Пропаданец

Закладки
Читать
Cкачать
A   A+   A++
Размер шрифта

Пролог номер один (безысходный) [1]

Я лежу на скальном выступе, уставший и злой. В руках у меня золоченая подзорная труба, украшенная виньетками в форме голых баб. В затылок мой бьет красное закатное солнце, расположившееся на красноватом же небе, на котором муаровой лентой застыло не меркнущее полярное сияние. Как и говорил Франног, полярное сияние – предвестие конца света. Если принять во внимание мои сны, пиратов Меркхара, вэйрока, кракена, спятившую рыбу и безумных единорогов, думаю, старый хрыч прав. Мир, в который меня угораздило попасть, ждет веселый армагеддец. Ну, или апокалиписец, или то и другое вместе, когда на волю вырвется паренек по имени Атро. Мир ощущает близость конца света и реагирует – по-своему.

Я тоже реагирую – я вижу страшные сны. Наверное, я как-то тонко настроен на этот мир, даром, что попал сюда с Земли и ношу тривиальное имя Олег, а выгляжу рослым блондинистым суперменом с серыми глазами. Внешность обманчива, помните об этом. Помните всегда. Порой карлик проявляет чудеса героизма, а здоровенный накачанный мужик плачет от ужаса, сворачивается комочком и зовет маму. Впрочем, я не таков. Я нечто среднее. Мне страшно, да, но я каким-то образом научился сосуществовать со своим страхом, и сейчас я никого не зову, я думаю, как напасть и убить нескольких человек. А над головой мерцает полярным сиянием небо.

Мир, в который меня занесло, готовится отбыть в ад.

Ну, хорошо, отвлечемся от конца света. Значит, мизансцена такая. Я лежу на верхотуре и смотрю вниз, иногда сплевывая в бездну, как Бивис и Баттхед в одном лице. В ущелье, тонком, как древко стрелы, и таком же длинном, расположился отряд сквернавцев, которые хотят моей смертушки. Все они, в общем, приличные люди, особенно принц Тендал, чью сестру Вандору я прихватил с собой. Мерзавец, уж будем откровенны, – я. Принц руководит партией загонщиков. Они спокойны. Они разбили лагерь. Они почти нас загнали. Наши силы на исходе – еще немного времени, и нас схватят, после чего Тендал лично отделит мою голову от тела. О, у него на меня зуб. Во-первых, я отдал пиратам Срединного моря его невесту, во-вторых – грязно над ним надругался (ну, хорошо, просто немного опозорил, а то вы такой народ, что неверно меня поймете), а значит, обесчестил перед подданными. В-третьих, как уже говорил, я везу с собой его сестрицу Вандору, и не просто везу – мы делим ложе как любовники. В-четвертых… Ай, хватит и трех пунктов. Если я не придумаю какой-то хитрый план – нас схватят. И тогда пойте по нам песни, небесные ангелы.

Мне очень страшно. Я вообще трус по жизни, вы уже знаете об этом. Я боюсь смерти, боюсь ответственности, много чего боюсь. Я, знаете, неправильный пропаданец: могу предать от страха, могу бежать, оставив друга в бою, могу предать по-всякому, хотя мудрец Франног и не устает мне напоминать, что я, дескать, почти избыл свои дурные качества во время наших злоключений на море. Врет, я полагаю. Просто что-то вроде местного НЛП. Я – трус, и останусь им вовеки, аминь. Но я, повторю, – я научился справляться со своим страхом. Впрочем, прав Франног: ничего не боятся только дураки. Смелые люди боятся, боятся – но делают. Я – смелый трус.

А еще я очень люблю женщин, и вот этим своим качеством не хочу ни с кем делиться. Вру. Я люблю одну женщину. Теперь так будет всегда. И я отдаю себе в этом отчет.

Сейчас, глядя на отряд загонщиков, я лихорадочно измышляю план. Нет, ПЛАН. ПЛАН СПАСЕНИЯ. Я знаю, что должен найти его в эти минуты, знаю, что, если не придумаю как выпутаться – умру, и меня это почему-то тревожит.

Как я докатился до жизни такой? Рана в плече, заклятие, связавшее меня смертными узами с взбалмошным магом, которому я должен спроворить опаснейшую работенку, свара с одним из сильнейших правителей этого мира – все как-то навалилось почти в одночасье.

А еще этот маг надумал в кратчайшие сроки воспитать из меня чародея – ну вообще ни в какие ворота. Сейчас я время от времени проговариваю про себя формулу заклятия. Надеюсь, оно поможет мне в самоубийственной атаке.

Я лежу и думаю – как? Ведь десять лет в этом мире я вел прекрасную жизнь сибарита в королевской гвардии Селистии. Жрал, пил, спал, любил придворных дамочек легкого нрава.

Как, о господи, как?

Но давайте начнем по порядку, ладно?

Пролог номер два (пьяный!) [2]

1

Гм, вот же черт! Куда-то я забрел не туда. Свернул не там. Не там где-то там. Там не там, тара-рам! И главное – темно, ни черта не вижу. Двигаюсь на ощупь. И еще на запах – если тянет гарью, значит, проезжая часть. М-да, свернул я, видно, не туда. Или я это уже говорил? Говорил, да? Ну, значит, повторю… Где-то не там свернул. Не на ту улицу. Не на ту, которая нужна. А зачем она нужна?.. А-а-а, там ведь стоит дом, в котором я обитаю. Нет, живу… Нет, все-таки обитаю! Обшарпанная такая девятиэтажка с грязным подъездом и дребезжащим лифтом.

ТРАХ!

Это я врезался лбом в какую-то преграду.

Перед глазами вспыхнули сотни маленьких чертенят, но боли не было: нервишки-то, хе-хе, под алкогольной анестезией!

И обо что это я…

Я машинально шагнул назад. Мир, который доселе вращался в каком-то черном водовороте, начал медленно проясняться.

Памятник. Вот только кому? Вчера еще помнил, а сегодня – как отрезало. Это все она, та, что на березовых почках… Боже мой, у березы что, есть почки? А печень? Легкие? Сердце?.. Я потряс головой. Стоп. На березовых почках – это было вначале. Потом пришла медовая, потом я ушел блевать в туалет, потом была та, что на клюкве… О-о-ой! Вот уж шмурдяк так шмурдяк! Какая там клюква, анилиновые краски плюс этиловый спирт! Потом… Не помню! Не помню! Боже, никогда больше не стану пить, никогда!

Подавив приступ тошноты, я оперся о постамент из черного полированного гранита. Медленно оглянулся по сторонам…

ТАК, СТОП, А ГДЕ КОЛЯ???

Нет Коли!!!

Я в панике завертел головой. Снова затошнило. Подожди, соберись с мыслями. В первую очередь, КТО ТАКОЙ КОЛЯ???

Мои руки заскользили по гладкой поверхности, я подступил ближе и оперся о постамент всем телом. Главное – не садиться, иначе до утра не встану – засну.

Ой, как же туго я соображаю!.. Минуты три я пыхтел, вспоминая перипетии вечера. Наконец, вспомнил: Коля – это случайный собутыльник, с которым мы кочевали из бара в бар, причем я – широкая душа! – поил его за свой счет! Вот так. В кошельке теперь, надо полагать, ветер свищет. Ну и поделом! Правильно! Так тебе и надо! А Коля, наверное, отстал по дороге…

Ладно, с Колей разобрались, теперь бы разобраться с дорогой домой. Итак, я стою на площади Согласия – даже в нашем маленьком городке в глубинке России есть своя площадь Согласия, значит, мой дом – в десяти минутах ходьбы… Трезвой ходьбы. Мне же добираться минимум полчаса.

Вот передохну еще маленько и пойду…

Черт, кому же памятник? Я сощурился, пытаясь различить надпись на приверченной к постаменту табличке. Буквы расплывались, перед глазами все еще слишком много тумана.

– Та… Ба… Батька Махно? – Нет, не может быть! Хотя почему не может? Нынче смутное время, потеря этих, как же… нравственных ориентиров, пересмотр истории… Этот, как его… ревизионизм! СССР хают все кому не лень, и вообще…

Ну-ка, ну-ка! Если произнесу это слово без запинки, значит, хмель развеивается. А ну!

– Р-ревизионизм! – хрипло выдохнул я. – Р-ревизионизм не пройдет!

Случайный прохожий испуганно оглянулся, ускорил шаги.

– Акселер-рация! – заревел я вдогонку. – Сепаратор! Радикальная экономическая р-реформа! Ш-ш-шпроты! Арнольд Шварценеггер! Синхре… Синхренфазотрон!

Прохожий бегом унесся в ночь. Трус! Кролик! Слабак! А я молодец! Уже ни в одном глазу. Ну, почти.

Я поморгал и осторожно потрогал шишку на лбу. Ой! Вот теперь больно! Точно, трезвею! Надо, ох, надо идти – до дому, до хаты. Но – осторожно. Полиция не дремлет! Вот нарвусь на патруль и проведу ночь в обезьяннике!

Слегка покачнувшись, я шагнул в сторону своей улицы. Одна ножка, другая, вот так, хорошо. Главное – не терять равновесия. Не терять… Воспоминание больно кольнуло. И вновь мне стало жаль себя до слез. Вот чертова пьянь, так и тянет поплакать самому себе в жилетку! Обозвав себя сентиментальной сволочью, я сцепил зубы, сжал кулаки и решил быть твердым и несгибаемым. Помогло это мало.

Светка от меня вчера ушла… Бросила на помойке жизни. Хлопнула дверью и понесла свое сердце другому, и всего лишь потому, что застала в постели с Людкой… Да еще настучала на мою работу, где начальствовал ее брат, так что меня турнули без шума и пыли.

Понимаете, почему я залил свое горе алкоголем?

Ладно работа, найду, не проблема (хотя… Ау, кому нужен телохранитель с неоконченным высшим образованием? Балагур, обаятельный тип! Качок! Не пью, не курю! Цитирую по памяти Шекспира! Как там… «Скажи-ка, дядя, ведь недаром…» Или это Пушкин? Сейчас не соображу, спросите утром), но ее уход… Она объявила о разрыве так спокойно, словно говорила: «Я сбегаю в парикмахерскую, дорогой!», и с искренним участием посмотрела на меня, раскрывшего рот идиота. М-да, а ведь все у нас было благополучно… Я не изменял ей почти полгода, да и потом она не могла меня поймать, вот до этого самого момента. Ссоры бывали, конечно, но, по большому счету, мы хорошо ладили друг с другом. Где-то на горизонте нарисовалось и медленной поступью приближалось пугающее некоторых слово «женитьба». С будущей тещей сложились нормальные отношения… И вдруг все рухнуло.

По моей вине.

Из-за моей отчаянной глупости.

Из-за моей дурной хотелки.

В общем, она говорила, а я молчал. Не мог я ничего сказать, и все тут. Она сказала о «…прекрасном душевном человеке», имея в виду меня, между прочим, такой вот сарказм. Потом вздохнула и ушла.

Я скверный человек, я изменил, я потерял женщину, к которой у меня были чувства. Ничего не могу поделать со своей природой… Даже когда меня поведут на расстрел и спросят последнее желание, я не попрошу закурить, о, нет! Я скажу начальнику расстрельной команды: «Мужик, будь другом, приведи мне женщину! Мне даже не надо секса, я просто хочу полежать рядом с ней, посмотреть в ее глаза, услышать ее запах, перебрать ее волосы… Я просто хочу насладиться ее присутствием».

1

Ну не настолько безысходный, на самом деле! Я выкручусь, я пропаданец на все руки! Ну и кроме того – из меня же почти сделали чародея… пару заклятий-то я точно усвоил за эти дни. Запомните навсегда: быть чародеем – геморрой. Потом объясню, почему.

2

Если вы подумали, что в этой книге будет изложено подробное становление пропаданца в другом мире, вы очень ошибаетесь. (Королева Вандора просила передать, что я – не совсем пропащий тип.) Я даже не буду рассказывать, из какого города я попал. И – да: я попал в другой мир с перепоя. Какой шаблон, какая банальщина! Ревнители шаблонов могут начинать откладывать кирпичи.