На Новую Землю!

Закладки
A   A+   A++
Размер шрифта

Берег Новой Земли у входа в Маточкин Шар со стороны Баренцова моря (фот. автора).

ВВЕДЕНИЕ.

В последние годы северные страны, в частности наши обширные северные окраины, начали вновь привлекать внимание многих исследователей, как, главным образом, со стороны С. С. С. Р., так и со стороны западных государств. В период Европейской войны, революции и последовавшей за ней гражданской междоусобицы живой интерес к изучению полярных стран заметно упал, и только в самое последнее время мы видим новое быстрое возрождение исследовательских работ. В годы войны наша общественная мысль была настолько подавлена и отвлечена в сторону, что полярным исследованиям уделялось лишь совсем незначительное внимание. Возвращение в 1914 году из двухлетней зимовки полярной экспедиции Г. Я. Седова на „Фоке“ прошло как-то стороной от общего внимания и совсем не возбудило должного интереса к своим достижениям. Экспедиция Г. Я. Седова в этом отношении была последним крупным научным предприятием. Но с началом общего экономического возрождения после военной разрухи исследовательские работы в полярных областях вновь оживились — быстро начали организовываться различные экспедиции, возникли новые планы открытия северного полюса и т. д. После не совсем удачного дрейфа на судне „Мод“ [1] вдоль берегов Сибири (у Ново-Сибирских островов) с целью попасть в полярное течение, идущее из этого района на северо-запад через полюс, организатор и начальник этой экспедиции Роальд Амундсен [2] все же не оставляет идеи достижения полюса и в 1925 году предпринимает свой первый полет на аэропланах. Первая попытка добраться до северного полюса воздушным путем была совершена еще в 1897 г. шведским инженером Андрэ. Последний вылетел для этой цели со своими верными спутниками с острова Шпицберген на аэростате „Орел“, но вскоре же пропал без вести [3] . Затем к новой воздушной экспедиции усиленно подготовлялись в Германии перед самым началом войны. Но мировая война задержала это дело до 1925 года. Свой пробный полет Р. Амундсен начал также со Шпицбергена. Первая его попытка не увенчалась успехом и экспедиция с большим трудом вернулась обратно. Но, несмотря на это, Р. Амундсен все же опять не потерял надежду и в 1926 году вновь вылетел к северному полюсу на специально построенном дирижабле „Норвегия“ [4] . На этот раз перелет вполне удался и дирижабль пересек северный полюс и благополучно спустился у берегов Северной Аляски в районе города Ном. Последний перелет Амундсена живо заинтересовал весь научный мир. С целью опередить Амундсена в том же году из Америки вылетело несколько аэропланных экспедиций (Бэрд, Вилкинс), но эти экспедиции не достигли каких-либо значительных результатов. Во время перелета „Норвегии“ никаких предполагаемых земель в районе северного полюса открыто не было, но этим интерес исследований полярной области, конечно, нисколько не уменьшился. В связи с ростом экономических потребностей в этот же период впервые начал дебатироваться вопрос о трансарктическом сообщении воздушным путем между Европой и восточными странами (проект Брунса). В конце 1926 г. для исследования полярных стран с воздушных кораблей в Германии был созван специальный международный конгресс, на который были приглашены и представители С.С.С.Р. В 1928 году этот конгресс был вторично созван в Ленинграде, под председательством знаменитого Фр. Нансена. В том же году совершен новый полет на северный полюс на дирижабле „Италия“ под командой Нобиле. На этот раз полет оказался неудачным: дирижабль к северу от Шпицбергена потерпел крупную аварию [5] . Из всего этого видно, насколько возрос общий интерес к полярным исследованиям, при чем в этой общей работе по изучению арктических стран наше государство занимает не последнее место.

1

„Мод“ вышла из Норвегии под начальством Р. Амундсена летом 1918 года. На своем пути к Ново-Сибирским островам „Мод“ два раза становилась на зимовку у берегов Сибири. В 1920 году Амундсен покинул экспедицию и отправился в Ном (столица Северной Аляски), откуда предполагал сделать полет на север на аэропланах, но этот полет не состоялся, а „Мод“ в 1922 году вновь вошла во льды и начала свой новый дрейф, который также не достиг каких-либо значительных результатов.

2

Роальду Амундсену принадлежит заслуга открытия южного полюса (16 декабря 1911 года). Почти одновременно с ним, месяц спустя, южного полюса достиг и Роберт Скотт, но на обратном пути Р. Скотт трагически умер от истощения и холода.

3

Совсем недавно, в 1926 году Кнуд Расмуссен (датчанин, известный полярный исследователь), путешествуя в районе залива Гудзона, случайно раздобыл новые данные о полете и трагической гибели Андрэ. По этим новым сведениям выясняется, что после трехнедельного дрейфа аэростат благополучно спустился у полуострова Боотц (Северная Канада), но самим путешественникам вернуться на родину суждено не было: они были убиты эскимосами.

4

В снаряжении этой экспедиции принимали участие Италия, Норвегия и Америка. В состав ее входили 14 человек во главе с Амундсеном, Риссер-Ларсеном и Нобиле.

5

Для спасения экипажа „Италии“ было организовано разными государствами несколько спасательных экспедиций. Правительством С.С.С.Р., была снаряжена большая экспедиция на ледоколе „Красин“, которая и спасла часть людей с „Италии“. Р. Амундсен предпринял розыски „Италии“ с гидроаэроплана, но ему не было суждено вернуться из этой экспедиции и он сам где-то погиб в ледяных просторах.

Для всестороннего и планомерного изучения наших северных окраин правительством С.С.С.Р., предприняты довольно широкие и многочисленные работы. В 1920 г. был организован Комитет Северного Морского пути (Комсеверопуть), который, на ряду с проводкой торговых судов в устье Оби и Енисея, взял на себя и производство некоторых научных работ в Карском море. В низовьях сибирских рек (Лена, Яна, Индигирка) и в море бр. Лаптевых большие работы предприняты Якутской Комиссией Академии Наук. С целью закрепления острова Врангеля за С.С.С.Р. и снятия с него американского поста в 1925 году была снаряжена специальная экспедиция Б. Давыдова на канонерской лодке „Красный Октябрь“. В самое последнее время вырабатываются особые планы и проекты обследования Новой Северной Земли (б. земли Николая II) и т. д.

Но Новая Земля в этом отношении стоит на первом месте. Разделяя естественным образом наши северные моря на две части — западную и восточную — Новая Земля в научном и экономическом отношении представляет огромный и исключительный интерес и возобновившиеся на ней исследования за последнее время приняли вполне планомерный характер. За последние годы на Новую Землю был снаряжен целый ряд научных экспедиций, доставивших богатый и интересный материал. Новая Земля привлекает внимание не только наших исследователей, но и иностранцев. Так, в 1921 г., главным образом для геологических изысканий, на Новую Землю была отправлена норвежская экспедиция на небольшом моторно-парусном судне „Blaafjell“ под начальством Ол. Хольтедаля. „Blaafjell“ прошла по западному берегу Новой Земли от Сев. Гусиного Носа до Панкратьевых О-вов, а также по Маточкину Шару до Карского моря, в то время, как сухопутная партия этой экспедиции сделала интересный переход поперек северного острова. Но основные и наиболее крупные исследовательские работы на Новой Земле исходят от С.С.С.Р. В этих работах живое участие приняли следующие учреждения: Главное Гидрографическое Управление, Научно-Исследовательский Институт по изучению Севера, Госуд. Гидрологический Институт, Пловучий Морской Научный Институт и нек. др. В результате проделаны довольно большие работы, и уже теперь получены некоторые крупные достижения. В 1923 г. построена радиостанция в Маточкином Шаре у выхода в Карское море, при которой впоследствии была организована первая полярная геофизическая обсерватория, самая северная во всем мире. Радиостанция явилась опорным пунктом и культурной базой для всех дальнейших работ и начинаний и вполне естественно, что уже на следующий год в ее окрестностях (на м. Дровяном) появилась самоедская промысловая хижина и, как говорят местные жители, радиостанция теперь является сильной соперницей для старой столицы Новой Земли — Малых Кармакул. Радиостанция несет большую практическую службу, главным образом, в отношении проводки торговых судов в устье р. Оби и Енисея. По общему плану, в дальнейшем предполагается построить такую же радиостанцию на северной оконечности Новой Земли в районе мыса Желания.

В течение нескольких последних лет Главным Гидрографическим Управлением проделаны большие работы по описи берегов Маточкина Шара и западного побережья. В результате этих работ на картах введены большие исправления и дополнения и многие места, считавшиеся ранее рискованными, теперь являются вполне доступными для плавания на больших судах.

На ряду с этим происходит заметное поднятие и усиление колонизации и возрождение промыслов. В 1925 г. построено новое становище в Черной губе (жилой дом, сарай, баня), а в 1926 году в Петуховском Шаре. В предъидущие годы в Черной губе промышляли лишь летние промышленники и заезжие самоеды, и только почти 20 лет тому назад здесь зимовал промышленник Олонкин из Александровска на Мурмане, о чем свидетельствует историческая надпись на кресте у его избы.

Со стороны Научно-Исследовательского Института по изучению Севера (б. Сев. Научно-Промысловая Экспедиция) предприняты особо широкие и разносторонние научные исследования. В 1922 г. была снаряжена специальная экспедиция на шхуне „Шарлотта“, а в 1925 г. работы велись на э./с. „Эльдинг“, который совершил крупное плавание и обошел Новую Землю с северной стороны. Последнее плавание шло при исключительно благоприятных условиях и дало большие результаты: на восточном берегу северного острова было открыто несколько новых больших заливов, а во время пути был собран богатый научный материал.

Пловучий Морской Научный Институт тоже совершает попутные заходы в различные губы Новой Земли, подвергая их детальному обследованию (Белушья, Машигина и нек. др.).

Гос. Гидрологический Институт, взял на себя прибрежные работы, причем, начиная с 1923 года, им были довольно подробно обследованы — Маточкин Шар, западное побережье в районе Малых Кармакул и Черная губа. В результате собран ценный научный материал, который в настоящее время обрабатывается и постепенно публикуется. Все работы Гидрологического Института велись на небольшом парусном карбасе [6] „Ошкуй“ в 17 фут. длиной (слово „Ошкуй“ по-зырянски обозначает белый медведь). Зачастую эти работы были сопряжены с некоторыми затруднениями и даже опасностями. Особенно много неприятных приключений пришлось испытать в 1926 году, который оказался в отношении льда довольно тяжелым. В целях заинтересовать и привлечь молодое поколение к северным исследованиям, дабы начатые работы могли быть продолжены и дальше, а также, чтобы новые молодые исследователи могли иметь правильное представление о тех условиях, с которыми обычно приходится сталкиваться при работах на небольших шлюпках, я и взял на себя труд написать эту книжку. Она состоит, главным образом, лишь из некоторых выдержек из того дневника, который писался на Новой Земле в экспедиционных условиях, и только кое-что добавлено уже здесь — в Ленинграде.

6

Поморская шлюпка с острой кормой.

Общий вид Архангельского порта (фот. автора).

Инициатором новоземельских работ Гидрологического Института является проф. К. М. Дерюгин и все здесь написанное могу посвятить лишь ему.

___

Несмотря на многочисленные исследования некоторые районы Новой Земли и поныне остаются terra incognita и здесь еще не всюду вступала человеческая нога. Нужны упорные и длительные работы и только в результате их мы сможем иметь правильное представление об этой интересной стране.

Исключительные природные условия Новой Земли заманивают натуралиста и возбуждают к себе особый интерес. Своей суровостью и неприглядностью в первую минуту Новая Земля отталкивает исследователя, но, проникнув в ее владения, обычно не скоро расстаешься с ней, и тогда становится вполне понятна упорная настойчивость Барентса, Литке, Размыслова, Пахтусова, Цивольки, Моисеева и мн. других.

Во всей этой неприглядности, с вечными туманами и ветрами, есть что-то величественное и какая-то прелесть, порабощающая человека до конца. Не только самоед, вывезенный с Новой Земли, скучает по ней, но и русский промышленник, проживший там несколько лет под ряд, едет опять не потому, что там выгодно, а так — слишком свыкся [7] .

7

В своей книжке я умышленно не даю общего географического описания Новой Земли, так как это уже делалось неоднократно раньше другими авторами. Для лиц, совершенно незнакомых с Новой Землей, вполне достаточно указать, что Новая Земля лежит далеко за полярным кругом и ее крайняя северная точка расположена под 77° северной широты. Новая Земля вытянута в меридианальном направлении и в длину имеет около 900 километров, в то время как ее ширина не превосходит 200 кил. Проливом Маточкин Шар Новая Земля разделена на два острова — южный и северный. Когда была открыта Новая Земля точно сказать трудно, но во всяком случае уже в XVI веке она была известна достаточно хорошо, при чем русские промышленники о Новой Земле, повидимому, узнали раньше иностранцев.

ЧАСТЬ I.

Благословляем с давних пор

Мечты дерзающей живучесть,

И нашу маленькую участь

Бросаем радостно в простор.

Кашменский. („У Полярного Круга“, книга вторая, 1923).

Подготовка к экспедиции.

16 августа. Знаменитый ледокол „Таймыр“, имеющий за собой бессмертное и блестящее плавание Б. Вилькицкого [8] вдоль северных берегов Сибири, стоит у стенки Архангельского Военного Порта. Идет спешная погрузка и подготовка к походу на Новую Землю для снабжения радиостанции Маточкин Шар. Беспрерывно работает паровая лебедка» умолкая лишь на обеденный перерыв. „Вира по-малу“ — и по высокой стреле на воздух поднимается несколько ящиков, которые затем моментально поглощаются огромной пастью судового трюма.

8

„Таймыр“, и с ним однотипный ледокол „Вайгач“, ныне сидящий на камнях у о-ва Диксон, в 1913 году под начальством Вилькицкого прошел из Владивостока в Архангельск северо-восточным проходом, т. е. тем же путем, что и Норденшельд на „Vega“, но в обратном направлении. Во время этой экспедиции была открыта Новая Северная Земля (б. Земля Николая II).

В перемешку с продовольствием и другими необходимыми припасами спешно грузят небольшой бревенчатый дом, который целиком разобран на свои составные части — отдельные бревна. Каждое бревно имеет свой номер и на месте такой дом легко собирается в несколько дней. Но этот дом к тому же не обычный — в нем нет ни одного железного гвоздя, все заменены медными! На Новой Земле он будет служить павильоном для точных магнитных наблюдений. Круглогодичные магнитные наблюдения в Маточкином Шаре самые северные во всем мире.