О молитве Иисусовой

Автор: Сборник   Жанр: Православие  Религия и эзотерика   1990 год
Закладки
A   A+   A++
Размер шрифта

Предисловие

В настоящий сборник вошли три самостоятельные публикации, связанные между собой одной общей темой — Иисусова молитва.

Большую часть сборника занимает книга доктора медицины Аллы Сергеевны Селаври «Непрестанная умная молитва». Первоначально она была издана на немецком языке в 1964 г. в Ульме, выдержала 5 изданий и пользуется большой популярностью в Германии. В основе работы Аллы Сергеевны лежит краткое вольно–конспективное изложение или вернее, — своеобразное творческое прочтение со своими дополнениями сборника поучений и наставлений о молитве Иисусовой, собранных игуменом Валаамского монастыря Харитоном («Умное делание. О молитве Иисусовой». Сердоболь, 1936 г.). Этот сборник представляет собой некий «луг духовный» Иисусовой молитвы или как определил его в предисловии сам игумен Харитон — справочник. В сборнике собраны размышления и практические советы для внутреннего молитвенного устроения как Святых Отцов (в основном по Добротолюбию), так и русских подвижников благочестия 19 века. Более всего в сборнике поучений епископов Феофана Затворника (Говорова) и Игнатия Брянчанинова. Последнее обстоятельство представляет появление перевода книги Аллы Сергеевны на родной для ее первоисточника русский язык в несколько странном свете. Но перевод возник не по заказу, а как и сама книга Аллы Сергеевны по личной инициативе. Сделан он в современной России и переводчик вероятно не знал о существовании первоисточника книги, т. е. сборника игумена Харитона. С другой стороны свою книгу Алла Сергеевна писала все-таки по–немецки, думая прежде всего о себе и своих пациентах, не предполагая возможности ее так сказать обратного перевода на русский язык. В настоящее же время ее книга существует как самостоятельное явление немецкоязычной литературы, о чем свидетельствует появление ее перевода не только на русский, но и на сербский язык. И мы решили с согласия автора опубликовать этот русский перевод в том виде, каков он есть. Мы надеемся, что читатель не увидит в этом некоего пренебрежения к творениям епископов Феофана и Игнатия. Организующим началом как сборника валаамского игумена Харитона, так и книги Аллы Сергеевны было одно и то же желание лично приобщиться к молитвенному опыту Святых Отцов. Правда, в отличие от игумена Харитона Алла Сергеевна обращается с его сборником гораздо свободнее. Но эта внутренняя свобода не разрушительна, а творчески созидательна, ибо она зиждется на желании более осмысленного восприятия материала. Она же во многом вероятно определила успех книги Аллы Сергеевны.

Как сборник игумена Харитона так и книга Аллы Сергеевны свидетельствуют о том, сколь духовно плодотворна сама почва, на которой они выросли. И в том и в другом случае книги возникли в результате впитывания в себя самого духа умно–сердечной молитвы. И в том и в другом случае это творчески активный молитвенный опыт. Сборник игумена Харитона предназначен в основном для людей воцерковленных и по достоинству может быть оценен прежде всего теми, кто уже вступил на путь молитвенного делания. Книга же Аллы Сергеевны по своей форме и характеру изложения оказывается понятнее более широкому кругу читателей. Для многих и особенно для тех, кто еще стоит на распутии своего внутреннего духовного устроения, эта, казалось бы, компилятивная книга Аллы Сергеевны даст возможность почувствовать вкус к умно–сердечной молитве и может стать своеобразным начальным пособием, легко и просто вводящим в такой трудный и главное такой далекий для внешнего человека мир как Иисусова молитва.

Во второй части сборника читатель найдет воспроизведение живой беседы с одним из современных делателей Иисусовой молитвы схимонахом Никодимом, подвизавшимся на Афоне. Эта беседа как бы предваряет третью часть нашего сборника, в которой публикуется «молитвенный дневник» другого Афонского старца, Феодосия, духовного отца старца Никодима.

Св. Гора Афон с древнейших времен стала средоточием православного монашества, начало которому было положено здесь еще в 681 году. Тогда на этом полуострове Средиземного моря поселился бывший Константинопольский военный сановник Петр, прозванный впоследствии Афонским. В сонном видении отшельнику явилась Богородица и сказала об Афоне: «Весьма бо люблю это место, и хочу на нем умножить иноческий чин. Милость же Сына Моего и Бога пребудет во веки к тем, кои там будут иночествовать, если они исполнят спасительные заповеди. И распространю их в горе той на юг и на север, и возобладают они ею от моря до моря, и имя их прославлю во всей подсолнечной и защищу тех, кои в постничестве и терпении будут там подвизаться». И действительно, под вышним покровом Богородицы, Которая, по преданию, еще в Своей земной жизни выбрала Афон как Свой апостольский жребий, монашество быстро распространилось на Св. Горе. Благоприятствовала этому и сама природа, и территориальная обособленность полуострова. Впрочем, волнения и бедствия внешнего окружающего мира часто нарушали монашескую молитву.

Познал Афон и страшную бурю иконоборческой ереси, и военные нападения сарацин и крестоносцев, во время которых многие монахи приняли мученический венец ради Христа. Во всех духовных бранях с многочисленными лжеучениями, Афон, как тот дом, который был основан по заповеди Спасителя не на песке, а на камне, камне догматической чистоты вероисповедания, оставался символом непоколебимости Православия. В наше время, страдающее в первую очередь от экуменической ереси, афонское монашество, как и прежде, стоит на страже чистоты Православия и своими посланиями напоминает православным иерархам и верующим об их ответственности за Церковь Христову.

Глубинными корнями с духовными традициями Святой Горы была всегда связана и жизнь нашего русского монашества. У ее истоков стоит Антоний Киево–Печерский, подвизавшийся вначале на Афоне и перенесший с него на Русь образ иноческой жизни. Многие лучшие явления истории Русской Церкви проистекают из сокровенного источника — духовного опыта святогорцев. На основе афонской традиции, например, зиждется возрождение монашеской жизни в России в конце XVIII века, ярким выражением которого стало столь благодатное для всей Русской Церкви старчество Оптиной пустыни.

Помимо 20 монастырей Афон насчитывает множество скитов и т. н. «келий», в которых жили и живут маленькие братства величиной до 10–15 человек.

Многие отшельники–пустынножители обитают в южной части полуострова, на отвесных скалах Карулии, выступающих прямо из моря. Здесь на Карулии подвизался и автор публикуемого нами «Молитвенного Дневника», старец Феодосий, и его послушник, схимонах Никодим.

В 1960–ые и 70–ые годы Господь сподобил нас утешаться примером жизни и наставлениями последнего. Одна из бесед с ним воспроизведена во второй части нашего сборника. Схимонах Никодим, простой крестьянский сын из Рязанской губернии, учился только две зимы в деревенской школе. Дальше — самообразование. В конце Первой мировой войны он солдатом оказался на южном фронте, но, узнав о безбожной революции, не захотел возвращаться к коммунистам. С другом они 6 ночей шли пешком до северной части Афона. Там он поселился на метохе (имении) Свято–Пантелеймонова монастыря, называемом Кромица, где в то время жило около 80 человек монахов. Оттуда он перешел в общежительный скит Фиваиду, населенный 40 монахами. Кроме этих монахов в скиту подвизалось еще 5–6 человек пустынников. С ними и поселился о. Никодим. До войны он уже читал «Откровенные рассказы странника духовному своему отцу» и «Добротолюбие», и у него тогда еще появилось сильное влечение к Иисусовой молитве. По совету игумена Пантелеймонова монастыря он обратился к старцу Силуану с вопросами об умном делании и тот его послал на Карулию к подвизавшемуся там старцу Феодосию. Духовная любовь к о. Никодиму и побуждает нас опубликовать «Молитвенный дневник» его наставника, старца Феодосия. «Молитвенный дневник» настолько интимен, что мы не дерзнули бы его печатать, не будь на то ясно выраженного желания ныне почившего о. Никодима.

Старец Феодосий был воспитанником Казанской Духовной Академии. После ее окончания он служит инспектором Вологодской семинарии, но затем, отказавшись от ректорства и сана архимандрита, избирает себе столь благодатное для возрастания в духовной жизни место как Св. Гора Афон. Он поселился на скалах Карулии, где и прожил до самой своей кончины, последовавшей 2 октября 1937 г. Долгое время он был духовником всех русских отшельников на Карулии.

О. Феодосий был известен своей литературной деятельностью. Он нашел и опубликовал ранее неизвестное сочинение Преп. Паисия Величковского «Крины сельные». Он перевел с греческого несколько сочинений Преп. Никодима Святогорца. По поручению Синода он составил разбор ереси «имябожников», появившейся незадолго до революции. Он также много писал против введения григорианского календаря. Его «Молитвенный дневник» можно считать итогом его сокровенной жизни.

Несомненно, что этот опыт внутренней монашеской борьбы с помыслами может принести много пользы всякому человеку, стремящемуся к истинно духовной жизни. Но особенно ценен он будет для тех, кто хочет утвердить свое сердце и ум в Иисусовой молитве. Старец Феодосий беспощадно разоблачает состояние своей души, отмечает рассеянность при молитве, возникновение посторонних помыслов и т. п. Из его слов видно, что ученик (отец Никодим) — одновременно и послушник, и наставник, и совесть своего старца. Мы видим, как диавол поначалу всеивает недовольство в горделивое еще сердце старца и, как он впоследствии сознает это и быстро применяет это как урок для собственной пользы. Из записей, например, 13 и 14 августа явствуют трудности, возникающие при духовном руководстве. Старец делает важное замечание о необходимости доверия и послушания духовнику. Эти качества особенно важны в наше время. Старец Феодосий указывает на тесную связь между духовником и духовными чадами, на необходимость обоюдной молитвенной поддержки. Под 21 августа он раскрывает опасность самонадеянности, значение смирения и сокрушения для молитвенной жизни. Он указывает на блудные помыслы и тщеславие. В замечаниях о препирательстве с учеником и в сокрушении о том, что прощение не исходит из всей глубины сердца, мы видим, как опытный молитвенник ясно сознает свои недостатки. Не раз он повторяет столь важные для молитвенного подвига слова Спасителя: «яко без Мене не можете творити ничесоже» (Иоан. 15, 5). При всем этом старец Феодосий указывает на то, что книга не может заменить духовного руководителя, она только может служить путеводителем.

Надеемся, что предлагаемый сборник поможет благочестивому читателю углубиться в практику Иисусовой молитвы и раскрыть собственные недостатки на примере молитвенной борьбы, описанной в этой книге.

Марк, Архиепископ Берлинский и Германский.

Составитель: доктор медицины Алла Сергеевна Селаври по «Умное делание. О молитве Иисусовой», сборник опытных ее деятелей. Изд. Валаамского монастыря, Финляндия 1936 и 1938 и по «Добротолюбию», Афон.

1–е изд. (на нем. яз.): Аркана, Ф. Хауг, Ульм 1964

5–е изд. (на нем. яз.): Шерц, Берн, 1986

О молитве Иисусовой

Путь духовного опыта.

Вступление

«Молитва есть наука наук, искусство искусств»

«Добротолюбие»

Непрестанная молитва исходит из Слова Божия. Сам Господь Иисус Христос обращается молитвенно к Богу–Отцу. Он открывает Своим ученикам суть молитвы и дает им, по просьбе их, как общую молитву «Отче наш». Помимо сего, Он учит тайно предстоять Богу в сердце, всегда бодрствовать, обращаться к Нему в духе и истине на всяком месте, во всякое время стучась в дверь Его милосердия, обращаясь за помощью, непрестанно молясь о помиловании. Пред самым концом земной Своей жизни, после Тайной вечери и перед распятием, Господь заповедал как сокровенное свое обетование — молиться во имя Его, обещая услышать молитву сию и ниспослать Духа Утешителя (Иоан. 14,13 и 16, 24).