Йорке. Кроме того он приобрел торговый центр в Чикаго, который стал одним из крупнейших в мире и к моменту смерти "отца-основателя" достиг стоимости в 75 миллионов долларов.    Между тем, Джозеф Кеннеди не был тем человеком, который ставит деньги превыше всего. Они всегда были для него средством, а не целью. Известна часто повторяемая им фраза "Мерой успеха человека в жизни являются не деньги, которые он сделал, а семья, которую он поднял". В этой сфере Кеннеди тоже достиг немалого успеха. Девять человек детей встречается не в каждом доме. В 1915 году родился Джозеф Патрик-младший, которого Джозеф-старший мечтал увидеть президентом, в 1917 году -- Джон Фитцджеральд, будущий президент США, в 1918 году -- Роуз-Мери, в 1920 -- Кэтлин, в 1921 году -- Юнис, в 1924 -- Патриция, в 1925 -- Роберт Френсис, в 1928 -- Джин Энн (в 1993 году президент Клинтон назначит ее послом США в Ирландию) и, наконец, в 1932 году -- Эдвард Мур (Тед или Тедди, как его называют).    Эдвард М. Кеннеди родился ровно через двести лет после Джорджа Вашингтона -- 22 февраля 1932 года. К этому времени Джозеф Кеннеди был уже мультимиллионером, поэтому Эдвард стал миллионером с рождения, и его имущественное положение стараниями отца было надежно защищено. Еще в 1929 году старший Кеннеди основал фонд для своей жены и детей, еще один фонд был создан в 1936 году, а в 1949 году -- третий. Эти фонды были основным орудием сохранения капитала для детей, а позднее внуков. По преданию, создавая первый фонд, Кеннеди заявил: "Я создаю его, чтобы любой из моих детей, в финансовом отношении, мог посмотреть мне в глаза и послать меня к черту". Возможно, это действительно легенда, но она довольно точно передает стиль Кеннеди. Все его усилия были направлены на то, чтобы обеспечить своим детям независимость, при чем не только от него, но и от различных финансовых группировок, что в дальнейшем должно было обеспечить им независимость и в политике.    Впрочем, существует другая версия, объясняющая создание фондов. Говорили, будто Кеннеди хотел обезопасить себя от банкротства, что является не редкостью среди биржевых игроков. По закону деньги, положенные на имя детей, в случае банкротства не могут быть изъяты судом. Может быть и в этих слухах есть доля истины, но они не исключают того, что было сказано раньше. В любом случае Кеннеди обеспечил своим детям прекрасный старт.