Двести тысяч золотом

Закладки
A   A+   A++
Размер шрифта

— Какая встреча! — хищно оскалился Жао, узнав охранника из особняка, где его держали в бамбуковой клетке. — Где русские? Вы их искали?

— Да, но они ушли.

— Ушли? Куда? Почему ушли?

— Не знаю. — Пленник отвел глаза.

— Знаешь, — засмеялся бывший полицейский, — скажешь! Привяжите его к мачте и ведите крестьян. Обыщите второй сампан!

Через несколько минут все стало ясно. Надеясь на снисхождение, крестьяне ничего не скрывали. Особенно разговорчивым оказался лысый Ба, подробно рассказавший, как рано утром причалил сампан, как выгружали вещи и куда направились белые и старик на его повозке.

Дотошно расспросив его, Жао помрачнел: все сходилось — проклятый Фын предупредил белых и ушел вместе с ними за золотом. И почему он сразу не прикончил эту змею? Диву даешься, до чего живучий! Лысому Ба нет резона лгать, поскольку он не знает подоплеки событий, а судя по его описаниям, с русскими был именно Фын, больше просто некому. Еще откуда-то взялась молодая китаянка, но ее вполне могли нанять для черной работы: Быстрорукий видел белую женщину — она не станет таскать ведра с помоями и стоять целыми днями у жаровни. Слишком нежная, такая создана для любовных утех, а не для кухни.

Заныло сердце, когда вспомнил Мэй, но он отогнал эти мысли и обернулся к пленнику.

— Ты слышал? Мне некогда. Не заставляй развязывать тебе язык силой.

— Мы плыли за сампаном Вока, — неохотно признался парень, — но этой ночью потеряли его из виду, а когда нашли, он уже был пустой — старик и русские направились на станцию.

— Ваши люди идут за ними? Хотите взять или следите?

— Зачем брать, пока не привели на место, — криво усмехнулся пленный. — Ведь ты тоже идешь по следу.

— Как вы их нашли? На кого ты работаешь?

— Нашли очень просто, — издевательски засмеялся парень. — Ты нас и привел!

— Я? — изумился Жао.

— Конечно. Тебя поймали, потом позволили бежать и начали следить. Никаких трудностей не было: Мэй продала тебя со всеми потрохами.

— Где она? — Железные пальцы бывшего полицейского впились в плечо пленника. — Жива?

— Не знаю, — простонал тот, кривясь от боли. — Больше ничего не знаю! Можешь убить!

— Успею. — Тяжело дыша, Жао отступил на шаг. — На кого работаешь? Отвечай? «Вороны»? «Тайбо»? Кто еще идет следом за русскими и стариком?

Пленник молчал, полуприкрыв глаза и беззвучно шевеля губами. Молился, готовясь к смерти?

Быстрорукий сел на палубу и задумался: подождать, пока вернутся его люди, отправившиеся в погоню за второй группой врагов? В том, что это враги, не приходится сомневаться, особенно после того, как он узнал одного из своих бывших тюремщиков. Друзья не будут держать тебя в клетке и морить голодом, выпытывая тайну золота.

Но сможет ли он долго удерживать на берегу своих людей, разгоряченных скоротечным удачным боем? Они рвутся грабить селение, и он обещал им поживу, а обманывать в подобных случаях нельзя. Жао прекрасно отдавал себе отчет, что его отряд, пусть даже достаточно дисциплинированный, обыкновенная банда и каждый бандит, если его погладить против шерсти, может выстрелить главарю в спину. Разрешить им идти? Пожалуй.

— Можете заняться деревней. — Он небрежно махнул рукой, и парни, как стая голодных волков, обгоняя друг друга, кинулись по тропке, ведущей к фанзам. Сейчас там поднимется вой, потащат рухлядь, закричат женщины, начнут полыхать дома, бухнут выстрелы. Хотя не исключено и мирное развитие событий: крестьяне зачастую добровольно расстаются с добром, чтобы сохранить жизнь.

Хорошо бы выяснить, кто держал его в клетке и теперь идет по следу русских. Скажет пленный еще чего-нибудь или останется верен клятве молчания, данной своему клану? Узнать бы у него, что они затеяли, где скрываются и устраивают засады, как получают сведения о передвижении русских и Вока?

Услышав призывный крик, Жао поднял голову. Наконец-то! Возвращались отправившиеся в погоню. Не все, впрочем. Большинство уже успело присоединиться к тем, что шуровали в деревне в поисках добычи. Но трое волокли окровавленного, едва переставляющего ноги человека в рваной одежде. Когда они бросили его на палубу перед бывшим полицейским, тот сразу понял: толку будет мало — раненый едва дышал.

— И все? — Быстрорукий поднял тяжелый взгляд на нетерпеливо переминавшихся подчиненных.

— Остальных мы оставили там, — неопределенно мотнул головой один из солдат. — Они отчаянно сопротивлялись, просто как бешеные.

— Как твое имя? — пнув пленника в бок, спросил Жао, но в ответ услышал только сиплый стон.

— Притащили падаль, — брезгливо скривил губы бывший полицейский и, приставив ствол маузера к голове раненого, спустил курок. Поднявшись, он перепрыгнул на сампан Вока. Поморщился, увидев на палубе полураздетых убитых: его солдаты не гнушались ничем.

Спустившись в трюм, Жао внимательно осмотрел каждый закуток в надежде найти хоть что-нибудь, указывающее на то, где искать теперь белых и старого Вока. Хоть бы какой-нибудь ключ к разгадке! Собирались они в спешке, могли забыть какую-то вещь или бросить ненужное, а толковый человек и по скудным приметам верно оценит ситуацию. Но ничего, хоть плачь!

Вновь поднявшись на палубу, Быстрорукий прошел на корму. Он хотел осмотреть борта, постепенно двигаясь к носу лодки, и тут заметил на затоптанных досках палубы странный рисунок углем. Что это?

Склонившись над ним, Жао ладонью смахнул комочки грязи и удивленно присвистнул: похоже, карта! Пусть рисунок грубый, но угадываются линия реки и точки, обозначающие селения. Одна из них перечеркнута крестиком. Или он принимает желаемое за действительное? Но нет же, в стороне нарисован неровный треугольник, который может обозначать только одно — горы! Не иначе, здесь состоялся совет, и кладоискатели решали, куда им направиться. Так-так… Отсюда они двинулись к станции железной дороги, надеясь сесть в поезд, поскольку боялись встретиться с ним на реке. Но поезд довезет их до гор, придется дальше идти пешком или нанять подводу. А где лучше всего сойти с поезда? Конечно, на самой близкой к Белым Облакам станции! Вот и ключ. Теперь надо свериться с настоящей картой и узнать название станции. Там и подождем путешественников. По воде путь к предгорьям значительно короче, значит, можно опередить белых и старика. Потом он пойдет за ними следом. До поры будет прятаться, а когда блеснет золото, упадет на добычу, словно коршун на ничего не подозревающую перепелку.

Повеселев, Жао вернулся на сампан, где томился неизвестностью привязанный к мачте его бывший тюремщик.

— Подумал? — сваливая к его ногам собранный по дороге хлам, усмехнулся бывший полицейский. — Решил молчать? Ну ничего, скоро закричишь. Мы достойно распрощаемся, я тебе обещаю!

Не понимая, что он задумал, пленник равнодушно смотрел на приготовления, но вскоре его лицо побледнело.

— Хочешь выкуп? — срывающимся голосом предложил он.

— Зачем? — бросив к мачте кучу тряпья, меланхолично пожал плечами Быстрорукий. — Ты, должно быть, знаешь ставку? Мне не нужны твои жалкие гроши, я не старьевщик и не мелкий лавочник. У тебя еще остался шанс на легкую смерть. Скажи, кому служишь?